Если благодаря Нейшну Уитакеру он что-то и осознал, так это то, насколько отчаянно его нынешнее положение.
И тому, что теперешними своими силами он не сможет добиться ничего.
А значит… нужно отбросить самоуверенность и всерьёз готовиться к схватке.
— Метрах в трёхстах отсюда стоит тёмно-багровая карета. Оттуда сейчас за нами наблюдают.
Рхан вместо револьвера достал сигарету и опёрся о поручень.
А потом непринуждённо попросил у Нейшна огня. Тот сам поднёс огонь к его сигарете и, склонив голову, шепнул:
— Хозяин этого судна труслив. За Персбрандтом, который прячется среди погруженного товара, наверняка тоже следят. Это… как ты и сам понимаешь, ловушка.
— А ты-то что? Если ты этим наслаждаешься, это ведь мерзкое удовольствие.
— Как знать.
Нейшн, непривычно язвительный, будто стал другим человеком.
Он был похож на самого Рхана — того, кто с наступлением ночи живёт другой жизнью.
Нейшн протяжно вздохнул, опёрся о поручень обеими руками и посмотрел в ночное небо, где рассыпались искры.
Закрыв голубые глаза, он тихо проговорил:
— Рхан Эстрисен. Теперь поднимайся на место Деана.
* * *
— Ха!
Руку Рхана, лежавшего вытянувшись в ванне, резко потянули.
Он открыл глаза, с шумом выдохнул и выплюнул воду, а затем увидел перед собой тяжело дышащего Уолкерсона. Побелевшее лицо, трясущиеся руки. И то, как его повело от облегчения, когда он убедился, что с Рханом всё в порядке.
— Рхан!
Шон крикнул так, что задрожала вся ванная. Рхан хихикнул и провёл рукой по мокрому лицу.
— Ну что ты. Неужели решил, что я умер?
— Да сколько часов это уже длится! Я думал, вы вернулись в спальню и легли. Надо было остаться здесь до конца!
— Ты ведь тоже устал. Раз убедился, что я цел, иди отдыхай. Ещё… раннее утро.
За окном ванной занимался смутный рассвет.
Несколько часов назад он вернулся из кромешной ночи и сразу пошёл в ванную — значит, прошло часа два.
Он погрузился в мысли, не замечая, что вода остыла. Это было адское время, когда не удаётся ни уснуть, ни бодрствовать.
Рхан вытер полотенцем волосы и накинул халат. Сунув ноги в мягкие тапочки, он, шаркая, вышел из ванной и повалился на кровать — и увидел сморщенные кончики пальцев.
Он медленно сжал кулак. Слова, сказанные Нейшном Уитакером этой ночью, преследовали его без конца, точно кошмар.
«Теперь поднимайся на место Деана».
Место Деана.
Всё то, чем владел Деан и что хотел передать ему.
Значит, теперь пора поспешить и заявить притязания на всё это?
Тон был такой, будто ждать дольше нельзя. И в нём же чувствовалось, что Рхан и так слишком долго тянул время…
Рхан медленно разжал кулак, ощущая присутствие стоявшего рядом Шона, и остановил взгляд на тёмно-синем небе.
— Уолкерсон.
— Да.
— Со свадьбой надо поспешить.
Стоило вспомнить лицо женщины, как мучившие его мысли рассеялись и навалилась сонливость.
— Мне захотелось… стать герцогом Эстрисеном.
Шон ненадолго умолк, а потом отозвался голосом, полным волнения:
— Поспешим.
Да, хорошо.
Да, так будет лучше.
И тем более если это Алисия… Эмильхейм.
* * *
Внезапно послышался птичий крик. Похоже, приближался рассвет.
Алисия, отрешённо сидевшая на кровати, поплелась к окну. Оттого что всю ночь толком не спала, в голове был туман, а руки и ноги были тяжёлыми.
Она раздёрнула штору и увидела, как проступает граница леса и неба.
И правда, светало.
Чтобы стряхнуть эту одурь, она открыла окно и глубоко вдохнула. В комнату ворвался холодный предрассветный ветер. От довольно сильного порыва тяжёлая штора вздулась, а белая сорочка облепила её тело.
Алисия сузила глаза, пытаясь сфокусировать взгляд. На границе, где сходились озеро и лес, стояла лошадь.
Но до сидевшего в седле было слишком далеко, чтобы разглядеть его лицо. Она могла уверенно сказать лишь, что это мужчина в светлой рубашке, тёмных брюках и надвинутой шляпе.
И ещё то, что силуэт был чем-то знаком.
Алек?...
Алисия подалась дальше из окна, чтобы рассмотреть всадника получше.
Её длинные пышные волосы скользнули вниз и закрыли половину лица. Едва она рукой, которой держалась за раму, откинула мешавшие смотреть волосы, всадник шевельнулся.
Он словно испугался, заметив её: направил лошадь на несколько шагов вперёд, а потом медленно отступил.
Неужели это не Алек?
Будь это Александр, он привязал бы Дейзи там и подошёл бы к самому окну через потайную калитку.
А потом бросил бы камешек или крикнул птицей. Алек знал её тайну, и у него не было никакой причины наблюдать издалека.
А если не Александр… тогда кто-то, кто знает лесные тропы?
Алисии вдруг стало страшно. Она отошла от окна, и налетевший ветер сильно взметнул штору.
Вчера небо было такое ясное, а теперь всё отсырело, будто вот-вот пойдёт дождь.
По лесу опять разнёсся долгий птичий крик. Она посмотрела на бьющуюся штору, набралась смелости и снова подошла к окну.
Но мужчины, только что стоявшего на опушке, больше не было. На всякий случай она вгляделась и в глубину сада, но там тоже никого. Алисия склонила голову набок, закрыла окно и плотно закрепила шторы.
Пусть уж лучше это будет Алек.
А если приезжал не Александр, а кто-то другой… если это был Рхан Эстрисен…
Алисия потрогала чуть припухший левый уголок губ и вернулась в постель.
Да нет. Это Алек или кто-нибудь, кто сбился с дороги…
Когда идёт дождь, звуки становятся чётче, а мир теряет цвет.
Тук, тук.
Как она и опасалась, в окно застучали капли.
* * *
Дождь не переставал уже несколько дней. Воздух резко похолодал, и слуги снова набивали дровами вычищенные было камины.
— Как это — вы назначили день венчания?
Только что миновал полдень. У маркизы, сидевшей напротив приехавшего в Риэрвайн Рхана, дрогнула улыбка.
— Да. Адвокат, ездивший в Папскую курию, получил дату. Обвенчаемся через месяц, в пятницу той недели, когда наследный принц вернётся из объезда.
Вообще-то день свадьбы назначают по обоюдному согласию и достаточно заранее. А тут всего через месяц. Маркиза была возмущена тем, как Рхан просто ставит их перед фактом.
— Это ставит нас в неловкое положение. Я понимаю ваше желание поторопиться, но это идёт вразрез с приличиями.
Платье ещё не было готово, не выбрали ни оформление приглашений, ни место для приёма. Так что дату во что бы то ни стало следовало отодвинуть.
Маркиза пристально посмотрела на маркиза Эмильхейма, будто требуя поддержки.
Тогда Реймонд поставил чашку и с серьёзным видом кивнул:
— Неделя, когда наследный принц возвращается из объезда… Значит, он вернётся вместе с принцессой дома Уиллоу. Если та, кому предстоит стать супругой наследного принца, почтит нашу свадьбу присутствием, это будет великой честью.
Ответ Реймонда начисто разрушил надежды супруги.
Реймонд накрыл ладонью руку вспыхнувшей было жены, и уголки его глаз изогнулись молодым месяцем. Выражение было такое, будто муж ласково успокаивает жену, но одновременно это был безмолвный нажим на Рхана: тому предстояло обеспечить присутствие наследного принца и принцессы.
Рхан посмотрел на Алисию, сидевшую так, будто её тут и нет, и продолжил:
— Разумеется, оба они будут на свадьбе. К тому же, как я слышал, скоро начинается светский сезон… Не лучше ли обвенчаться до него?
Маркиза скрепя сердце постаралась сохранить достоинство:
— Ни одна швейная мастерская не откажется от заказа дома Эмильхейм.
— Ох, я, кажется, полез не в своё дело. Не подумал, госпожа маркиза.
Рхан был беззастенчив, а маркиза изо всех сил удерживала улыбку.
Впрочем, о чём бы Рхан с маркизой ни говорили, лицо Алисии оставалось неизменно безмятежным.
Точно как в тот день, когда они впервые встретились в чайной комнате и он сделал предложение. Она просто сидела, как срезанный и поставленный в вазу цветок. Нынешняя Алисия будто и не была той, кого он знал. Из-за маркиза, нет… из-за маркизы?
Заметив, что взгляд его остановился на Алисии, маркиза тихонько кашлянула и поставила чашку.
— Если на свадьбе будет его высочество наследный принц, то и для рода лучше подстроиться под это время. Ничего не поделаешь. Подготовку венчания мы возьмём на себя, а дом великого герцога пусть позаботится обо всём прочем.
— Разумеется, госпожа маркиза.
В итоге маркиза поступилась гордостью. Рхан слегка приподнялся и поклонился ей.
На лице мужчины, добившегося своего, заиграла ясная и безупречная улыбка.
Дворецкий Берто и старшая камеристка госпожа Аманда, с довольным видом наблюдавшие за беседой всех четверых, подошли и сообщили, что стол накрыт.
На эти слова все один за другим поднялись и направились в столовую.
