1 - 48
Она с лёгкостью игнорировала его, но широкая спина мужчины, шедшего впереди, вдруг сбилась с ритма.
Следуя за прорабом, они зашли в жёлтый грузовой лифт. Эри уже не раз ездила на таких времянках, сопровождая Пак Син Ока, но каждый раз было одинаково страшно. С каждым движением кабина издавала пугающий грохот и вибрировала так, что зубы стучали.
К тому же, чем выше они поднимались, тем сильнее ледяной ветер прорывался сквозь сетчатые двери. В тесном лифте голос прораба, который стоял к ней спиной и с гордостью отчитывался о ходе строительства, тонул в завывании сквозняка.
Эри беспокойно озиралась, не зная, куда деть глаза. Стоявший в полушаге от неё Чхве Ын Хён незаметно пододвинул свой локоть поближе.
Предлагает ухватиться?
Не успела она обдумать это, как лифт с громким лязгом дёрнулся и замер в воздухе. Эри в ужасе вцепилась в рукав Ын Хёна. Киллер слегка обнял дрожащую женщину, удерживая её на ногах.
Прораб с силой потряс железную дверь, а затем выхватил с пояса рацию:
— Да что ж такое, опять заклинило!
— …
— Не извольте беспокоиться, госпожа. Сейчас снизу вручную подтянут.
Эти слова напугали её ещё больше. Вручную? Это как, лебёдку крутить будут?
Эри, которая привыкла ездить только в готовых пассажирских лифтах, понятия не имела об их устройстве. Ведомая инстинктом самосохранения, она намертво вцепилась в лацкан Ын Хёна и прижалась к его груди.
Пока прораб сквозь треск рации переговаривался с кем-то внизу, Ын Хён наклонился и едва слышно прошептал ей на ухо:
— Я ж говорил — сдохнешь.
Его нелепое предсказание прозвучало как издевательский упрёк. Эри тут же отпустила его воротник и вырвалась из объятий.
Подумаешь, напугал.
Она ответила так же тихо, чтобы слышал только он:
— Говорят, от судьбы не уйдёшь — можно и во сне помереть.
Стоило ей это сказать, как лифт со скрежетом дёрнулся и пополз вверх. Прораб с гордым видом обернулся:
— С безопасностью у нас строго, всё под контролем!
Эри неловко улыбнулась, сделав вид, что ничего не произошло. Хорошо хоть из-за пасмурной погоды прораб не заметил румянца, который она так и не смогла унять.
Когда они вышли на открытый этаж, сильный ветер подхватил её синюю юбку. Взгляды рабочих, замешивавших цемент, скользнули по Эри и остановились на Чхве Ын Хёне.
Обычно с ней таскался тот придурок Картошка, который только и делал, что докапывался до работяг и смолил сигареты, а тут — такой статный красавец в костюме. Естественно, пошли перешёптывания: «Это из головного офиса или любовничек мадам?».
Шепотки стихли, когда один из рабочих узнал Чхве Ын Хёна.
— Хённим!
Ын Хён и Эри одновременно обернулись. В их сторону уверенно шагал здоровенный мужик в перемазанной цементом рабочей робе. Эри видела его впервые.
Сунув рацию в задний карман, амбал подошёл к Ын Хёну и отвесил глубокий, ломкий поклон:
— Это я, Ён Сик из прачечной, хённим!
Сокамерник, что ли?
Эри искоса взглянула на Ын Хёна. Тот коротко кивнул, но выражение его лица было откровенно кислым. Ён Сик, не замечая этого, расплылся в широкой улыбке:
— Вот уж не думал, что мы здесь пересечёмся! Я думал, вы только к Новому году выйдете, а вы уже на посту!
— …
— Здравия желаю, невестка!
Радостно скалясь, Ён Сик так же глубоко поклонился и Эри. Видимо, решил, что она — личная подружка Чхве Ын Хёна.
Лицо Эри едва заметно напряглось, и Ын Хён шагнул вперёд, заслонив её собой.
— Это госпожа отеля «Синчжо».
Услышав это нелепое название бывшего отеля «Прайд», которое старик сменил, амбициозно заявив, что заработает не просто много, а «син-ок», Эри крепко зажмурилась. Как только старик сдохнет, первым делом переименую этот отель.
Прим.:Пак Син Ок обыгрывает своё имя (신억 — «Син-ок»), меняя название отеля Pride (프라이드 호텔) на «Синчжо» (신조호텔). В корейском языке 신억 созвучно с 십억 (десять миллиардов), а 신조 (Синчжо) — с 신조 / 조 (триллион), подчеркивая его неуемную жадность.
— Ох, простите великодушно! Виноват, госпожа!
Ён Сик с виноватым видом согнулся пополам. Эри нацепила на себя снисходительную улыбку:
— Всё в порядке. Раз я невестка для начальника Чхве, значит, и для вас тоже.
— А? А-ха-ха! И то верно. Хённим за решёткой заботился обо мне как о родном брате!
— …
— Я как-то в мастерской об утюг сильно обжёгся, так он меня сразу к раковине потащил. Сказал, если быстро не охладить, шрам останется, и жена расстроится.
Если на видном месте шрам останется, замуж не выйдешь.
Эри уставилась на сломанные уши-пельмени Ён Сика и медленно моргнула. Запястье, когда-то ошпаренное кипящим рисовым отваром, вдруг заныло. Это было давно, но казалось, будто в прошлой жизни.
— Хённим, а теплицы, про которые вы говорили, уже присмотрели?
Ён Сик, который, казалось, должен был просто поздороваться и уйти к своим цементам, продолжал трещать без умолку. Эри с недоумением посмотрела на Ын Хёна. На его вечно невозмутимом лице явно читалась растерянность.
— Теплицы?
— …
— Начальник Чхве, вы что, собрались тепличное хозяйство открывать?
В голосе Сим Эри, которая умела чётко отделять личные дела от работы синдиката, послышалось искреннее непонимание. Если всё выгорит, я ему целое казино отдам, а он какие-то теплицы присматривает?
Поняв, что ляпнул лишнее, Ён Сик испуганно замахал огромными ладонями:
— Нет-нет, госпожа. Не те теплицы, где нелегальные казино держат.
— …
— А настоящие, где цветы и фрукты выращивают.
Взгляд Эри снова метнулся к Ын Хёну. На этот раз киллер не выдержал и отвёл глаза. Её насмешливый взгляд больно кольнул его точёное лицо.
— …Так значит, начальник Чхве хочет фермером стать.
— Да-да. Это ж мечта всей его жизни. Говорил, выйдет на пенсию в тридцать и будет цветы выращивать.
— Ён Сик.
Чхве Ын Хён попытался заткнуть его, но было поздно. Вода уже пролилась, да что там вода — плотину прорвало.
Эри тихо хмыкнула и потёрла свой маленький подбородок:
— Какая… прелестная мечта.
— В общем, приглядывайте за нашим хённимом!
Ён Сик снова отвесил Эри поклон, а затем поклонился и Ын Хёну. Тот едва заметно, на уровне бедра, махнул рукой: «Проваливай», но здоровяка было уже не остановить — он продолжал добродушно лыбиться.
Неважно, кто кого старше, — раз он младший брат Чхве Ын Хёна, значит, и мой тоже. Надо бы подкинуть ему на карманные расходы.
Эри остановила Ён Сика и принялась рыться в сумочке:
— Минутку, подожди.
— А?
— Раз уж встретились, возьми хоть на обед.
Но сколько она ни шарила в тесной сумочке, кошелька не было.
Да куда ж я его сунула.
Эри нахмурилась, и Ын Хён вмешался:
— Я сам его накормлю.
— Да погодите вы. Кажется, я кошелёк в машине оставила.
— Да что вы, госпожа, не стоит!
— Наверное, под сиденье завалился. Я сейчас быстро сбегаю.
Похоже, Эри решила сама сходить к машине, не утруждая Чхве Ын Хёна. Слишком уж ей не терпелось закрепить за собой роль заботливой невестки.
Впечатлённый такой простотой и вниманием госпожи, Ён Сик, кланяясь на каждом слове, не знал куда себя деть. А Ын Хён, прекрасно зная, что если эта девчонка что-то вбила себе в голову, то её не переубедишь, лишь тихо вздохнул.
— Давайте я сбегаю! — встрял прораб. Видимо, милость госпожи к простому работяге тронула и его. — Я знаю, где ваша машина припаркована. Дайте ключи, я мигом.
— Ой, да не нужно. Мы всё равно уже уходить собирались.
— Тогда, может, все вместе спустимся? И Ён Сик с нами.
Это был отличный компромисс, и Эри с улыбкой кивнула. При каждом движении головы каска, кое-как нахлобученная поверх причёски, нелепо подпрыгивала. Ын Хён с мрачным неодобрением покосился на неё.
— Прошу за мной.
— Ого, благодаря госпоже первый раз не по лестнице, а на лифте поеду!
Жёлтая времянка с грохотом подъехала к этажу. Звук открывающихся железных дверей резал по ушам скрежетом ржавого металла по металлу. Эри слегка поморщилась.
Прораб зашёл первым и придержал дверь. Радостный Ён Сик, продолжая болтать с идущим позади Ын Хёном, шагнул следом.
— Вот уж реально не ожидал вас здесь увидеть. Вы ж не женились часом?
— …
— С той девушкой, что к вам на свиданки ходила, вы уже всё…
В этот момент лифт с незакрытыми дверями резко дёрнулся и ухнул вниз на метр. Эри как раз занесла ногу, собираясь шагнуть в кабину, но Ын Хён железной хваткой дёрнул её назад за ворот шубы. Ещё бы мгновение — и лезвие перекрытия отрубило бы ей стопу.
Эри запоздало вскрикнула, а Ын Хён заорал:
— Ён Сик!
— Да что ж за напасть, опять застрял!
— Ох, ёпт, ни фига себе! Хённим! Я в порядке!
— Ён Сик, не дёргайся. Сейчас скажу, чтобы опустили…
Раздался оглушительный, визжащий скрежет разрывающегося металла и лопнувшего троса.
Лифт с высоты восьмого этажа рухнул в шахту.
Короткий, истошный крик оборвался так же внезапно, как и начался. Посреди поднявшейся суматохи, воя пыли и криков бегущих рабочих Эри стояла неподвижно, её глаза были абсолютно пустыми.
