Я мягко улыбнулась.
[Вот как?]
[Да.]
Моё тело без всякого усилия поднялось в воздух. Я промолчала о разговоре с Диего, который состоялся несколько часов назад, и послушно прижалась к нему.
[Но, как всегда, если я действительно могла что-то сделать, я вовсе не собиралась колебаться.]
“…”
[И всё же…]
[Сейчас, пожалуй, не время.]
[Если я расскажу ему обо всём, что собиралась сделать, этот мужчина наверняка окончательно сойдёт с ума от беспокойства.]
[К тому же…]
Я смущённо посмотрела на разгромленный сад.
[Я и сама, если честно, не слишком умею себя сдерживать…]
Я обвила руками шею Евредиана и лучезарно улыбнулась.
“Тогда пойдём внутрь? Может, поужинаем?”
“Почему бы и нет? Но сначала я проверю, не ушиблась ли ты где-нибудь.”
“Ох…”
[Похоже, всё-таки было ещё слишком рано.]
[В конце концов я решила пока оставить эту мысль при себе.]
***
[Однако это “пока” обещало затянуться надолго.]
Я тихо вздохнула.
[Уже несколько дней Евредиан вёл себя так, словно совершенно не мог позволить мне самостоятельно сделать хотя бы несколько шагов.]
[Стоило мне попытаться побыстрее спуститься по лестнице, как он тут же бледнел и подхватывал меня на руки.]
[И как мне убедить его, что мои ноги вполне способны меня выдержать?]
Я тихо проворчала:
“Все нас увидят.”
“Мне всё равно, Ени.”
“Все…точно начнут сплетничать, что ты ужасно любящий мужчина.”
“Я не против.”
“Они ещё скажут, что ты настолько без ума от своей женщины, что совсем забросил государственные дела. Тебя это действительно не беспокоит?”
“Я не забросил всё. Это ты заставляешь меня так поступать.”
“И правильно делаешь. Разумеется!”
Я сидела на подоконнике в коридоре и сердито смотрела на Евредиана.
Сегодня я как раз пыталась тайком выбраться из спальни, чтобы немного погулять в саду, когда меня с поличным поймал Евредиан, только что вернувшийся в Центральный дворец.
Щёлк.
Евредиан протянул руку мимо моей шеи и крепко запер оконную защёлку.
[Очевидно, он предусмотрительно позаботился о том, чтобы я снова не попыталась спрыгнуть вниз.]
Я недовольно пробормотала:
“Ты слишком меня опекаешь.”
“Пусть это продлится всего ещё несколько дней, Ени. Пожалуйста, послушайся меня. Пожалуйста.”
“Уф…Не говори это таким тоном.”
[Сопротивляться ему, когда он смотрел на меня так и говорил таким голосом, было совершенно невозможно.]
Я вздохнула, получая один за другим поцелуи по всему лицу.
“Я всего лишь хотела спуститься в сад. Мне душно сидеть взаперти в комнате.”
“Можешь пойти туда вместе со мной.”
“Феликс выглядит совершенно несчастным. Он говорит, что ты совсем не сосредоточен на своих обязанностях.”
[Интересно, насколько же он отчаялся, если даже издалека у него на глазах стоят слёзы?]
[Вот, даже сейчас.]
Я заметила Феликса, выглядывавшего из-за лестницы этажом ниже. Он смотрел на меня с таким сочувствием, что я лишь неловко улыбнулась.
“Я всё ещё не уверена, что это хорошая идея.”
[Но я не могла ругать человека, который до сих пор каждый раз проверял мои запястья, стоило ему меня увидеть.]
Евредиан медленно произнёс:
“Когда дело касается тебя, я становлюсь бесконечно трусливым.”
“…”
“Подумай об этом иначе, Еленика. Ты больше месяца пролежала там, словно труп.”
“Нет, этого не может быть!”
[Что он такое говорил?!]
Я тревожно распахнула глаза.
“Я даже представить такое не могу!”
“Вот именно. Поэтому…”
Наши губы ненадолго соприкоснулись.
За одним мягким поцелуем последовали другие - осторожные, нежные, почти невесомые.
“Просто дай моему сердцу немного успокоиться. Если бы ты знала, сколько раз за один день оно падает в самую бездну…”
“М-м…”
“Тогда ты пожалеешь меня?”
Его прикосновения были настолько осторожными, что слово “прикосновение” казалось слишком грубым.
[Скорее, он едва ощутимо касался меня.]
Я молча смотрела на Евредиана, а затем сказала:
“Обещаю, то, что случилось в прошлый раз, не повторится трижды.”
“Не верю.”
Ответ последовал с пугающей скоростью.
И лишь после того, как наши губы снова встретились, он продолжил:
“Я не могу тебе верить. Наверное, уже никогда не смогу.”
“Это довольно неприятно…”
“Ты сама сделала меня таким…”
Евредиан тихо вздохнул.
“Совершенно безнадёжным.”
Мне нечего было на это ответить, поэтому я лишь рассмеялась.
Сильные руки обвили мою талию.
Тихий шёпот коснулся моего уха:
“Ты ведь не собираешься делать вид, будто не понимаешь, к чему я веду?”
“…?”
Моё тело слегка приподнялось, а затем ноги снова коснулись пола.
Я машинально обвила руками его шею, но почти сразу отпустила.
“Да? Что…”
За окном заходило солнце.
Длинный коридор, целиком залитый оранжевым светом, был совершенно пуст.
Тихие сумерки позднего лета окутывали всё вокруг спокойствием и безмятежностью.
“…”
Серебристые волосы Евредиана были наполовину погружены в золотистое сияние заката.
Я растерянно смотрела на него сверху вниз.
[Всего несколько мгновений назад я смотрела на него снизу вверх, а теперь…]
[Теперь я находилась выше него.]
“А…”
В этот момент мне показалось, что я догадалась, что Евредиан собирается сделать.
И всё же я совершенно ничего не понимала.
Его тёплая ладонь обхватила мою вечно холодную руку.
Это была его левая рука.
“Когда ты вернулась.”
Его голос звучал спокойно и непринуждённо.
“Я обещал, что однажды сделаю тебе настоящее предложение.”
“…”
“Я долго думал, какое предложение понравилось бы тебе больше всего…”
Он нежно коснулся губами тыльной стороны моей ладони.
Что-то внутри меня вздрогнуло.
“Поскольку ты не любишь быть в центре внимания…”
[Только теперь странная тишина вокруг обрела смысл.]
[Обычно в это время коридоры Императорского дворца были наполнены слугами, спешившими закончить вечерние приготовления.]
[Но сейчас здесь было необычайно тихо.]
Тук-Тук.
Тук-Тук.
Настолько тихо, что я отчётливо слышала биение собственного сердца…
“Я решил, что лучше сделать всё тихо, без лишней суеты. Надеюсь, я правильно тебя понял…”
Его красные-фиолетовые глаза медленно изогнулись в мягкой улыбке.
Я заметила блеск чего-то в его левой руке, державшей мою.
Тот же самый блеск отражался от глубокой алой бархатной коробочки, которую он держал в другой руке.
“Выходи за меня.”
Слёзы хлынули прежде, чем я успела почувствовать их у уголков глаз.
“Ты можешь делать со мной всё, что захочешь. Можешь окончательно свести меня с ума, ещё сильнее, чем сейчас.”
Его предложение продолжалось медленно - спокойно, сдержанно, невероятно нежно и до боли в сердце характерно именно для этого человека.
“Всё оставшееся у меня время принадлежит тебе.”
“…”
[Я знала, что должна ответить.]
Но горло сжалось, и я не смогла произнести ни звука.
Поэтому дрожащими руками я приняла маленькую коробочку, а затем обвила руками его шею и притянула к себе.
Только тогда с моих губ сорвался искажённый от слёз голос:
“Почему ты вдруг…”
В голосе Евредиана послышался тихий смех.
“Почему ты плачешь? Не плачь.”
“Ты вот так…”
“М-м?”
“Ты сделал это так внезапно…”
“Внезапно? Это вовсе не внезапно.”
Его нежная ладонь успокаивающе погладила меня по плечу.
“Так какой же твой ответ?”
Я с трудом заставила себя открыть рот, пытаясь сдержать необъяснимые слёзы, которые продолжали подниматься к глазам.
“Я…”
Не в силах посмотреть ему в лицо, я уткнулась в его шею, поэтому слова прозвучали совершенно приглушённо.
“Я плохо тебя слышу.”
“…”
“Можешь сказать ещё раз?”
Я покачала головой, не находя в себе уверенности.
[С тех пор как я вернулась в Лебовни, я слышала от него предложение выйти за него по нескольку раз в день.]
[Так почему же сейчас я плачу, словно слышу это впервые?]
Евредиан мягко разжал мои руки, обнимавшие его за шею, и выпрямился.
Он ласково подбодрил меня:
“Ну же. Не плачь.”
“…Я согласна.”
Я едва сумела выдавить связный голос.
“Я тоже отдам тебе всё своё оставшееся время.”
[Мне хотелось сказать ещё так много всего.]
[Но слова не шли.]
[И всё же, похоже, Евредиану этого было достаточно.]
“Слава богу.”
На его лице появилось искреннее облегчение.
“Я немного волновался.”
“В этом нет необходимости…”
Ошеломлённая его словами, я поспешно возразила, но Евредиан забрал коробочку из моих рук.
Я замолчала и стала наблюдать за ним.
Он снова открыл крышку, которая наполовину закрылась из-за того, как неуклюже я держала коробочку.
“…”
Вскоре я почувствовала, как что-то мягко скользнуло на безымянный палец моей левой руки.
Я прошептала, не в силах скрыть волнение:
“Когда ты успел?”
“Я отдал приказ изготовить его два года назад. Сразу после твоего возвращения в Лебовни.”
Кольцо идеально село на палец, не оставив ни малейшего зазора.