Сначала Нефетия весело смеялась, но когда повадки слонихи стали совсем уж беспардонными, она и сама почувствовала неловкость. Пользуясь случаем, она заглянула животному под хвост и хмуро добавила:
— Это самка. И бивни у нее совсем маленькие, короткие… — Она развела руки, показывая внушительное расстояние, и буднично продолжила: — Будь это самец, у него бы между ног болталась вот такая штука.
— Может, вместо того чтобы нести чепуху, ты мне поможешь? — лицо Аркина вспыхнуло.
Но стало только хуже: хобот крепко обхватил юношу за талию и бесцеремонно оторвал от земли. Каким бы высоким и широкоплечим ни был принц, против такой мощи он оказался бессилен.
— Ох! — вскрикнул Аркин. Подол туники задрался, и он, беспомощно дрыгая ногами в воздухе, в ужасе попытался прикрыться. — Да как ты смеешь! Что за наглость? Ты с ума сошла?!
Принц отчаянно отбивался, пытаясь оттолкнуть хобот, но огромная самка, казалось, вовсе его не слышала. Издав довольный низкий трубный звук, она развернулась и потащила свою добычу прочь от Нефетии.
— Помоги мне! — донесся затихающий крик Аркина.
Нефетия в спешке закинула мешок с фруктами на плечо, собираясь броситься в погоню, но в следующее мгновение замерла как вкопанная. Она увидела только белую тунику, сиротливо свисающую с хобота. Самого принца нигде не было видно — осталась одна одежда!
Нефетия зажмурилась и что есть силы крикнула в пустоту:
— Аркин! Где ты? Что мне делать?
— Не подходи! Слышишь, просто оставайся там!.. Жди!
— А? О...
Коко издала победный клич и, словно знаменем, замахала в воздухе трофейной туникой.
Нефетия опустилась на песок и, обхватив колени, подперла подбородок рукой. Слушая рокот прибоя, она изо всех сил старалась не смотреть в ту сторону, где скрылся Аркин.
«Надо же...»
Глядя на столь настойчивое и бесстыдное ухаживание молодой слонихи, она невольно поймала себя на мысли, что и сама вела себя почти так же. Перла напролом, не понимая, насколько это грубо, и не считаясь с чувствами другого. Для Аркина, должно быть, ее поведение выглядело точно так же...
Небо над морем неумолимо светлело. Глубокая синева сменилась фиолетовым шелком, затем разлилась нежно-розовым, и завеса ночи окончательно истаяла, уступая место дню.
Нефетия чувствовала, как в душе воцаряется покой. Она собиралась вновь заговорить с Аркином о хетасепте. Хотела спросить, не согласится ли он принять свою судьбу, надеялась, что они смогут что-нибудь придумать вместе. Но чем дольше они говорили, тем яснее она понимала правду.
«Несчастный человек. Его не любят, он не может стать супругом... просто постельный раб. Мужчина, которого бросят, как только он исполнит свой долг».
Для Нефетии «хетасепт» всегда был кем-то, кто принимает свою долю как нечто само собой разумеющееся. Она верила, что ее суженый будет счастлив принять милость правительницы, сочтет это за честь и с радостью отдаст себя. Но все могло быть совсем иначе. По крайней мере, для Аркина это стало бы тяжким бременем, позорными оковами.
Значит, нужно его отпустить. Даже если он действительно ее судьба. Нефетия смотрела на линию горизонта, позволяя своим чувствам уйти вместе с отливом.
«Все будет хорошо. Пройдет немного времени, и я забуду об этом».
Она долго сидела так, наблюдая, как на горизонте закипает жидкое золото, пока землю не сотрясла тяжелая поступь.
Бум, бум, бум.
Нефетия обернулась и ахнула. По залитому солнцем песку прямо к ней бежала Коко, а на ее спине гордо восседал Аркин.
— Поехали, Нефетия! — принц Солинара уверенно улыбнулся. Его золотистые волосы в лучах утреннего солнца сияли так ярко, словно вокруг головы разлился нимб. В этот миг он казался юным богом, воплощением чистого света.
— Как ты там оказался? — Нефетия растерянно захлопала ресницами. — Ты ее приручил?
В ее глазах он вдруг стал совсем чужим, незнакомым.
— Нам просто потребовалось время, чтобы понять друг друга. Теперь все улажено.
Аркин уверенно сидел на шее животного. Одной рукой он ласково поглаживал слониху за ухом, а другую небрежно положил на крепкое бедро.
— Отойди немного назад, — мягко сказал он, глядя на нее сверху вниз. — Я попробую заставить Коко опуститься, чтобы ты могла сесть.
Аркин легонько коснулся пятками боков слонихи и, накрыв ладонью ее голову, негромко прошептал:
— Тш-ш-ш... Вниз. Склонись.
Нефетия с изумлением наблюдала, как та покорно опускается на колени, склоняя голову. Когда слониха замерла, Аркин протянул руку.
— Не стой там, иди сюда. Я помогу.
Глядя на его ладонь, купающуюся в лучах солнца, Нефетия подошла ближе. Даже когда слониха присела, забраться на нее в одиночку было непросто.
— Позволь мне... — негромко произнес он.
Сильные руки подхватили ее, легко, словно пушинку, приподняли над землей и устроили на спине животного прямо перед ним.
— Держись крепче, здесь опасно. Хотя я тебя подстрахую.
Нефетия молча кивнула. Ее переполняло чувство, которому она не находила названия.
— Ну, пошли, Коко!
Слониха в ответ шумно выдохнула и двинулась в путь. При каждом неспешном шаге тела сидящих наверху плавно покачивались. Широкая ладонь Аркина то и дело едва ощутимо касалась бока Нефетии. Он явно старался не притрагиваться к ней лишний раз и держал руку на весу, но при этом ни на миг не прекращал оберегать ее талию, боясь, что девушка соскользнет.
— Шум волн такой приятный, правда? — негромко проговорила Нефетия.
— Да, — отозвался Аркин.
До него долетел ее тихий, довольный смех. Она вовсю крутила головой, разглядывая окрестности, и без умолку болтала, но Аркину было не до пейзажей. Он из последних сил сдерживал желание обнять ее.
Ее плечи золотились на солнце, а над горизонтом все шире разливались ослепительные лучи. Каждый раз, когда его ладонь случайно касалась тонкой талии, сердце Аркина пускалось вскачь. Ему казалось, что он вот-вот позорно свалится со спины слона.
И это было еще не все.
Сладкий аромат, исходивший от ее затылка, иссиня-черные пряди волос, щекотавшие ему грудь... это была настоящая пытка. Аркин изо всех сил боролся с искушением коснуться ее волос. Они были совсем не такими, как его собственные — черные, как уголь, и блестящие, словно полированное дерево. Каждый раз, когда они соблазнительно колыхались у него перед глазами, в голове становилось совершенно пусто.
— Послушай, Аркин. Ты ведь сдержишь то обещание?
— А? Какое обещание? — Аркин, вырванный из своих мыслей, поспешно огляделся.
Пока он витал в облаках, они уже почти добрались до храма. Впереди показались работники с метлами и тележками, начинающие свой будний день.
— Ты сказал, что если выпадет случай, покажешь мне снег.
— Ах, это... Да, ты ведь хотела увидеть снег.
Слониха вдруг мотнула головой, словно не желая приближаться к храму. Аркин придержал Нефетию за талию, и в наступившей тишине она добавила:
— Понимаешь, я всегда мечтала на него посмотреть. Если ты позволишь, я бы очень хотела поехать с тобой. Только... без всяких обязательств.
Нефетия сделала ударение на последних словах:
— Просто как друзья.
«Друзья». Похоже, теория о «предначертанном суженом», в которую она так слепо верила, была окончательно отброшена.
«Что ж, так даже лучше. По крайней мере, теперь все ясно».
— Значит, теперь ты понимаешь, почему я тогда разозлился и назвал это оскорблением?
— Да, теперь понимаю.
Услышав это из ее уст, Аркин окончательно утвердился в своем решении. Все эти разговоры о судьбе были лишь красивой оберткой для рабства, так что и обсуждать здесь больше нечего.
— Хорошо. Я приглашаю тебя. Как друга, — твердо ответил он.