─── ✧⋆⋅☾⋅⋆✧ ───
Послышался чей-то сердитый голос — вероятно, персонал перепутал кофейную смесь.
Однако кофе в Кафе де Линдель всегда был вкусным и ароматным, даже если смесь перепутали.
Алисия откусила кусочек хрустящей выпечки, которую подал ей управляющий Кларкс.
Сочетание сладкого карамельного сиропа, слоёной выпечки и кофе было поистине замечательным.
— Дани, ты тоже попробуй. Сегодня, похоже, для скона и дактуаза взяли масло лучше обычного. Я даже чувствую запах каштанового крема.
Довольная улыбка расплылась по её лицу, пока она смаковала, закрыв глаза.
Со вздохом Дани вытерла карамельный сироп с губ Алисии и пробормотала:
— Вы знаете, сколько я набрала в последнее время, поедая с вами десерты, госпожа? Но вы всё та же, и такими темпами я могу не влезть в своё платье на день рождения. Я решила с сегодняшнего дня исключить сахар, так что не соблазняйте меня.
В её тоне слышались одновременно тоска и ласковая укоризна.
— О? Просто отдашь платье в ателье. Я позабочусь о твоём дне рождения. Не волнуйся.
— Я не об этом. Посмотрите на свой собственный живот. Хотя, полагаю, вы всё равно будете хорошенькой.
— Ты тоже хорошенькая.
Обе девушки, одетые в похожие платья, расхохотались.
Любому наблюдателю они казались состоятельными представительницами нетитулованного дворянства. На самом деле Алисия всегда скрывала свой статус знатной леди, выходя из дома.
Ей не нравилось давление от возможной ошибки и чувство, что она в центре внимания.
Но иногда нужно немного сладкого. Всякий раз, когда это желание настигало, Алисия покидала особняк в простой одежде и выбирала на второй десерт финансье с шоколадным кремом.
— Но в последнее время почему вас так тянет на сладкое? — спросила Дани, снимая слои сладкой выпечки.
— У меня стресс. Много о чём нужно волноваться.
— Что-то случилось в тот день? В саду?
— Ничего особенного, мы просто помирились.
— Разве мирятся поцелуем, госпожа?
На дразнящий вопрос Дани Алисия едва не уронила вилку.
— Ты видела?
— Господин Уилкерсон тоже там был.
— Ох, что мне делать?
Она крепко зажмурилась, надув губы, и воспоминания о той ночи нахлынули.
Хотела бы я прочитать это ему.
Сразу после их поцелуя той ночью Рехан протянул ей записку, которая показалась странной.
Это был брайль с тиснением, с датой, временем и местом, но форма была странно искажена, указывая, что это не настоящий брайль для слепых.
Сразу на ум пришло то, что говорила госпожа Кляйнс о подделках. Она остро почувствовала, что кто-то намеренно скрыл суть, и ей было трудно заговорить об этом.
— Могу я спросить, кто вам это дал?
— Для чего?
— Потому что это изменённый брайль. Я слышала, в наши дни есть люди, подделывающие брайль.
— Значит, вы не можете это прочитать?
— Нет, могу, но… у этого два значения.
В тот миг глаза мужчины вспыхнули. Как у зверя, нашедшего ловушку, или у охотника, заметившего добычу. Ещё мгновение назад он казался мягким, но в одночасье его выражение полностью изменилось.
Это была ещё одна его сторона, которую она никогда не видела.
Алисия раскрыла ему оба значения.
«Через десять дней, 00:10, Центральный Лусон первый класс, 4T»
«Через десять дней, 00:10, порт Иасон 4R»
И эти десять дней истекли сегодня — как раз около полуночи.
Алисия знала, от кого Рехан получил ту записку. Однако она не знала, кто передал её ему, и что это значило.
И она также не знала, что он планирует делать.
Погружённая в мысли, Алисия слишком поздно осознала, что внутри кафе вдруг стало оживлённо.
— Это всё на сегодня? Для меня только одна порция?
— Вместо этого я приготовил дактуаз с каштановым кремом, леди Саммерхилл.
— Хм… Звучит неплохо, Кларкс. Если это ваша рекомендация, значит, мне подойдёт.
— Это честь для меня.
Голос управляющего переполняли гордость и удовлетворение. Последовавшая болтовня дам быстро заполнила кафе.
Хотя у Алисии ещё оставался кофе, ей захотелось покинуть своё место. С тех пор как она узнала, что женщиной, бывшей с Реханом несколько дней назад, была Роберта Саммерхилл, это имя застряло у неё в голове.
Давняя подруга Рехана.
Давняя подруга, которая его любила.
Алисия, различавшая людей по голосам и запахам, живо ощущала скрытые чувства той женщины.
— Пойдём?
— Госпожа, ещё остался десерт.
— Его можно взять с собой.
Алисия подняла руку, чтобы позвать управляющего. Вместо занятого управляющего, обслуживавшего столик дам, подошёл приветливый сотрудник со счётом.
Как раз когда Дани открыла кошелёк, получив счёт вместо Алисии, заговорила Роберта.
— Прошу, не смотрите так. Даже если она не видит, это не значит, что она не чувствует ваших взглядов. Ей может быть некомфортно.
Женщины, поглядывавшие на Алисию, расширили глаза от слов Роберты.
— Это правда…? Я и не знала, что она дочь маркиза, потому что она такая простушка. Зачем кому-то из семьи Эмильхайм выглядеть так…?
Когда кто-то прошептал почти неслышно, Роберта вздохнула и подняла голову.
Наблюдая за Алисией, тихо сидевшей и ждавшей счёт, Роберта покачала головой, словно жалея её.
— Нарядная одежда была бы только неудобной. Она могла бы случайно наступить на платье, или украшения могли бы упасть. Судить кого-то по внешности неправильно. Следует испытывать сострадание к людям с увечьями, леди.
— Боже мой, как и ожидалось, леди Саммерхилл, вы так великодушны и добры. Раз так, может, устроим благотворительную ярмарку в ближайшее время? Как раз пришло время разобрать мой гардероб. Соберём деньги и пожертвуем. В конце концов, это наш долг.
Алисия, сидевшая с чуть опущенной головой, слабо улыбнулась. Она предпочитала, когда её не узнавали. Это также напомнило ей, насколько важна внешность в аристократических кругах.
Но если она чему-то и научилась у госпожи Кляйнс, так это тому, что в лохмотьях она или в короне — суть Алисии Эмильхайм не изменится.
Было время, когда она хотела возразить против этого утверждения, но теперь хотела с ним согласиться.
Алисия легко протянула руку Дани, у которой было обиженное выражение, когда она потянулась за кошельком.
Озадаченная, Дани протянула счёт и ручку.
Алисия осторожно ощупала края счёта, проводя пальцами по вмятинам, оставленным чьей-то ручкой, чуть выше ровно обрезанного края.
Вместо имени Дани Руайт она написала «Алисия В. Эмильхайм» и добавила комментарий.
Сотрудник, поражённый изящным почерком женщины, которая не видела, поспешно побежал к управляющему, заметив комментарий.
Когда глаза управляющего расширились при виде счёта, Алисия поднялась.
— Дани, готовь карету.
— Да, миледи.
Затем она направилась к сильному запаху шоколадных финансье.
Зрачки дам, наблюдавших за приближением Алисии, задрожали, а лица побледнели.
Хотя она ничего не видела, Алисия уверенно нашла Роберту и положила руку ей на плечо.
— Приятно познакомиться, леди Саммерхилл.
Роберта, казалось, напряглась, пытаясь встать, но Алисия покачала головой с мягким выражением.
— Формальности не нужны. Я просто хотела поблагодарить вас за то, что вы меня защитили. В знак благодарности маркиз Эмильхайм покроет стоимость этого столика. Я не знаю имён и семей остальных здесь, но надеюсь, вы все приятно проведёте время.
— Леди Эмильхайм, это не обязательно.
Это был растерянный голос Роберты, как и ожидалось. Было бы лучше, если бы Алисия могла видеть её выражение.
— Я всегда благодарна за усилия графа Саммерхилла. Это лишь небольшой жест. Настолько маленький, что даже неловко.
Алисия сладко улыбнулась и убрала руку с плеча Роберты. В тот момент напряжённый управляющий сообщил, что карета прибыла. С величайшей заботой он проводил Алисию из кафе, обращаясь с ней куда почтительнее, чем прежде.
— Для меня честь, что леди Эмильхайм посетила Линдель! В следующий раз мы подадим ещё более совершенный десерт. Прошу, приходите снова, миледи.
— Благодарю за гостеприимство, Кларкс.
Алисия выпрямила осанку, ожидая, когда откроется дверца кареты. Она держалась так, будто всё в порядке, но на самом деле ноги её дрожали, а кончики пальцев были ледяными.
И всё же внутри она чувствовала облегчение. Хотя не могла не сожалеть о потере такого прекрасного кафе, как Линдель.
Как раз когда звук опущенной подножки достиг её ушей, мужчина со знакомым запахом предложил ей руку. Один из немногих союзников, что у неё были в городе.
Алисия озорно подняла голову и улыбнулась.
— Алекс.
Затем, сопровождённый кашлем, раздался неожиданный голос.
— Это Уиттакер. Возможно, запах одеколона начальника стражи остался на мне после недавнего возвращения из патруля.
