— Зажигалку отдай мне.

— ...Вот.

Забрав у женщины зажигалку, Кан Хи Бэк собственноручно заставил её сжать полы пиджака. Благодаря этому её обнаженное тело оказалось надежно скрыто под огромной одеждой.

Я машинально принялась разглядывать женщину.

— ...

На лице женщины, поглядывающей на Кан Хи Бэка, который невозмутимо прикуривал сигарету, читались весьма отчетливые эмоции. Закушенная губа, дрожащие веки, бегающий взгляд.

Трудно не понять, что именно она чувствует. Ведь я прекрасно помню то волнующее чувство защищенности, когда утопаешь в огромной одежде Кан Хи Бэка.

Конечно, теперь это не имеет никакого смысла.

Взглянув на Кан Хи Бэка в непривычной черной рубашке, молча пускающего дым, на растрепанную стопку документов в своих руках, и еще раз на женщину, я подавила посторонние мысли.

Как бы то ни было, я пришла сюда только работать.

А рядом с Кан Хи Бэком я села лишь потому, что среди этих бандитов это место казалось самым безопасным. И то, что он единственный здесь прикрыл голое тело женщины, лишь подтверждало мою правоту.

К тому же он разрядил давившую на меня атмосферу.

— ...

И о знакомстве с Кан Хи Бэком я упомянула только для того, чтобы произвести впечатление на председателя, других причин не было. Судя по тому, что он получил должность директора в таком молодом возрасте, и ему спускают с рук дерзкое поведение, он пользуется здесь немалым влиянием.

Ведь председатель, скорее всего, будет куда снисходительнее к знакомой своего подчиненного, чем к совершенно чужому человеку.

И действительно, на лице председателя, потягивающего алкоголь и разглядывающего нас, появился куда более явный интерес, чем раньше.

Использовать того, кого сама же бросила — это, конечно, бесстыдство, но сейчас моя единственная цель — поскорее убраться из этого мерзкого места.

— Теперь мы можем перейти к делу, господин председатель?

— Давай, вещай.

Получив разрешение, я гладко провела брифинг.

То и дело руки председателя блуждали по груди и промежности женщины, а девица, накрытая пиджаком Кан Хи Бэка, о чем-то шепталась с ним, но я всё же смогла высказать всё, что планировала.

Содержание было простым. Сын председателя, вице-президент компании, обвинялся в мошенничестве на сотни миллионов вон в отношении своего знакомого, и наша фирма, а конкретно я, взялась за его защиту; мы готовимся к заключению мирового соглашения, и, если не случится ничего непредвиденного, дело удастся закрыть до конца этого года — вот и весь краткий отчет. Естественно, самого вице-президента здесь не было.

— Поскольку сегодняшняя встреча оказалась не совсем такой, как я ожидала, я изложила информацию в пределах дозволенного. Подробности я передам вице-президенту лично при встрече.

Это означало: больше не зовите меня в такое грязное место, не имеющее отношения к работе. Понял он это или нет, но председатель лишь усмехнулся.

Слишком дерзко? С легким беспокойством я покосилась вбок.

Кан Хи Бэк, который всё время, пока я говорила, только и делал, что курил, теперь держал в зубах короткий окурок. Проследив взглядом за его напряженной челюстью, пожевывающей фильтр, я опустила глаза ниже и тихонько задержала дыхание.

Это...

В вырезе расстегнутой рубашки, на нижней части шеи Кан Хи Бэка сзади виднелось что-то темное. Это была не тень. Казалось, там что-то нарисовано.

Не веря своим глазам, я попыталась разглядеть его шею получше, но Кан Хи Бэк бросил окурок в пепельницу, и мне пришлось поспешно опустить взгляд.

Понять, что именно я только что увидела, было нетрудно. Черная татуировка, искусственно нанесенная на кожу, которая оставалась бледной даже после работы под палящим солнцем дни напролет, красноречиво говорила о том, какой была жизнь Кан Хи Бэка всё это время.

— ...

Не то чтобы я этого не знала, но всё же... Подавив внезапно сжавшееся сердце, я прижала сумку к груди. Мне больше ни секунды не хотелось здесь оставаться.

— Тогда я пойду. Мне больше нечего добавить.

Я торопливо поднялась, но председатель оказался быстрее. Бах! Он внезапно пнул стол, заставив меня вжать голову в плечи.

— Сидеть.

— Я же сказала, что мне больше нечего...

— Вот теперь мы и перейдем к главной теме нашей встречи.

— ...

Его пинок послужил сигналом: девица, сидевшая рядом, опустилась между ног председателя. Вж-ж-ик. Из-под стола откровенно раздался звук расстегиваемой молнии.

— Адвокат Чон говорил, что ты отлично работаешь языком. Посмотрим, так ли это?

— ...

Спрашивать, что он имеет в виду, не было нужды.

Я изо всех сил старалась не смотреть на макушку женщины, двигающуюся между ног председателя, и пыталась сохранить самообладание.

— Не думаю, что адвокат Чон может знать о подобных вещах. И не вижу необходимости демонстрировать это вам.

— ...

— Как вы знаете, господин председатель, я и так по горло занята урегулированием дела вице-президента.

— Дерзость — это, конечно, забавно, но знай меру, девочка-адвокат.

— ...

— Может, я уже староват, но когда молодняк начинает борзеть, мне это совсем не по нраву, ху...

Выдохнув вязкий воздух, председатель обратился к своей промежности:

— Таким сукам нужно в один прекрасный день обломать рога, чтобы они стали шелковыми. Верно, Мён Ин?

Из-под стола послышалось хихиканье. Вокруг тоже раздались издевательские смешки. Одного этого было достаточно, чтобы вызвать тошноту, но один из парней поставил бокал и даже вызвался добровольцем:

— Может, мне заняться? А то у меня как раз хер болит, надо бы послюнявить.

Услышав это, я рефлекторно обернулась и, по иронии судьбы, посмотрела на Кан Хи Бэка.

Именно в этот момент он вынул сигарету изо рта, и наши глаза встретились.

— ...

В отличие от Кан Хи Бэка, чье бесстрастное лицо не выражало абсолютно ничего, на моем лице наверняка отразились весьма ясные эмоции.

Так вот твой уровень. Всего лишь.

Спокойно выдержав мой полный презрения взгляд, Кан Хи Бэк откинулся на спинку дивана. И в ту же секунду чьи-то руки схватили меня и развернули.

— Эй, ты.

Это был тот самый парень, что только что подал голос. На вид самый младший среди присутствующих. От силы лет двадцати пяти. Небрежно откинув осветленные желтые волосы, он мерзко ухмыльнулся и рывком притянул меня к себе.

— Ах!

В одно мгновение я оказалась зажата в объятиях чужого мужчины. Омерзительное чувство.

— Что вы себе позволяете. Отпустите!

— Ты с самого начала так дерзко огрызаешься с боссом, что я аж охуел от такой наглости, а?

— А...!

— Думаешь, ты пришла сюда, чтобы строить из себя самую умную?

— Отпусти, говорю...!

Как бы я ни вырывалась, парень даже не шелохнулся. Напротив, хватка на моем предплечье стала еще жестче. Подавляющая сила, из которой невозможно вырваться, сколько бы ты ни билась.

Как тогда.

Вспомнив день, когда меня вот так же беспомощно волокли к контейнеру, я стиснула зубы.

— Отпустите. Немедленно. Пока я не дала этому делу законный ход.

— Пиздец борзая. А сама-то всего лишь брошенная шлюха.

— Не неси чушь и немедленно...

— Ты хоть знаешь, что Чон Чхан Ёп сам попросил нас вертеть тобой как нам вздумается?

— Что...?

— Попросил разъебать тебя так, чтобы ты больше никогда не смогла поднять голову, вот мы все ради этого и собрались, тупая ты сука. Сама нихуя из себя не представляешь, а строишь тут адвоката.

Не может быть.

Мой ошарашенный, пустой взгляд снова метнулся к Кан Хи Бэку.

— ...

Он всё так же, не меняя позы, смотрел на меня. Просто смотрел.

Словно это его не касалось.

Да. Мы ведь и правда чужие люди. Я бросила его, а он был брошен.

В тот день мы окончательно стали чужими. Это был мой выбор.

Но, несмотря ни на что, я знаю.

— Эта сука, кажется, опять пытается подмазаться к старшему брату Хи Бэку.

Кан Хи Бэк не из тех, кто сможет спокойно смотреть, как ту, что когда-то была для него всем, смешивают с грязью. Истинная натура Кан Хи Бэка, которого я знала, точно была такой.

Переводя взгляд с зажигалки в его руке на женщину в его пиджаке, я вспомнила слова Им Чон Ён.

«Только не говори, что ты до сих пор ему веришь?»

Мне не хотелось этого признавать, но Им Чон Ён была права.

Когда Чон Чхан Ёп спихнул на меня дело вице-президента «Джэвона», я могла бы хоть на коленях ползать, вымаливая прощение за прошлый год, и это стало бы выходом. Но я этого не сделала. Потому что уже знала, что Кан Хи Бэк — одна из ключевых фигур в «Джэвон Констракшн».

И потому что я прекрасно помнила нежность Кан Хи Бэка.

Раз уж у меня есть надежный тыл, зачем мне поступаться своей гордостью?

— Кан...

Стоило мне с этой наглой надеждой открыть рот, как Кан Хи Бэк затушил недокуренную сигарету в пепельнице и поднялся с места. При виде внезапно выросшего силуэта и я, и парень, трясший меня, одновременно подняли головы.

Лицо Кан Хи Бэка, выдыхающего остатки дыма, было скрыто в тени.

— Скучно тут у вас. Я пойду.

...Что?

Даже не взглянув на меня, застывшую от растерянности, он обратился к сидевшей рядом женщине:

— Пиджак верни в целости. Он мой любимый.

— ...Конечно. Спасибо, господин директор.

Коротко улыбнувшись смущенно ответившей девице, Кан Хи Бэк посмотрел на председателя. Старик, молча наблюдавший за происходящим, кивнул в знак согласия, и Кан Хи Бэк тут же зашагал к выходу, мгновенно пройдя мимо меня. Без единого взгляда, без единого слова.

Нет.

Я рванулась за ним, извернувшись всем телом, но он уже выходил из комнаты. Напоследок я увидела, как стоящие в коридоре бандиты заговорили с ним, и дверь закрылась. Очень быстро.

Бум.

Закрылась.

Кан Хи Бэк исчез в одно мгновение. Просто так.

...Почему?

Пока я неверящим взглядом смотрела на закрытую дверь, моё тело резко дернули назад. Это был желтоволосый парень.

— Ну что ж, теперь тебе и опереться не на кого.

— ...

— С чего начнем? Есть желающие посмотреть?