— Ты курила?

— ...Угу. Немного.

Цокнув языком, Им Чон Ён источала всё тот же цветочный аромат, мало чем отличавшийся от времен нашей учебы в университете. Её аккуратная прическа с полураспущенными волосами осталась неизменной, словно над ней не было властно время. Как и её красивое лицо, и, конечно же, социальное положение будущей главы этой юридической фирмы.

Наверное, поэтому я бесчисленное количество раз видела, как адвокат Чон Чхан Ёп, который при одном только взгляде на меня загорался желанием отомстить за прошлогоднее унижение и цеплялся к любой мелочи, перед Им Чон Ён буквально лебезил. Впрочем, кто бы не стал пресмыкаться перед ненаглядной внучкой главы фирмы.

А ведь буквально сегодня утром Чхве Джун У, который наедине так и норовил невзначай коснуться моей руки или плеча, в переполненном лифте вжимался в меня, лишь бы, видите ли, не доставить дискомфорта Им Чон Ён.

Вспомнив предплечье Чхве Джун У, упиравшееся тогда мне в грудь, я захотела выкурить еще одну сигарету, но пока сдержалась. Мне не хотелось обдавать благоухающую Им Чон Ён этим грязным запахом.

— Так и в заядлую курильщицу недолго превратиться. Почему бы тебе не бросить? Это же вредно для здоровья...

— Надо бы.

С одной стороны, она была последним человеком, перед которым мне хотелось попасться, но, к сожалению, именно Им Чон Ён первой почувствовала от меня запах сигарет.

Той осенью, когда я из-за нехватки кредитов выпускалась на семестр позже своих сокурсников, вскоре после того, как полностью выплатила все долги Кан Хи Бэку.

— Хан Сэ Ён, ты что здесь делаешь? Фу, запах сигарет... Только не говори, что это ты курила?

— ...

— ...Ты плачешь?

Тот день, когда мои сокурсники уже год как поступили в юридическую школу и были заняты по горло, а я чувствовала себя потерянной лишь потому, что мне больше не нужно было выплачивать долг, остался жалким воспоминанием, о котором знала только я.

Пока чувство стыда за тот момент не нахлынуло с новой силой, я сменила тему.

— А ты почему задержалась до такого времени? У тебя же сегодня семейный ужин.

— Отменили. Решила доделать оставшуюся работу...

Чопорно ответив, Им Чон Ён вдруг спохватилась и нахмурилась.

— Дело не в этом. Слышала, дело «Джэвона» передали тебе?

— Угу.

Если точнее, дело о защите вице-президента «Джэвон Констракшн» по обвинению в мошенничестве.

Когда я спокойно показала ей конверт с документами, Им Чон Ён назвала меня сумасшедшей и шлепнула по плечу. В то самое место, за которое недавно схватился Чхве Джун У. Благодаря этому мерзкий осадок немного рассеялся.

— Не берись за это. Откажись.

— И как я, по-твоему, откажусь от приказа сверху? Велели — значит, надо делать.

— Сэ Ён-а, ты ведь прекрасно понимаешь, что это за встреча?

— ...

— И зная это, ты всё равно соглашаешься?

— А что мне остается. Говорят, важный клиент. Кто-то же должен с ними работать.

— И этим кем-то будешь ты?

Я лишь пожала плечами, делая вид, что меня это не волнует. Мне совершенно не хотелось показывать Им Чон Ён свое волнение. Перед ней, по-прежнему безупречной во всех отношениях, у меня не было иного способа сохранить гордость, кроме как притворяться абсолютно невозмутимой.

Я устроилась сюда лишь потому, что это было единственное место, куда меня приняли, но перед Им Чон Ён — моей старшей коллегой, начавшей работать на год раньше, и наследницей фирмы «Имсан» — я и так представала в жалком свете слишком часто. Оставим в стороне университетские годы, но начиная от моих неуклюжих шагов в качестве новичка и заканчивая скандалом с женатым мужчиной. Хотя она, конечно, была едва ли не единственной коллегой, верившей в мою невиновность.

Им Чон Ён, пристально наблюдавшая за мной, со вздохом провела рукой по своим волосам.

— Хан Сэ Ён, ты и правда...

— ...

Следя за её плавным движением, я тоже машинально коснулась кончиков своих волос. Мои волосы, наспех стянутые в один хвост просто потому, что мне было лень за ними ухаживать, мне совсем не нравились.

— Говорю это из чистого беспокойства.

Оглядев пустую крышу, Им Чон Ён понизила голос:

— Из-за этого опять поползут слухи.

— Какие слухи?

— О Кан Хи Бэке.

— ...

Это имя я не слышала очень давно. Да, я уже видела его в документах, да и сама нередко о нем вспоминала, но услышать его вслух от кого-то другого — это было действительно впервые за долгое время.

Наверное, в последний раз его вскользь упоминала Соми еще во времена учебы в юридической школе.

— О? Тот парень похож на Кан Хи Бэ... А, извини. Ты же просила о нем не говорить.

— ...Да это дела минувших дней. Кто?

— Эй, уже прошел.

— Угу...

Соми была не единственной, кто задавался вопросами о нем, исчезнувшем в одночасье. Наши университетские сокурсники, хозяин «Кентукки», старшие из родного города, и особенно тетушка с мельницы — все они очень переживали, но теперь и это осталось в прошлом.

В этом году исполняется девять лет с тех пор, как я бросила Кан Хи Бэка.

Прошло почти десятилетие — срок, за который меняются реки и горы, — его образ давно стерся из памяти окружающих, и никто больше о нем не заикался. И то, что это имя так отчетливо слетело с губ Им Чон Ён, странно резануло слух.

Уж не знаю, то ли потому, что это был именно Кан Хи Бэк, то ли потому, что это сказала именно Им Чон Ён. Так или иначе.

— А что Кан Хи Бэк?

— Ты же знаешь, что он сейчас работает в «Джэвоне»? Документы ведь читала. Высока вероятность, что он появится на встрече.

— ...И что с того?

— Среди наших сокурсников снова пойдут разговоры о ваших отношениях, вот увидишь. Сонбэ И Ги Хун всё еще крутится в этой сфере... Ситуация так себе.

— ...

С И Ги Хуном я пару раз сталкивалась в суде. Видимо, он усердно проходил реабилитацию, потому что проблем с ходьбой у него не наблюдалось, но каждый раз он сверлил меня свирепым взглядом.

— Понимаешь, что сейчас всё куда серьезнее, чем в студенческие годы?

Осторожно произнесла она.

— Кан Хи Бэк теперь настоящий бандит. Каким бы крупным ни стал «Джэвон Констракшн», в конечном счёте они лишь подтирают дерьмо за другими.

— ...

— Разве в этой сфере есть хоть кто-то, кто не знает, что «Джэвон» отмывает деньги для «Чхон энд Джей»?

— А мы должны отмывать такой «Джэвон».

Услышав мой саркастичный ответ, Им Чон Ён наконец замолчала. Заметив обиду на её плотно сжатых губах, я мысленно спохватилась.

Она ведь искренне переживала, а я огрызаюсь — неудивительно, что ей обидно. Всё-таки она что раньше, что сейчас остается настолько доброй, что на её фоне чувствуешь себя еще более дрянным человеком. Я с запозданием смягчила тон.

— В любом случае, это моя работа, так что сделаю всё, что в моих силах.

— ...Ты и правда ничего не боишься?

— Как знать.

— Или у тебя есть на кого рассчитывать?

— ...

Я на мгновение забыла, что Им Чон Ён не просто добрая. Умная и проницательная, она окинула меня острым взглядом.

— На Кан Хи Бэка?

Каждый раз при звуке этого имени моё сердце против воли пропускало удар. Глядя на меня, застывшую от напряжения, Им Чон Ён с недоумением спросила:

— Только не говори, что ты до сих пор ему веришь?

— ...

Я постаралась посмотреть на Им Чон Ён максимально спокойно. Судя по её осуждающему взгляду, было уже поздно, но ответ у меня был только один.

— С чего бы.

***

Какой жизнью Кан Хи Бэк жил всё это время, я совершенно не знала. Но вполне могла догадаться.

Благодаря тому давнему дню, когда он был залит кровью, и стоящим сейчас передо мной бандитам.

— ...

Войдя в бар, отличавшийся вульгарным для деловой встречи с клиентом интерьером, я увидела вереницу мужчин угрожающего вида, выстроившихся перед одной из дверей. Со стороны могло показаться, будто они охраняют находящуюся внутри важную персону, но я прекрасно знала: на самом деле это лишь живой щит, позволяющий творить любую грязь за закрытыми дверями.

Стоило мне остановиться перед ними, как проходящие мимо посетители бара начали бросать на меня косые взгляды. От чувства, будто меня гребут под одну гребенку с этой пошлостью, рука, сжимавшая сумку, мелко задрожала. Невыносимо мерзко. Честное слово, я так не хотела сюда приходить.

«Кан Хи Бэк теперь настоящий бандит».

С каменным лицом я достала визитку, и как раз в этот момент мужчина, стоявший слева от двери, повернулся ко мне, поэтому я решительно протянула её ему.

— Я из юридической фирмы «Имсан». Хан Сэ Ён.

— ...

— Глава фирмы запросил встречу, вы ведь в курсе?

Мужчина, лишь мельком взглянув на визитку, перевел взгляд на меня. В этот миг я рефлекторно сжала карточку сильнее.

Я сразу не заметила, но левый глаз мужчины был мутным. Видимо, он был слеп на один глаз.

— Ваш босс у себя?

Скрыв мимолетную растерянность, я заговорила снова, и он кивнул своему соседу. Только тогда плотно закрытая дверь отворилась.

Сдвиг—

Первое, что бросилось в глаза за мгновенно отъехавшей дверью, мало чем отличалось от картины, которую я и ожидала увидеть по пути сюда.

«Если вдруг что-то пойдет не так, сразу уходи. Я помогу всё уладить».

Вспомнив слова доброй Им Чон Ён, я обвела взглядом комнату.

Внутри было еще темнее, чем в зале, и всё пространство пропиталось едким дымом. И обстановка здесь была куда более вульгарной.

— Ха-а... ха, м-м...

— А-а...

Огромный П-образный диван вдоль стен, а на нем — несколько сплетенных пар мужчин и женщин. Кто-то мял женские ягодицы, кто-то вылизывал мужскую промежность. А некоторые обнимались так, словно были трепетными влюбленными.

Больше всего среди них выделялся старик, расположившийся в самом центре. Седой глава «Джэвон Констракшн» как раз жадно орудовал языком на груди девушки, годившейся ему во внучки.

Я быстро пробежалась взглядом по лицам мужчин.

...Его нет.

— М-м, ну же, прекратите...

— ...

Нигде в этой грязной комнате Кан Хи Бэка не наблюдалось.

Кан Хи Бэка здесь нет.

«Или у тебя есть на кого рассчитывать?»

...Всё ли будет хорошо?

Я сжала сумку покрепче, и в этот момент дверь прямо у меня под боком закрылась. Бум. Не успела я вздрогнуть от тяжелой вибрации, как встретилась взглядом с главой компании. У меня против воли вырвался кашель.

— Кхм!

Пусть я и сама курю, но оставаться равнодушной к такой плотной концентрации дыма, заполнявшего комнату, было невозможно.

Я-то притрагиваюсь к сигаретам разве что...

— Кхм. Кхм. Кхм!

В этот момент старик, разглядывавший меня, пока я кашляла, прикрыв рот рукой, с громким чмоком оторвался от женской груди.