Контент удален!

Выполнив великую миссию — поцелуй без привкуса сигарет, — Джу Рюн, подперев подбородок рукой, молча наблюдал за свернувшейся калачиком, спящей Ён Джи У.

Ее кожа, казавшаяся почти прозрачной в бледном лунном свете, мерно вздымающаяся грудь и умиротворенное лицо... Как назло, она была очень красива. И то, что всё происходящее здесь и сейчас казалось таким далеким от недавней кровавой бури, немного его успокаивало.

«Надо же, меня трогает такая жалкая, банальная хрень».

Он никогда в жизни не предавался подобным сантиментам. По правде говоря, в самих сантиментах не было ничего плохого. Куда большая проблема заключалась в том, что ему это нравилось. И в том, что он был не прочь задержаться в этом состоянии.

Джу Рюн слегка поморщился и лениво откинул голову на спинку стула. Сделав глубокий вдох, он расправил грудь. Он пытался успокоить бурлящие внутри эмоции, но тщетно.

Чувство, которое он испытывал впервые, было сродни легкому отвращению, и он всё никак не мог к нему привыкнуть. Это необъяснимое ощущение, когда в груди внезапно возникает удушающая тяжесть.

«Когда же я к этому привыкну?» Если даже сейчас ему было приятно это чувство новизны, значит, он и впрямь окончательно свихнулся.

Глядя на ее ясное спящее лицо, Джу Рюн медленно моргнул. Рука потянулась к пряжке брюк почти на животном инстинкте.

Он небрежно достал свой полустоящий ствол, который всё это время томился в тесном белье. Освободившись, член тут же отпружинил и дернулся вверх.

— Ха-а...

Жалкое зрелище: болтается тут неприкаянно, лишившись своего законного пристанища. Грубо обхватив его ладонью, он начал медленно дрочить.

На головке выступила капля прозрачной смазки, но на этом всё и закончилось. Его член, уже познавший тот самый вкус, больше не мог довольствоваться одной лишь рукой — это он во всех подробностях уяснил для себя еще когда принимал душ.

Но сейчас-то у него не было другого выхода, верно? И это безмятежно спящее лицо, совершенно не подозревающее о его мучениях, до безумия бесило.

Не сводя глаз с ее белой кожи и прокручивая в голове самые грязные, пошлые мысли о том, как бы он ее испортил, Джу Рюн с каменным лицом продолжал дрочить. В какой-то момент он поймал себя на мысли, что похож на дрочащего подростка в пубертате, фантазирующего об однокласснице. От нелепости ситуации из его горла вырвался тихий смешок.

— М-м...

Каждый раз, когда она ворочалась во сне, издавая эти сладкие, провоцирующие звуки, низ живота отзывался судорожными толчками, но результата по-прежнему не было. Раз всё равно ничего не выходит, это была абсолютно бессмысленная трата времени.

— Ха.

В конце концов Джу Рюн бросил это дело и раздраженно вздохнул. «Ха, блядь. Всему есть предел».

Казалось, только перекур сможет хоть немного снять это удушающее напряжение. Джу Рюн кое-как привел себя в порядок и резко встал, но дверь открыл максимально тихо, боясь, что Джи У может испугаться и проснуться.

Крупный подчиненный, стоявший на страже у палаты, тут же вытянулся по струнке и почтительно поклонился.

Элитный кадр, начальник Чхон, сейчас был по уши занят оформлением кучи бумаг, необходимых для переезда Джи У в Гонконг. Вместо того чтобы заморачиваться с получением рабочей визы, было гораздо проще сделать ей визитку какой-нибудь солидной подставной компании и оформить визу инвестора.

Преданный начальник Чхон — тот тип человека, который, если ему приказать умереть, невозмутимо спросит, как именно это лучше сделать. Джу Рюн как никто другой знал, что Чхон не из тех, кто станет создавать проблемы из-за какой-то бабы.

И всё же, хотя он прекрасно это понимал, ему было неприятно, что точек соприкосновения между Чхоном и Ён Джи У становится всё больше. Беситься из-за того, что она один раз в бреду перепутала их имена, было донельзя мелочно. Но ничего поделать с собой он не мог.

— Смотри в оба.

Он одобрительно похлопал подчиненного по плечу. Тот в ответ молча поклонился.

Джу Рюн неспешным шагом покинул холл больницы. В воздухе Макао, где уже начиналось лето, висела тяжелая влажная духота. Да, именно эта липкая, душная жара и заставляет кровь закипать. Джу Рюн списал всё на проклятую погоду.

Направляясь к курилке медленной, хищной походкой, Джу Рюн порылся во внутреннем кармане и достал пачку. По сравнению с тем, что было несколько дней назад, сигарет в ней почти не убавилось.

Джу Рюн по привычке погрузился в воспоминания.

— ...Сигареты...

— Что с сигаретами?

— ...Курите... поменьше. Это вредно для здоровья.

«Какое, к черту, здоровье?» Тех, кто с налитыми кровью глазами только и ждет, когда он сдохнет, наберется на пару грузовиков. Она была первой женщиной на его памяти, которая осмелилась так нелепо переживать о его «здоровье».

Но теперь каждый раз, когда он собирался закурить, перед глазами всплывал ее взгляд, и рука невольно останавливалась.

«Тебе бы стоило оценить, на какие жертвы я иду». К сожалению, он не мог трубить об этом на каждом углу, так что оставалось только молча досадовать.

Но сейчас он просто не мог терпеть. Пусть по возвращении в палату он и получит от нее нагоняй, сейчас он не собирался себе отказывать.

Он и так слишком долго сдерживался. И в плане курения, и во всём остальном. Вспомнив свою недавнюю безрезультатную дрочку, он снова почувствовал, как портится настроение.

— Ха, блядь...

Его огромная ладонь раздраженно взъерошила волосы на затылке.

Джу Рюн не подавлял свои импульсы — он просто не считал нужным их контролировать. Он всегда брал всё, что хотел и когда хотел, выступая в роли хищника, а не жертвы. Но в последнее время в штанах всё чаще становилось тесно, и эти импульсы было всё сложнее игнорировать.

Когда он смотрел на ее лицо, ему хотелось сжать что-нибудь в руке так, чтобы оно лопнуло.

Но каким бы конченым ублюдком он ни был, он не мог просто так раздвинуть ноги больной женщине и всадить в нее член только потому, что у него встал член. Как-никак, манеры у него имелись.

Приходилось терпеть и ждать изо дня в день, словно монаху, постигающему дзен. «Надо же, каким я стал сдержанным».

В ночной курилке всё еще витал слабый запах чужого табачного дыма, но, к счастью, там никого не было. С чувством человека, арендовавшего всё помещение, он прислонился к перилам и сунул сигарету в рот. В этот самый момент:

— Черный Дракон.

При звуке этого прозвища густые брови Джу Рюна изогнулись. Прищурившись, он обернулся и увидел знакомые лица. Это были офицеры трех группировок, чьи верхушки были уничтожены в ходе недавних событий.

— Мы можем немного поговорить?

Вперед выступил Ян Сын Тэ с невероятно торжественным и серьезным лицом. Как и двое других, стоявших за ним, он всем своим видом выражал раболепную покорность.

Джу Рюн, даже не скрывая скуки, демонстративно почесал бок. Было очевидно, что эти люди пришли с какой-то очень важной просьбой.

«Зачем они здесь?» Причина была ясна как день, и его ответ для них тоже не изменился.

— Уложись в одну сигарету.

«Ладно, так и быть, выслушаю». В конце концов, чтобы поставить точку во всей этой истории с Макао, он должен был лично закрыть этот вопрос. Такую ответственность он за собой чувствовал.

Скорчив недовольную мину, Джу Рюн глубоко затянулся. Никто из стоявших перед ним даже не попытался достать сигарету, чтобы составить ему компанию. Они не смели и подумать о том, чтобы курить с ним на равных. Сейчас они находились здесь лишь в роли просителей, ожидающих вердикта.

Именно такое отношение бесило Джу Рюна еще больше. Ян Сын Тэ, который на том ужине бросал на него подозрительные взгляды, раздражал, но хотя бы вел себя как мужик.

Из-за кое-кого ему приходилось экономить сигареты, поэтому эта затяжка казалась невероятно сладкой. Выпустив длинную струю дыма, он продолжил наслаждаться курением, почти полностью игнорируя незваных гостей.

Было ясно: он не собирается ничего спрашивать, а будет только слушать.

— Кхм, — прокашлявшись, Ян Сын Тэ взял инициативу на себя и осторожно начал:

— Как вы прекрасно знаете, здесь больше не осталось никого, кто мог бы нас возглавить.

— И что?

— Разве не все мертвы?

— А-а... — лениво протянул Джу Рюн, неспешно прокручивая в голове всё, что произошло в Макао за последнее время.

Одержимый властью Ха Сон Джун всплыл в бассейне — финал, которого он никак не ожидал. Ан Ё Мён, потерявший самое дорогое из-за собственной некомпетентности и долгое время скитавшийся в тени, в итоге сам шагнул в небытие. Про О Джи Нын Джэ и Джи Нын Сона и говорить нечего. Ах да, ну и Джи Гук Рим, которого он прикончил просто потому, что тот его выбесил, шел бонусом.

Да, это был настоящий фестиваль похорон. Отрицать, что все главари триад Макао, когда-то гремевшие на весь город, были уничтожены, бессмысленно.

«Ну и что. От меня-то вы чего хотите?»

Щелкнув языком, Джу Рюн сделал глубокий вдох, наполняя легкие дымом.