— Разве выбирать обручальные кольца не должны сами жених и невеста?
Он спокойно обвел присутствующих взглядом. Только тогда улыбки на лицах матери и дочери застыли.
— Я и Ю Вон.
— Что ты такое говоришь, директор Тэ?
Председатель Но Джин Ён, до этого хранивший молчание, вмешался, нахмурившись. Учитывая статус оппонента, он не мог позволить себе повысить голос, поэтому его осторожный, укоряющий взгляд казался даже несколько заискивающим.
— Ты ведь не из тех, кто шутит такими вещами.
— Я абсолютно серьезен. Кто станет шутить с таким важным решением, как выбор супруги?
— Тогда, значит... ты действительно имеешь в виду Ю Вон... что Ю Вон — твоя невеста? Но ведь мы всё это время считали, что речь идет о Ю Ри...
— Я ни разу не упоминал имени Ю Ри. Я лишь сказал, что хочу заключить брак со старшей дочерью председателя Но.
— Т-так в нашей семье старшая дочь — это Ю Ри...
— О том, что О Ю Ри стала Но Ю Ри, я узнал совсем недавно. Наши переговоры о браке начались раньше. А на тот момент по документам старшей дочерью в семье была Ю Вон.
Ю Вон хотела возразить и спросить, что это за бред, но прикусила язык. Взгляды, разом устремившиеся на нее, обжигали. От их откровенного шока и враждебности в груди давило так, что перехватывало дыхание.
Неужели он предлагает выйти за него вместо второго сына G Group? И делает это вот так?
— С Ю Ри мы практически не пересекались. А с Ю Вон мы встречались пять лет назад.
— Что ты сказал?.. — переспросил председатель Но.
Тэ Мин Хёк невозмутимо добавил:
— Это были весьма серьезные отношения. Так вышло, что мы жили в одном здании, поэтому почти съехались и постоянно ночевали друг у друга... Впрочем, ты ведь и сама это знаешь.
Он скрестил руки на груди и перевел взгляд на сидевшую по диагонали О Ю Ри. Он намекал на тот самый телефонный звонок, во время которого она слушала их стоны.
— Что? Я... я...
Но Ю Ри, видимо, была в таком шоке, что не смогла выдавить ни слова. Ю Вон до боли прикусила нижнюю губу и крепко сжала кулаки.
— Ю Вон-а, это правда? Вы действительно встречались?
Услышав вопрос председателя Но, Ю Вон крепко зажмурилась. Ее молчание, разумеется, все восприняли как согласие, и по залу прокатилась тяжелая волна шока.
— Боже мой. Да что же это такое? Я была уверена, что речь о нашей Ю Ри...
— Мам, мне что-то нехорошо, я пойду... Извините, председатель.
— Ю Ри, девочка моя! Куда ты? Подожди!
Но Ю Ри, бледная как полотно, выскочила из комнаты, словно спасаясь бегством. Чхве Со Хи бросилась за дочерью, и мгновенно воцарилась тишина. Председатель Но Джин Ён долго не мог подобрать слов, прежде чем с трудом произнес:
— Т-так, значит, ты с самого начала рассматривал Ю Вон в качестве жены... Но ведь насчет Ю Вон уже идут переговоры со вторым сыном G Group.
— По срокам я был первым.
Тэ Мин Хёк, не сводя глаз с Ю Вон, спокойно парировал:
— Мое предложение поступило раньше. Вы, председатель, ошибочно решили, что речь идет о Ю Ри, но для меня невестой с самого начала была Ю Вон.
— Это так, но сейчас мы с G Group связаны множеством деловых интересов...
— Тогда пусть за него выходит Ю Ри. В конце концов, вы же вписали ее в свой семейный реестр именно для того, чтобы она смогла удачно выйти замуж в статусе дочери корпорации «Хан Ён».
— Это...
Казалось, родной отец уже поддался логике Тэ Мин Хёка; его сопротивление было сломлено.
Это просто абсурд. Отец давил на меня, чтобы я согласилась на брак, а теперь они вдвоем решают мою судьбу, даже не спросив моего мнения. Ни один посторонний не поступил бы так.
— П-подождите. Подождите секунду...
Ю Вон заговорила, не выдержав. Когда она резко поднялась, Тэ Мин Хёк впился в нее пронзительным взглядом.
— Я скажу это прямо сейчас, отец.
Она смотрела только на председателя Но, даже не взглянув в сторону Тэ Мин Хёка. Непонятно, откуда взялась смелость, но слова полились сплошным потоком.
— Я не собираюсь выходить замуж ни за кого. Поэтому...
— И тебе плевать, что бабушка в Канныне окажется на улице? Будешь до конца притворяться, что это тебя не касается?
— ...
— Раз ты моя дочь, ты обязана выйти замуж так, чтобы принести максимальную пользу семье «Хан Ён». Как ты думаешь, благодаря кому ты всё это время росла, ни в чем не нуждаясь? А?
В потоке слов, которые извергает председатель Но, нет ни капли отцовской любви. Его совершенно не заботит будущее собственного ребенка.
— Я позволил тебе свободно расти у родственников по материнской линии, потому что так хотела твоя мать, и я без лишних слов исполнил ее желание. Так что теперь твоя очередь выполнить свой долг...
— Председатель.
Низкий, властный голос безжалостно оборвал председателя Но.
— Давайте сначала отпустим Ю Вон, а затем поговорим наедине.
— Эта девчонка вообще ничего не понимает. Какая же упрямая.
— Ситуация изменилась слишком резко, Ю Вон тоже сейчас в замешательстве.
Авторитарный Но Джин Ён терпеть не мог, когда его перебивали или ему возражали. Но сейчас, подавленный авторитетом Тэ Мин Хёка, он, казалось, был совершенно не против уступить ему контроль над ситуацией.
— Я сам свяжусь с Ю Вон позже и всё ей доступно объясню.
Это просто немыслимо. Обсуждают всё прямо у меня на глазах, будто меня здесь нет. Что они вообще задумали?
— Ю Вон, иди домой. Я позвоню тебе позже.
— Что вы... что вы сейчас делаете?
Она не могла просто так уйти. Мужчина, называющий себя ее отцом, собирался продать ее в брак, которого все избегают, а бывший любовник, оставивший после себя лишь кошмарные воспоминания, теперь пытался по-своему распоряжаться ее будущим. Она просто не могла стерпеть то, что происходило прямо у нее на глазах.
— Я что... пустое место без права голоса? Почему вы двое решаете, как мне жить?
Ее бесило их отношение — они вели себя так, словно всё было в порядке вещей. И в этот момент ее гнев был направлен на Тэ Мин Хёка даже больше, чем на родного отца.
— Тэ Мин Хёк-сси. Не лезьте в мои дела. Я не собираюсь связываться с вами ни при каких обстоятельствах.
— Ю Вон-а.
Он принял эти резкие слова с пугающим спокойствием.
— На первом этаже ждет машина, поезжай на ней домой. Когда приезжаешь в Сеул, ты ведь останавливаешься у Но Юн Джи?
Он даже это знает. Неужели наводил обо мне справки?
— Тэ Мин Хёк-сси, ты вообще слышал, что я сейч...
— Я сам разберусь с делами в Канныне. А сейчас тебе лучше уйти, мы с тестем поговорим наедине.
Ей захотелось горько рассмеяться. Он уже называл председателя Но «тестем», ведя себя как полноправный зять.
— Ю Вон-а, сделай так, как говорит директор. Как я уже сказал: раз ты моя дочь, брак между нашими семьями неизбежен. Заруби это себе на носу.
— ...Я не собираюсь этого делать. Отец, пожалуйста, уясните это раз и навсегда.
Она выбежала из комнаты и направилась к лифту. Ярость ударила в голову так, что оставаться там было невыносимо.
Едва переставляя дрожащие ноги, она вышла через вращающиеся двери отеля. К ней тут же подошел мужчина в черном костюме и вежливо обратился:
— Вы Но Ю Вон-сси? Я ждал вас по поручению директора Тэ Мин Хёка.
— ...
— Я отвезу вас домой. Пройдемте со мной.
— Нет. Я доберусь сама.
Ю Вон развернулась и пошла по длинной аллее, ведущей к главному въезду в отель. Водитель шел следом, неустанно окликая ее по имени, но она не обращала внимания и упрямо шагала вперед. Изо рта, срываясь со сбившегося дыхания, вырывались густые клубы пара.
Только на полпути она осознала, насколько на улице холодно. Вспомнился утренний прогноз погоды, обещавший понижение температуры до минус десяти градусов. Во время ее торопливого спуска по аллее внезапно зазвонил телефон. На экране высветилось имя Чхве Со Хи.
Она проигнорировала звонок и пошла дальше. Телефон замолчал, но вскоре зазвонил снова. На этот раз номер был незнакомым. Когда она не ответила ни после третьего, ни после четвертого гудка, пришло сообщение.
[Возьми трубку.]
Сердце ухнуло вниз. Отправитель не назвался, но она и так знала, кто это. Ей было даже не интересно, как он узнал ее телефон, ведь она сменила номер четыре года назад.
Была ли вообще такая информация, которую Тэ Мин Хёк не смог бы достать, если бы захотел? И дело даже не в мощи корпорации «Тэсон» за его спиной — он сам по себе был человеком, который раскопает что угодно, стоит ему только взяться за дело.
Звонки и сообщения сыпались одно за другим, сводя с ума. Ю Вон подняла телефон, чтобы вообще его выключить, но в этот момент она подвернула ногу и мгновенно потеряла равновесие.
— Ай...
Рухнув на ледяной асфальт, она почувствовала пронзительный холод. К счастью, обошлось без вывиха, но было довольно больно. Стыд от того, что она так нелепо растянулась посреди дороги, настиг ее лишь спустя пару секунд.
Услышав сзади звук приближающейся машины, она торопливо попыталась встать, но ноги подогнулись, и она снова осела на асфальт. Машина остановилась рядом, и водительская дверь распахнулась. Увидев стремительно надвигающуюся мужскую тень, Ю Вон затаила дыхание.
— Что ты творишь? Ты же не маленький ребенок.
Тэ Мин Хёк свирепо сверкнул глазами. Глядя на то, как он отчитывает ее, словно несмышленого ребенка, Ю Вон до боли прикусила нижнюю губу.
Почему он должен был проезжать здесь именно сейчас? Почему...
— Вставай.
Она проигнорировала его протянутую руку и изо всех сил попыталась встать сама, но Тэ Мин Хёк лишь презрительно цокнул языком. Затем он грубо схватил ее за плечо и силой поднял с земли. Его хватка была настолько железной, что боль от нее казалась сильнее, чем от ушиба при падении.
