В первую неделю января Тэ Мин Хёк снял повязку раньше срока и вернулся к привычной суете.

Хотя с модельной карьерой он практически завязал, было заметно, как активно он набирает обороты в делах стартапа, подготовкой которого занимался втайне еще до травмы.

Ю Вон пила юдзу-чай из той самой кружки, привезенной им из Парижа, смакуя кисло-сладкий вкус и поглядывая на часы. Если она выйдет минут через десять, то прибудет в ресторан, где Тэ Мин Хёк забронировал столик, как раз вовремя.

— В тот день мне нужно будет кое-что тебе сказать.

— О чем?

— Приедешь — узнаешь.

— Сказал бы сейчас... Мне любопытно. Надеюсь, ничего плохого?

— Нет, не плохое.

На этом он закончил разговор, сославшись на то, что ему звонят, и повесил трубку. Раз ничего плохого, то что же это могло быть? Он никогда раньше не делал подобных намеков, так что сдерживать любопытство было нелегко.

«Да. Что бы это ни было, это точно что-то хорошее. Не может же это быть "давай расстанемся", верно...»

Вот уже пять месяцев, как она стала возлюбленной Тэ Мин Хёка. Сразу после того сказочного Рождества ничего не изменилось.

Нет, скорее, всё изменилось в лучшую сторону. Ведь он стал отвечать на звонки быстрее и чаще, чем раньше.

Раньше, если она звонила, он не брал трубку в восьми случаях из десяти, а на сообщения не то что не отвечал — он их даже не открывал. Но теперь он отвечал на звонки как минимум в половине случаев, а сообщения, пусть и не всегда отвечая, по крайней мере читал. Определенно, прогресс налицо.

И всё же она старалась не докучать ему частыми звонками и не требовала моментальных ответов. У Ю Вон было стойкое предчувствие: если она начнет давить, он тут же взбесится, заявит, чтобы она не делала ему мозги, и отдалится еще сильнее.

«Да. Давай довольствоваться тем, что есть. Это ведь уже огромный шаг вперед».

Ю Вон встала, чисто вымыла кружку и накинула пальто. Стоило ей открыть дверь и выйти в коридор, как дверь соседней квартиры тоже распахнулась. Оттуда вышла та самая коллега-модель Тэ Мин Хёка, волоча за собой огромный чемодан.

— Ой. Здравствуйте?

— ...Здравствуйте?

Кажется, ее звали До Е Джу. Девушка ярко улыбнулась, и Ю Вон, ответив такой же слабой улыбкой, поздоровалась в ответ. Со времени той встречи она больше ее не видела, и, судя по всему, сегодня соседка съезжала. Ю Вон, притворившись, что не в курсе, невзначай поинтересовалась:

— Вы, кажется, переезжаете? Давненько я вас не видела...

— Нет, это квартира моей двоюродной сестры. В конце года она съехала, и скоро сюда въедет другой человек. Я сама тоже перебралась в новый дом, сегодня приехала только забрать оставшиеся вещи.

— А, вот как...

— Завтра улетаю в Штаты, так что откладывать было нельзя.

Они вместе вошли в лифт и перебросились парой легких фраз. Вопреки первому впечатлению — холодному и высокомерному, — До Е Джу была настроена к Ю Вон вполне доброжелательно.

— Мой новый дом не так далеко отсюда. Минут десять на машине.

— Понятно. Тогда... еще увидимся.

— Да. Еще... увидимся.

До Е Джу улыбнулась и направилась в сторону парковки. Это было неожиданно. Ю Вон и не думала, что та окажется такой общительной и милой.

Спустя некоторое время, когда Ю Вон прибыла в ресторан за пять минут до назначенного времени, она была немало удивлена. Тэ Мин Хёк пришел раньше и уже ждал ее. До этого он никогда не приходил первым.

— Пришла?

Он отложил в сторону ноутбук, по клавиатуре которого только что усердно стучал, и встретил Ю Вон. Комната оказалась просторной и роскошной. Там стоял стол, за которым с легкостью могли поместиться человек десять.

«Это для знакомства с родителями? Частные VIP-комнаты — обычное дело для наших свиданий, но такую огромную он снял впервые».

— С чего это вдруг? Ты так рано пришел.

— С делами закончил быстрее. Или ты думала, что я опаздываю специально?

Тэ Мин Хёк усмехнулся. В его голосе не было ни капли раскаяния за все прошлые опоздания. Но его взгляд, обращенный к ней, был таким теплым, что у Ю Вон и мысли не возникло ворчать.

Когда они покончили с десертом, он небрежно поставил на стол коробочку.

— Подарок.

«Нашел по дороге, хочешь — бери, хочешь — нет» — такая манера преподнесения заставила Ю Вон прищуриться. И, конечно же, ее сердце забилось как бешеное.

— Подарок? У меня день рождения еще не скоро...

— Просто подарок. Если хочешь, считай это... новогодним подарком?

Глаза Ю Вон широко распахнулись. Человек, который, казалось, даже на день рождения ничего не подарит, приготовил новогодний подарок!

— Скоро мне нужно будет пожить несколько дней в Тэсон-джэ. Дней семь, может? Думаю, и до, и после этого я буду по уши в делах.

— А, вот как...

«Так вот что он хотел сказать? Хотел вручить новогодний подарок?»

— Закажи-ка еще что-нибудь.

Он нажал кнопку вызова официанта, и тот, словно только этого знака и дожидаясь, внес торт и вино. На белоснежном торте «Шарлотт», украшенном рядами клубники, красовалась изящная надпись «Happy New Year».

— Ты... сделал спецзаказ?

— Нет, сам написал.

— Серьезно?

— Шучу.

Его губы изогнулись в тонкой улыбке. Даже такие шутки были на него совершенно не похожи.

Перед тем как разрезать торт, он достал еще одну коробочку. Бархатный футляр, в котором по всем признакам должно было лежать кольцо или серьги.

— Э-это еще что такое?

— Открой.

Кончики пальцев слегка дрожали. Глаза уже защипало. Что бы там ни лежало, даже если бы это был обычный камень, она была готова расплакаться.

Как только она взяла футляр и открыла крышку, сияющий драгоценный камень приковал к себе всё ее внимание. Кольцо из белого золота со спиральным узором даже на первый взгляд казалось усыпанным бриллиантами.

— Сонбэ. Это... это...

— Парные кольца — это слишком сопливо, не по мне. К тому же не обязательно носить одинаковые.

Пока он небрежно рассуждал, подперев подбородок рукой, на его пальце — с совершенно другим дизайном — сияло кольцо с бриллиантом.

— Это для тебя. Я сделал на заказ, подумал, что тебе подойдет.

— ...

— Хотел сделать в форме бантика, но решил, что строгое будет смотреться лучше.

— Оно... такое красивое, сонбэ.

Глаза Ю Вон наполнились слезами. Ей хотелось разрыдаться, но она сдержалась, стараясь унять дрожащий голос.

Он ненавидел всё шумное и крикливое. Однажды Мин Хёк сказал, что терпеть не может, когда женщина плачет или закатывает истерики, независимо от причин. И всё же в постели, когда они становились одним целым, ему безумно нравилось слушать ее стоны. Он специально трахал ее так жестко, чтобы она громко плакала, когда пыталась сдержать всхлипы.

— ...Оно правда красивое.

— Примерь.

Ю Вон осторожно взяла кольцо и надела на безымянный палец. Она даже не мечтала, что он наденет его на нее сам. Сам факт того, что он потратил время и усилия на заказ торта и кольца, которые должны были ей понравиться, уже был невероятным подарком.

— Не плачь. С чего реветь из-за такой хуйни?

— Я не плачу... Спасибо, сонбэ.

— Рад, что тебе нравится.

— Но оно... не слишком дорогое?

— ...

— Если оно слишком дорогое, я не смогу его носить... Ой, ничего, забудь.

Она замялась, и Тэ Мин Хёк усмехнулся.

— Ты ведь и сама понимаешь, что это бессмысленные загоны? Потеряешь — купим еще.

— И всё равно...

В любом случае, она не собиралась носить его на людях. Она и так была рассеянной и вечно теряла вещи, так что заранее испугалась.

— Сонбэ, большое спасибо. Но... я ведь ничего не приготовила... У тебя скоро день рождения, или другой праздник, а я, наверное, смогу подарить что-то в сто тысяч раз дешевле. Как быть...

— Скорее, в миллион раз дешевле. Если оценивать только по материальной стоимости. Но наши отношения значат гораздо больше. Их нельзя измерить деньгами.

Ю Вон не поверила своим ушам. Настал тот день, когда из уст Тэ Мин Хёка прозвучали такие слова.

— Ты ведь любишь меня. Сильно-сильно.

— Да, люблю. Но сонбэ... А сонбэ... нет, забудь.

«Ведь ты тоже сильно меня любишь, правда? Теперь я могу в это верить, ведь так? Хотя до сегодняшнего дня ты ни разу не произносил этого вслух».

— Я тоже люблю тебя.

Он произнес это так буднично, как будто говорил о погоде, и Ю Вон лишилась дара речи. От шока сердце словно рухнуло вниз, а пальцы, сжимавшие футляр, предательски задрожали. Это был счастливый шок, от которого грудь переполняло так, что она готова была взорваться.

— Наверное, это звучит пиздец как избито — говорить об этом вслух.

«Нет, нет. Совсем не избито. Так что говори мне об этом чаще, сколько угодно».

— Жизнь без Но Ю Вон до встречи с Но Ю Вон была чертовски скучной — я осознаю это каждый раз, когда смотрю на тебя.

— Сонбэ...

— Не плачь. Заберу обратно, если будешь реветь.

— Но это слезы счастья...

— Ты настолько счастлива?

Угу, угу, — кивнула она, вытирая глаза. А потом широко улыбнулась ему. От счастья, переполнявшего ее, сердце готово было выпрыгнуть из груди.

Торт и кольцо — это, конечно, здорово, но радость от того, что она завоевала сердце Тэ Мин Хёка и смогла изменить его, невозможно было описать словами.

Теперь он был уже не тем Тэ Мин Хёком, что раньше. Ю Вон думала, что на это уйдут годы, но, в конце концов, спустя всего пять месяцев он изменился и словно переродился.

— Сонбэ...

Она хотела было пересесть к нему поближе, чтобы крепко обнять и почувствовать его тепло, как Тэ Мин Хёк снова заговорил:

— Тогда, раз ты готова...

Его лицо в тот момент, когда он достал телефон, неуловимо изменилось. Взгляд оставался нежным, но в нем промелькнуло нечто ледяное, чужеродное, разительно отличавшееся от того, что было всего секунду назад.

— Должен прийти один человек.

— Что? Кто...

Вместо ответа он поднес телефон к уху. На другом конце, словно только и ждали звонка, ответили мгновенно.

— Заходи.