И как только у неё гордости хватает? Будучи законной женой, видеть, как муж на её глазах лапает девчонку, которая ей в дочери годится, — и при этом даже бровью не повести. Это чё, если долго вариться в этом дерьмовом мире, то само собой так происходит? Неужели я тоже стану такой же бесчувственной куклой, как она?..
— Эри, у тебя ж адресная книжка под рукой? Разошли вот так, как есть.
— Хорошо.
— Эй, девка! Юк Чхиль Гу там ещё не объявился?
— А? Д-да, сейчас посмотрю!
Ми Ок, протиравшая листья орхидеи, подскочила как ужаленная. Пак Син Ок, ссадив Эри с колен, недовольно поморщился:
— Надо бы чё-то с этим Чхиль Гу делать.
— А что с ним? Вы ж друг друга с полуслова понимали.
— Да чёт с катушек сорвался в последнее время. Думаю его вообще от церемонии открытия отстранить, шоб на входе стоял, как вышибала.
Эри тихо усмехнулась. Представила, как Юк Чхиль Гу будет стоять на фейсконтроле на празднике, с которого его самого попёрли, — вот умора.
— Так ты ж тоже там в первый раз светиться будешь.
— …
— Статус мадам обязывает. Надо бы прикупить чё-нить такое… шоб все ахнули.
— Хм-м, ну так это от вашей щедрости зависит, господин председатель.
— Да проси чё хочешь! Давай, ну, чё тебе купить?
Эри украдкой взглянула на Юмико. По сравнению с её собственным ядовито-жёлтым, цыплячьим ханбоком, бледно-серое иромудзи Юмико выглядело невероятно скромно. Ни узоров, ни золотого тиснения, ни даже завалящего украшения — Юмико сидела неподвижно и улыбалась как фарфоровая кукла. В её безупречности было что-то пугающее, почти нечеловеческое.
Прим.: Иромудзи (色무지) — традиционное японское кимоно одного цвета (кроме чёрного или белого), не имеющее тканых или вышитых узоров; атрибут сдержанного, высокого статуса.
— Я бы хотела, чтобы вы нашей онни какое-нибудь колье подарили.
— А? Мидже?
— Ну вы сами посмотрите. Шея-то у онни совсем пустая, не находите?
— Спасибо, но мне ничего не нужно.
Внезапное внимание смутило Юмико, и она мягко замахала руками. Пак Син Ок лишь расхохотался во всё горло и хлопнул в ладоши:
— Господи помилуй! Вот уж воистину, Бог детьми обделил, зато с бабами повезло!
— …
— Шоб жена с любовницей так ладили — да где ж такое видано! На вот.
Сияя от самодовольного удовольствия, он приподнялся и достал из заднего кармана брюк бумажник. Открыв чёрное глянцевое портмоне, он послюнявил толстый палец и вытащил белоснежный банковский чек.
— Сходи с онни, прогуляйтесь.
— Дорогой…
— Цыц, я сказал. Это наш подарок директору Сим в честь повышения.
— Спасибочки, председатель.
Эри ловко выхватила чек из рук Пак Син Ока, словно цирковой фокусник. Демонстративно пересчитывая нули, она беззвучно прошептала сумму. Глядя на это, Юмико лишь снисходительно улыбнулась краями губ.
А за всем этим из-за плеча Эри украдкой наблюдала Ми Ок. Заметив торжествующую ухмылку новой хозяйки и зажатый в её маленькой руке чек, девушка спешно продолжила натирать уже и без того блестящий лист орхидеи.
* * *
Лифт стремительно поднимался, и в ногах появилась неприятная тяжесть. Глядя сквозь прозрачное стекло на удаляющуюся землю, Эри почувствовала тошнотворное головокружение и зажмурилась.
— Взгляды мужчин иногда имеют значение, — мягко произнесла Юмико, словно пытаясь утешить помрачневшую спутницу.
Эри приоткрыла глаза и слабо улыбнулась ей в ответ. На мужчину, следовавшего за ними по пятам как тень смерти, она старалась не смотреть.
После того поцелуя, похожаго на остервенелую драку, они виделись впервые. У Пак Син Ока особых поручений не было, да и когда Эри нужно было выйти по делам, она вызывала такси прямо к воротам дома. Она изо всех сил старалась лишний раз не пересекаться с Чхве Ын Хёном.
Вроде бы он вёл себя так же заботливо и привычно, как раньше, но при этом на словах смешивал её с грязью — и это противоречие выводило её из себя. К тому же её бесило, что он строил из себя преданную жертву, хотя это ей следовало бы обижаться и ненавидеть его.
Когда двери лифта открылись, Эри постаралась скрыть уныние и решительно взяла Юмико под руку. От столь бесцеремонного прикосновения законная жена председателя слегка округлила глаза, но тут же закусила губу, сдерживая вежливую улыбку.
Эри бодрым тоном поинтересовалась:
— Онни, давайте ещё по шарфику присмотрим. Какой мех вам больше нравится?
— Я в этом совсем не разбираюсь.
— Да? А вы посмотрите лисицу или куницу — они такие мягкие и тёплые!
— Это значит нацепить на себя шкуру убитого животного.
Спокойно ответила Юмико, плавно выходя из лифта. В её голосе слышалась лёгкая, насмешливая улыбка, но Эри не смогла ответить тем же.
Посмотрев пару секунд на глянцевый пол с геометрическим узором, Эри встрепенулась и снова нацепила на лицо беззаботную маску:
— Ой, а я как-то об этом и не думала. После ваших слов аж жутко стало.
— Тебе, Эри-тян, очень идёт. А вот мне — вряд ли.
— …Тогда, раз уж мы здесь, может, закажете себе ханбок?
Шагавшая впереди Юмико постепенно замедлила шаг и остановилась. Будучи на полголовы выше миниатюрной Эри, женщина посмотрела на неё сверху вниз, мягко улыбнулась и произнесла:
— Сегодня мы выбираем подарки для Эри-тян.
— …
— Ын Хён-кун поможет выбрать что-нибудь красивое.
Юмико деликатно, но непреклонно высвободила свою руку из хватки Эри и перевела взгляд на стоявшего позади Чхве Ын Хёна.
— В прошлый раз Ын Хён-кун подобрал мне чудесный шарф.
— …
— Я до сих пор ношу его с удовольствием. Уверена, он и для Эри-тян выберет что-то не менее прекрасное.
Лицо Эри медленно каменело. Выдавить из себя улыбку не получалось даже через силу. Словно сломанный манекен, она с трудом повернула голову. Чхве Ын Хён с хмурым видом откровенно избегал её взгляда.
— Я немного устала, посижу в кофейне на первом этаже.
— Онни.
— Как закончите, приходите туда.
Юмико слабо улыбнулась на прощание и помахала рукой. Оставив их вдвоём, она лёгкой, скользящей походкой направилась к лифту. И только когда металлические двери сомкнулись, скрыв её из виду, Эри процедила:
— Шарфик он подобрал, значит.
— …
— И чем же госпожа отплатила за такую услугу?
Ын Хён получил свои же грязные слова обратно. Загнанный в угол, он раздражённо зачесал чёлку назад.
— Ничем она не отплатила.
— …
— Она просто спросила, какой из двух лучше, я ткнул пальцем наугад, вот и всё.
— А-а, так у вас, значит, история.
— Эй.
Ын Хён резко остановился. Эри, шедшая в двух шагах впереди, тоже демонстративно развернулась. Засунув руки в карманы брюк, он хмуро посмотрел на девчонку сверху вниз.
— Не неси хуйню, если не знаешь. Она стала моей невесткой, ещё когда я в школе учился.
— …
— Думаешь, все люди такие же гнилые, как ты?
Что ты сказал?
Глаза Эри широко распахнулись от обиды и злости. Но не успела она выплеснуть гнев, как Чхве Ын Хён в два счёта сократил расстояние между ними и железной хваткой сжал её запястье.
— Как можно в двадцать два года вырядиться в такое убожество?
С этими словами он потянул её за руку и быстро зашагал вперёд. Эри, которую он тащил за собой чуть ли не волоком по полированному полу, только хлопала глазами от растерянности.
Что на него нашло? Куда мы идём?
Но его широкая спина в тёмном пиджаке выглядела такой неприступной и грозной, что она не решилась открыть рот.
Они миновали бутики с дорогими мехами, салоны шелковых ханбоков, магазины элитного постельного белья и, громыхая шагами, спустились на пару этажей ниже по эскалатору. И только оказавшись в шумном отделе женской одежды, киллер наконец позволил себе немного расслабиться.
— Стой здесь.
Доведя её до какого-то яркого бутика, Чхве Ын Хён отпустил её запястье. А сам бесцеремонно зашёл внутрь. Оставшись одна в проходе, Эри недовольно поморщилась, потирая пульсирующую боль в покрасневшей руке.
Я же себе одежду покупаю, какого хера он один попёрся выбирать?
Но, стоя в своей тяжёлой коричневой норковой шубе и старомодном ханбоке перед витриной с молодёжными вещами, которые подошли бы разве что беззаботным студенткам, Эри так и не решилась переступить порог.
Она медленно опустила голову.
Это значит нацепить на себя шкуру убитого животного.
Поглаживая пальцами мягкий, густой лисий мех на воротнике, Эри задумалась. Свинцовая дробь, со звонким хрустом пробившая тощее тело изголодавшегося зверя, метавшегося по заснеженным горам. Истекающему кровью, ещё тёплому животному перерезали горло и силой, чулки сдёргивая с мяса, содрали шкуру.
Представив влажный, чавкающий звук отдираемой от мышц кожи, Эри содрогнулась от тошноты. Словно в припадке, она лихорадочно расстегнула пуговицы и скинула с плеч шубу. Тяжёлый мех с тихим шорохом упал на кафельный пол. Эри тупо смотрела на него, а затем растерянно огляделась по сторонам.
— …
Утро, универмаг был почти пуст. Скучающие продавщицы из-за своих стеклянных прилавков с любопытством глазели на странную парочку. Эри, широко раскрыв глаза, начала поочерёдно ловить на себе колючие взгляды каждой из них. Её дыхание участилось и сбилось, словно у подстреленной лисицы, зажатой в капкан.
— Девушка, у вас одежда упала.
В этот момент проходившая мимо женщина средних лет кивнула в сторону лежащей на полу шубы. Выглядела она как богатая, ухоженная дама из Пхёнчхан-дона, уверенная в каждом своём движении.
Вздрогнув всей кожей, Эри нервно забегала глазами и попыталась натянуть на лицо неловкую улыбку:
— С-спасибо.
Женщина с пышной укладкой удивлённо и брезгливо покосилась на Эри и молча пошла дальше.
Пальцы Эри, тянувшиеся к шубе, мелко дрожали. Едва подцепив холодный мех, она повернула голову и пустым, остекленевшим взглядом уставилась на витрину магазина, за которой скрылся мужчина.
Чхве Ын Хён — убийца. Мясник и специалист из Пуам-дона. Тот, кто острым лезвием профессионально отделяет кожу от мышц. А я сейчас не просто лисью шкуру накинула. Я надела на себя маску Сим Эри. Натянула чужую человеческую шкуру, пропитанную грязной кровью и чужими обносками…
— …
А как снимают человеческую шкуру?
Она судорожно втянула воздух. Ноздри нервно дёрнулись. Откуда-то снизу потянуло странным, сладковато-гнилостным запахом. Завертев головой в поисках источника тошнотворной вони, Эри вдруг опустила взгляд на свои руки.
Нежную кожу, скрытую под бледно-жёлтым шёлком ханбока, что-то мерзко щекотало. Замерев от ледяного ужаса, Эри медленно, дрожащими пальцами закатала рукав чогори. Её серые глаза моментально расширились от дикого, животного потрясения.
— А-а-а!..
Из
её горла вырвался сдавленный, хриплый вскрик. По её белым, старым выпуклым
шрамам на запястье плотным, копошащимся слоем ползли жирные белые опарыши.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
