Контент удален!

Время пролетело незаметно, и суббота, которой она так страшилась, наконец наступила.

Шаги к ожидающей ее машине давались с трудом. Каблуки, которые она давно не носила, доставляли дискомфорт, но Ю Вон изо всех сил старалась этого не показывать.

— Госпожа, вы выглядите просто потрясающе. У вас такая светлая, почти прозрачная кожа, что этот костюм цвета слоновой кости вам невероятно к лицу.

После работы визажиста, парикмахера и стилиста, вызванных во флигель, она и впрямь преобразилась до неузнаваемости. Даже обычно немногословные дворецкий и секретарь не скупились на похвалы.

Когда машина тронулась и Ю Вон откинулась на спинку сиденья, в груди всё сжалось от напряжения. Хотя бы Тэ Мин Хёк поедет на банкет отдельно, — подумала она с облегчением, но...

— Госпожа, мы ненадолго заедем в головной офис, чтобы забрать директора. Видимо, его дела затянулись, и он не смог выехать заранее.

— Что? А, да...

От слов водителя сердце ухнуло вниз. Значит, они поедут вместе. Желудок снова скрутило спазмом, и у нее вырвался тяжелый вздох.

Тэ Мин Хёк ждал у здания офиса и, завидев их, широким шагом направился к машине. Ю Вон не понимала, зачем ему пересаживаться к ней, если у него есть свое авто, но задавать вопросы не было смысла.

Широкие плечи, мощное тело. Когда они стояли рядом, ей приходилось сильно задирать голову, чтобы посмотреть на него. Одетый, как всегда, в безупречный костюм без единой складочки, он открыл дверцу. В его прямом, пронзительном взгляде, устремленном на Ю Вон, не читалось ни единой эмоции.

Как только Тэ Мин Хёк сел внутрь, комфортная атмосфера в салоне мгновенно сменилась удушающим напряжением. Возможно, именно поэтому, когда он взял пульт и поднял перегородку, отделяющую их от водителя, Ю Вон невольно посмотрела на него.

— У тебя ко мне разговор? Если нет... можно опустить перегородку? А то как-то душно.

— Есть. Нам нужно поговорить.

Тэ Мин Хёк проигнорировал ее просьбу и глубже откинулся на кожаное сиденье. Пульт он бросил в дальний угол, куда она не могла дотянуться — случайно или намеренно, оставалось только гадать.

— Как только приедем, забудь слово «сонбэ».

— ...

— Я не сомневаюсь в твоей сообразительности, так что особо не переживаю, но от тебя требуется лишь одно: вежливо улыбаться и тихо стоять рядом, как тень.

Ничего не делай, ничего не говори, просто будь рядом, будто тебя нет.

Поняв этот немой приказ, Ю Вон глубоко вздохнула. И ответила ему столь же ровным тоном:

— Можешь не беспокоиться. Я и сама этого хочу.

Это действительно было то, чего она желала. Конечно, было бы куда лучше, если бы этого совместного выхода в свет вообще не случилось, и им не пришлось бы так трепать друг другу нервы.

Как только они прибыли, начался спектакль. Тэ Мин Хёк привлек внимание всего зала с первой же секунды. Как и в прошлом, женщины не могли оторвать от него глаз.

Вскоре эти откровенные взгляды перекинулись и на Ю Вон. Делать вид, что она не замечает перешептываний, и с легкой улыбкой стоять рядом с мужем оказалось гораздо тяжелее, чем она думала.

Пока они обходили огромный банкетный зал, здороваясь с высокопоставленными политиками и бизнесменами, чьи имена Ю Вон даже не могла запомнить, голова шла кругом. Выполняя его приказ — стоять прямо, как кукла или манекен, и улыбаться так, что сводило скулы, — она несколько раз едва удерживалась на ногах, когда в глазах начинало темнеть.

Лишь спустя добрый час он позволил Ю Вон немного передохнуть. Но разрешил только присесть за столик в зале с бокалом вина в компании секретаря Чана.

— Никуда не уходи. Сиди здесь.

— ...

— Но Ю Вон.

Он едва заметно улыбнулся и сам долил ей вина. В ответ на этот жест Ю Вон нехотя заговорила:

— Чуть позже у нас запланирована встреча жен руководителей в отдельном зале на втором этаже.

— Я в курсе. Я сказал: сиди здесь до тех пор.

— Хорошо.

Когда он пододвинул к ней бокал, она вздрогнула. Тэ Мин Хёк склонился к ее уху и ласково прошептал:

— Улыбнись. Ну же.

— ...

— А то сидишь с таким кислым лицом.

Его низкий голос, предназначенный только для нее, заставил ее кровь закипеть. Ю Вон мысленно сосчитала до трех и ответила таким же тихим шепотом:

— Видимо, я слишком переусердствовала с игрой в самом начале и теперь выдохлась.

Фирменный парфюм Тэ Мин Хёка раздражал и выводил из себя. Максимально затаив дыхание, она добавила:

— Со временем привыкну и буду играть лучше.

Мужчина медленно поднял голову. Он был так близко, что на мгновение ей перехватило дыхание. Она снова осознала, что он остался всё тем же, что и четыре года назад, но в то же время неуловимо изменился.

— ...Правда?

Резкие, мужественные черты лица, пронзительный взгляд и мощное телосложение — он ничем не отличался от того дня, когда они впервые столкнулись за зданием офистеля пять лет назад. И всё же он стал другим. Теперь от него исходила совершенно иная, пугающая аура, от которой по спине бежали мурашки.

— Что ж, посмотрим, насколько ты преуспеешь. Хотя я особых иллюзий не питаю.

— ...

— Знал бы — оставил бы тебя дома и приехал один. Уже успел тысячу раз пожалеть.

Бросив эти слова, Тэ Мин Хёк развернулся и зашагал к своим собеседникам. Разумеется, на его губах до последнего играла дежурная нежная улыбка, так что никто в зале не заметил повисшего между супругами ледяного напряжения.

Пальцы, сжимавшие ножку бокала, мелко задрожали. Ю Вон поставила вино на стол и бросила, что ей нужно в дамскую комнату. Остановив секретаря Чана, собиравшегося пойти следом, она вышла в пустое лобби, и натянутая улыбка мгновенно слетела с ее лица.

Знал бы — оставил бы тебя дома и приехал один. Уже успел тысячу раз пожалеть.

Его последняя издевка, казалось, пробила ей сердце насквозь. Моя руки перед зеркалом в пустой туалетной комнате, Ю Вон издала горький смешок.

Что ему опять не понравилось? Я ведь делала всё, как он велел, стояла как манекен. Прическа, макияж, одежда, над которыми так старались стилисты, тоже вроде бы в порядке.

От чувства унижения на глаза навернулись слезы. Ей хотелось просто развернуться и уехать домой одной.

Но через десять минут в отдельном зале должна была состояться встреча клуба «Магнолия» — собрание жен руководителей конгломератов. Это казалось еще одним непосильным испытанием, но избежать его было невозможно.

Соберись, Но Ю Вон...

Ошибись она хоть в малом или скажи что-то не то — и разразится катастрофа. Любое неосторожное слово, любой неверный жест мгновенно разлетятся по всему высшему обществу. И, разумеется, дойдут до ушей Пэк Сын А.

Невестка. Покажи себя сегодня во всей красе. Жаль, что я не смогу пойти с тобой, но молодые жены из клуба «Магнолия» тепло тебя примут.

Глубоко вздохнув, она вышла из туалетной комнаты и направилась обратно в банкетный зал. Но в тот момент, когда ее взгляд зацепился за мужчину, идущего ей навстречу, дыхание, которое она только что восстановила, снова сбилось.

Ю Вон невольно остановилась как вкопанная. Человек, встретить которого здесь она даже не могла себе представить, направлялся прямо к ней.

Нет. Не может быть. Наверное, просто кто-то похожий...

— Ю Вон-и?..

Увидев в глазах мужчины явное удивление и старую, забытую теплоту, Ю Вон почувствовала, как ноги налились свинцом. Когда он четко произнес ее имя, робкая надежда на то, что это просто двойник, мгновенно испарилась.

Как он мог оказаться здесь? Как...

* * *

Настроение было паршивым до невозможности.

Поболтав о всякой ерунде с шишками из бизнеса и политики в курительной комнате, Тэ Мин Хёк под предлогом телефонного звонка вышел на улицу.

Знал бы — оставил бы тебя дома и приехал один. Уже успел тысячу раз пожалеть.

То, что он сказал Но Ю Вон, было абсолютной правдой. Всякий раз, когда он, держа жену под руку, подводил ее с кем-то поздороваться, эти ублюдки внаглую пялились, скользя взглядами по ее телу. И старые пердуны, и молодые хмыри — все они бросали на нее такие похотливые, сальные взгляды, что Мин Хёку хотелось выколоть им глаза прямо на месте.

Надо было сказать ей одеться попроще. Кто вообще просил наряжаться так, что глаз не отвести?

Хмыкнув, он окинул взглядом залитый огнями сад, яркий как днем, и почувствовал, как раскалывается голова. С силой массируя виски, он набрал номер секретаря Чана Юн Сона.

— [Да, директор.]

— Где моя жена? Уже ушла в отдельный зал? Не своди с нее глаз, пока не выйдет.

Отдав приказ, больше похожий на указание установить слежку, он снова направился в курительную. Скука была невыносимой. Ему придется изображать радость как минимум до десяти вечера, а время тянулось просто убийственно медленно.

Хотелось, чтобы банкет поскорее закончился и он смог уехать с Но Ю Вон домой. Там, на заднем сиденье машины, вдали от посторонних глаз, он наконец сможет расслабиться и погрузиться в уютное чувство собственнического удовлетворения.