— Хочешь, охуенную тему спалю? Вон с той крыши окно ее комнаты видно немного наискосок. Как-то ночью шторы были наполовину открыты, а она там в одном белье расхаживала. Даже не думала, что отсюда кто-то может увидеть. Я только приготовился видео снять, как мы встретились взглядами, и она тут же шторы задернула. Весь кайф обломала.

— Воу, ебать. Надо было снимать. Как фигура? Огонь?

— Бля. У меня аж глаза на лоб полезли.

Парень вульгарно заржал и даже сделал пальцами непристойный жест.

— Я же в ту ночь уснуть не мог. Фигура от природы шикарная, да еще и видно, что следит за собой, самое то. Не знаю, где она занимается. Вот если бы к нам в центр пришла, я бы, блять, как личный тренер всё по высшему разряду размял.

— Ах ты сукин сын... Так вот почему ты то и дело на крышу курить бегал? Уебок, такими вещами делиться надо!

— Да без толку. С тех пор она шторы наглухо закрывает и больше не открывает. Я уже знаю, где она живет, надо бы как-нибудь подкатить...

— Хочешь, я тебе гениальный способ подскажу? Оставь коробку под ее дверью, как будто курьер ошибся. И свой номер телефона на ней крупно напиши. Она тебе сама позвонит, чтобы ты забрал «ошибочную» посылку. Вот тогда под этим предлогом встретишься с ней и красиво подкатишь!

— Воу, блять. Ты гений, что ли? Звучит вполне реально.

— Давай, действуй. В худшем случае ничего не потеряешь.

— Но она же может просто администрации отдать. Или в коридоре оставить, забив член. Богатые сучки все такие надменные, с чего бы ей утруждаться и звонить, чтобы я забрал?

— Да нет. Она вроде девчонка добрая. Охраннику на первом этаже всегда кланяется, уборщицам напитки раздает.

— Серьезно? Ну тогда попробуем?

Парни со смехом собирались дать друг другу пять, но тут Мин Хёк швырнул тлеющий окурок прямо в их соприкоснувшиеся ладони. Стоило им в испуге отскочить, как он с размаху впечатал кулак прямо в лицо ублюдку, рассказывавшему, как по ночам подглядывал в окно Но Ю Вон.

Хрясь! Парень даже пикнуть не успел. Стоило ему осесть на землю и схватиться за лицо, из которого тут же хлестнула кровь, как раздался еще один глухой удар: бам!

— С-Сын Хён! Ты как? Ч-что за хуйня! Что за сумасшедший ублюдок!..

Парень, стоявший рядом, было бросился на Мин Хёка, но, заслышав еще один удар, в страхе попятился. Хрясь! Удар был такой силы, что наверняка сломал кость, а то и вовсе вмял ее внутрь.

Парень вытаращился на своего друга, который безвольно отлетел на асфальт. «Блять, как от человеческого кулака может раздаваться звук взрыва? А еще этот звон... это еще что такое?»

— Что? Тоже хочешь закончить, как твой дружок-уебок?

Мин Хёк прищурился и сделал шаг к парню. Костяшки на обоих его кулаках были густо забрызганы ярко-красной кровью. Парень с разинутым ртом смотрел на противника, надвигавшегося на него так, словно собирался сожрать живьем.

Он судорожно сглотнул. Сначала его до смерти напугали кулаки, бившие словно кувалды, а теперь он оказался полностью подавлен ослепительно красивой внешностью этого человека.

«Погодите-ка. Он же пиздец какой знакомый. Где я его видел, этот взгляд? Это лицо...»

— Ебаные... хуесосы. Как вы смеете, блять.

Бам! Сокрушительный удар пришелся прямо по центру лица, и парень мгновенно потерял равновесие. И только тогда он понял, что это был за звон.

«Кольца... Погодите. Это же тот, как его, из рекламы Nordic Astrid?.. Сын кого-то из корпорации "Тэ Сон"...»

После очередного жуткого «хрясь!» парень мешком повалился на землю. Услышав чьи-то приближающиеся шаги, он окончательно потерял волю к сопротивлению и просто закрыл глаза.

У него не осталось ни душевных сил, ни физической возможности позаботиться о друге, который вырубился первым.

* * *

Наверное, именно так себя чувствуешь, когда всё тело подчинено безумию. Кулаки Тэ Мин Хёка двигались сами по себе, вопреки воле.

С каждым новым ударом — раз, другой — кровь противника всё сильнее пачкала костяшки и тыльную сторону ладони, становясь липкой. Этот ублюдок, заслуживавший смерти, был уже в глубоком нокауте, и бить его дальше не имело никакого смысла.

И всё же руки Мин Хёка не останавливались. Пора бы уже силам иссякнуть, но энергия бурлила в нем так, словно он сожрал какую-то дурь.

«Сука, блять. Убью нахуй. Как ты смеешь, мразь. Как такое ничтожество смеет смотреть на Но Ю Вон? Смеет пускать слюни на то, что принадлежит мне».

Он прекрасно знал природу этой дрожи, охватившей его с ног до головы. Очень давно он уже устраивал подобный погром, словно обезумевший демон-якша.

«— Я порву тебе рот, чтобы ты больше никогда не смел вякать. Выбью все зубы и вырву язык».

Тогда, превращая лицо Тэ Су Хо в кровавое месиво, он находился во власти такого же возбуждения и безумия, словно в него вселился какой-то нечеловеческий монстр.

«— Кто ты такой, чтобы сметь произносить имя Ё Ин Хи? Как ты смеешь? Мою мать. Мертвую».

Пэк Сын А наблюдала за тем безумием издалека и преградила ему путь лишь тогда, когда Тэ Су Хо окончательно потерял сознание.

«— Хватит. А теперь остановись. Мин Хёк-а».

Она бросила ледяной взгляд, в котором не было ни капли материнской любви, на своего окровавленного родного сына. А затем начала успокаивать Мин Хёка — сына мужа от другой женщины, с которым у нее не было ни капли общей крови.

«— Если ты продолжишь, у тебя будут проблемы. Нравится он тебе или нет, Су Хо тоже сын твоего отца».

— Эй, Мин... Эй! Ты что тут творишь?!

Сквозь собравшуюся толпу прорвался менеджер и мертвой хваткой вцепился в локоть Мин Хёка, который уже снова замахнулся для удара.

— Отпусти, блять.

— Это я, Бён Су, Ём Бён Су! Хёк-а, умоляю.

— ...

— Боже мой, заехал на минутку, раз уж был поблизости, а тут такой пиздец!..

Хватка у него была неслабая — Ём Бён Су обеими руками крепко вцепился в локоть двоюродного брата и уперся ногами.

— Эй, бляха-муха. Председатель и так на взводе из-за Тэ Су Хо, если еще и ты такое выкинешь, что будет?! Приди в себя! В чем бы ни была причина, давай остановимся на этом!

При этих словах Мин Хёк опустил руку и выпрямился. Во взгляде, которым он смотрел на двух избитых до полусмерти парней, постепенно проступало осознание реальности. Когда он вытер губы окровавленной тыльной стороной ладони, в нос ударил резкий металлический запах крови.

— Эй, там вроде кто-то полицию вызывает. А, бляха, что делать-то? А?

— ...Хён. Иди-ка сюда на минутку.

Не обращая внимания на гомон толпы, он быстро втащил Ём Бён Су внутрь через черный ход. Распахнув дверь на склад оборудования, он с облегчением обнаружил, что там валяются куски труб и деревянные брусья.

— Ударь вот этим меня по левой лодыжке. Быстрее. У тебя же второй дан по кендо.

— Ч-что?

Ём Бён Су не поверил своим ушам и разинул рот. «У этого парня крыша поехала, что ли?»

— Скоро за нами приедет полиция, и тогда, как ты и сказал, старик ухватится за это и устроит мне допрос с пристрастием. Так что бей быстрее!

— Т-ты сейчас хочешь сказать, что обставишь всё как самооборону... нет, как обоюдную драку?

— Я хочу сказать, что стану жертвой.

Мин Хёк раздраженно вздохнул. Услышав о том, как этот ублюдок подглядывал в окно Но Ю Вон и собирался провернуть свой грязный план, он потерял рассудок и бросился в драку. Ему было не до отцовских предупреждений:

«Не вздумай, как Су Хо, творить хуйню: наркотики, бабы, бухло, драки, да что угодно... Если вслед за Су Хо ты создашь хотя бы один повод для скандала — немедленно вернешься домой под арест».

Но даже если бы время повернулось вспять, он поступил бы точно так же. Одно дело, если бы они оскорбили его самого и затеяли ссору, но предаваться таким грязным фантазиям насчет Но Ю Вон... Сметь пускать слюни на то, что принадлежит ему.

— Чего ждешь? Переломай мне ногу нахуй! После реабилитации кости быстро срастутся.

— У-ух, сумасшедший ублюдок. Сразу видно, прямая кровь семейки «Тэ Сон»...

Ём Бён Су поднял деревянный брус и приготовился к удару, но в последний момент не смог этого сделать и замотал головой.

— Ох, нет, я не могу. Просто возвращайся в главный дом! Как можно здоровую ногу... ломать живые кости — это же немыслимо!

— Блять. Раз уж мы зашли так далеко, ты должен мне помочь! Не сделаешь этого — я твою ногу переломаю. Иди сюда.

— Что? Ах ты псих!

Тэ Мин Хёк резко подался вперед и потянул за конец бруса, отчего Ём Бён Су аж подпрыгнул. Взгляд у парня был абсолютно обезумевшим.

— А, ладно! Сделаю, сам сделаю!

«Ха, блять. Что мне делать с этим больным на голову ублюдком».

— Я постараюсь рассчитать силу, но если что-то пойдет не так, я не виноват. Я за это не отвечаю!

— Вякнешь это еще раз, и я ударю тебя по яйцам.

— Блядство, сука.

Сделав глубокий вдох, Ём Бён Су перехватил брус обеими руками и высоко занес его. Затем крепко зажмурился и нанес удар. От глухого звука он вскрикнул, испуганно открыл глаза... но Тэ Мин Хёк даже не дрогнул.

— Еще раз.

— Ч-что?

— Слишком слабо. Это просто синяк.

За пару секунд лодыжка налилась багровым цветом. Очевидно, что удар не повредил кость. Но даже так она наверняка начала распухать и адски болеть, а Мин Хёк даже глазом не моргнул.

— М-Мин Хёк-а, я, правда, больше не могу...

— Бей под этим углом.

Он вывернул лодыжку и снова отдал приказ.

— Если ты сейчас сбежишь, я засажу тебя за решетку как нападавшего.

— Ах, бля... ну серьезно!

— Представь, что это манекен.

Ём Бён Су снова зажмурился, перед этим бросив взгляд на лодыжку Тэ Мин Хёка. И начал мысленно внушать себе: «Это манекен. Манекен. Мане...»

— А-а-а-а!

Хрясь!

 ✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver