— Ну, по крайней мере… Зафири не злой человек.
— Аркин, я не говорила, что он злой. Он просто странный.
— И что в нем странного? — спросил он.
— Ты разве не слышал? Говорят, в Айвике люди не выбирают себе спутника на всю жизнь. Они не женятся, целуются с кем попало и ложатся в одну постель — бывает, даже по нескольку человек сразу.
— С кем попало? То есть… — В голове у Аркина словно гулко пробил колокол. Он на мгновение замер, пытаясь перевести дыхание. Онемевшие губы отказывались слушаться, фраза обрывалась, так и не сложившись в целое предложение.
— Именно. Говорят, у них там все любят горячо и неистово. Стоит поймать настроение — и они уже целуются или делят ложе. А еще… — Петра заговорщицки понизила голос. — Я слышала, у принца Зафири есть свой гарем. Он окружил себя сотнями танцовщиц, а уж в искусстве обольщения ему нет равных. Говорят, каждая мечтает заполучить хотя бы частичку его внимания.
Аркин медленно моргнул. Он не знал, что на это ответить.
— Смотри! — Петра внезапно ткнула его в бок.
Зафири слегка сменил позу, и его пышные каштановые волосы, ниспадавшие на плечи словно львиная грива, скользнули в сторону, открывая широкую грудь с рельефными мускулами. Тело его было безупречным.
— Принцесса Кефета уже совсем голову потеряла.
Аркин и сам ясно видел, как Зафири, что-то нашептывая, протянул руку. С дружелюбной улыбкой он коснулся ладони Нефетии.
«Они… взялись за руки», — озадаченно моргнул Аркин.
— Вот и все, уже влюбилась, — подытожила Петра.
Аркин почувствовал внезапное головокружение. Самоуверенная ухмылка Зафири и его яркие фиолетовые глаза вызвали у него приступ тошноты.
Это расслабленное, многозначительное выражение лица… Принц Лоз улыбался так порочно, словно хищник, готовый в один присест проглотить кроткую, доверчивую и прекрасную девушку, что сидела перед ним.
— Так что нельзя очаровываться им только потому, что он улыбается. Говорят, ему без разницы: мужчины, женщины, старые, молодые. Понимаешь? — Петра покачала головой и откусила кусочек сыра. При этом со своим женихом Элио, сидевшим чуть поодаль, она вела себя подчеркнуто официально и почти не разговаривала.
В горле у Аркина встал ком. Пока Нефетия задумчиво разглядывала их соединенные руки, принц Лоз то сжимал, то отпускал ее тонкие пальцы, умело и нежно поглаживая их.
Он о чем-то спросил ее, и Нефетия в замешательстве качнула головой. Аркину расхотелось знать, о чем они говорят. «Стоит обменяться парой слов — и они уже делят постель»…
— Впрочем, это не наше дело, — с трудом пробормотал он, прочистив горло.
В животе возникла неприятная тяжесть, хотя он почти ничего не съел.
***
— Значит, ты хочешь сказать, что почувствовала странную реакцию, когда коснулась принца Солинара?
— Да, все так, — подтвердила Нефетия.
— Интересно.
Фиолетовые глаза Зафири таинственно блеснули. Он уже довольно долго держал ее за руку, но Нефетия по-прежнему ничего не ощущала.
— Божественная сила острова сейчас подавлена, так что, возможно, поэтому я ничего не чувствую…
— Хм. Ну не знаю. Мне кажется, между тобой и Аркином действительно что-то есть.
— Откуда ты знаешь? — Нефетия широко открыла глаза. Она едва не обернулась, чтобы взглянуть на Аркина, но сдержалась и заставила себя смотреть только на Зафири.
— Смотри внимательно, Нефетия.
Он отпустил ее руку и дотронулся до мраморной колонны, на которую опирался. В ту же секунду лоза, обвивавшая камень, змеей скользнула вслед за его движением.
— Я умею общаться с растениями. У меня очень тонкое чутье. Через этих друзей я мгновенно узнаю все лесные слухи.
Нефетия с любопытством тоже протянула руку. Но сколько бы она ни касалась побега кончиками пальцев, лоза оставалась просто растением и никак не реагировала.
— Я вот что хочу сказать, Нефетия.
Пальцы Зафири двигались так, словно он ласково подзывал питомца. Он сделал движение, будто хотел схватить лозу и потянуть на себя. Растение дернулось, пытаясь дотянуться до его ладони, но в итоге бессильно обмякло и вернулось в прежнее состояние. Зафири слегка нахмурился.
— Барьер стоит надежно. Остров священен, поэтому здесь нельзя в полную силу использовать постороннюю мощь.
Нефетия молча наблюдала за тем, как лоза едва заметно извивается под пальцами Зафири. «К чему он клонит?»
— Если при установленном барьере ты ощутила нечто настолько сильное, что оно пересилило святость острова… не значит ли это, что ваши судьбы связаны невероятно крепко? — Зафири мягко улыбнулся. — Я касаюсь лоз с тех пор, как ступил на этот берег, но нигде не почувствовал и тени такой силы. Между тобой и Аркином точно что-то произошло. Я в этом уверен.
— Но он не хочет этого признавать.
— Не торопись, просто наблюдай. Пока он сам не осознает. Уверен, даже в это мгновение его тянет к тебе.
«Неужели? Не похоже…» Нефетия озадаченно склонила голову, и Зафири ободряюще похлопал ее по плечу.
— Не суетись. Вам предстоит провести вместе целых шесть месяцев, о чем тут беспокоиться?
Нефетия кивнула. Она украдкой взглянула на Аркина, сидевшего напротив, но тот внимательно слушал Петру и даже не смотрел в ее сторону.
«Значит, нужно дать ему время…»
— Пойду немного развеюсь, — Зафири поставил деревянную миску и поднялся.
Оставшись одна на широком валуне, Нефетия перевела взгляд на далекое море. Где-то там, за горизонтом, остался Кефет. «Благополучно ли вернулась тетя Шадия? Как там мама?»
— Так, пора спускаться, — голос Сенеки прервал ее мысли.
— Смотрите! Дельфины! — громко вскрикнула Амальфи, и все разом бросились к краю обрыва, где сидела Нефетия.
Вдалеке, сверкая серебристыми спинами, из воды выпрыгивала стая дельфинов. Плавники то появлялись на поверхности, то исчезали. Когда один за другим два дельфина кувыркнулись в воздухе, раздался восторженный гул.
Все взгляды были прикованы к морю. Но пока остальные смотрели на волны, Нефетия украдкой разглядывала профиль Аркина. Он весь словно светился. Яркое солнце золотило его волосы, а кожа на шее и лице казалась нежно-розовой.
За мгновение до того, как его синие, как сапфиры, глаза повернулись в ее сторону, Нефетия отвернулась.
Аромат, коснувшийся ее, и то ощущение прохлады никак не выходили из головы. Когда же она набралась смелости и снова поискала его взглядом, то увидела лишь золотистую макушку — Аркин уже быстро спускался с холма в нескольких шагах от нее.
***
Аркин страдал от невыносимой головной боли.
Возможно, сказалась накопившаяся усталость, но весь вечер голову словно сдавливало обручем, а в висках стучало кузнечным молотом. Шум в трапезной только усугублял мучения. Каждый раз, когда Зафири отпускал очередную шуточку и вокруг взрывались смехом, Аркину казалось, что мозг пронзают острым клинком.
— Видели лицо Сенеки? — хохотал Зафири. — Я сказал, что в Кристальной пещере удобно крутить романы, и он аж покраснел.
Петра недовольно прищурилась:
— Это неуместно. О чем ты только думаешь в священном месте?
— И что с того, что оно священное? Любовь — это тоже святое.
— А я, честно говоря, согласна с Зафири, — вставила Амальфи. — Роман в пещере… это звучит так поэтично. Поцеловаться с любимым в таком сказочном месте или просто полежать вдвоем, любуясь кристаллами, — разве не чудесно?
— Амальфи! — прикрикнула на нее Петра. — Ешь давай свой хлеб.
Пока вокруг стоял галдеж, Аркин молча жевал хлеб. На вкус тот казался пергаментом или сухим песком. Даже вода не приносила облегчения.
— Аркин, ты в порядке? Выглядишь усталым.
Он поднял глаза и встретил обеспокоенный взгляд Элио.
