Контент удален!

Это слуховые галлюцинации.

Испугавшись, что, открыв глаза, она увидит призрака, Да Ин проигнорировала голос и зажмурилась еще крепче.

Затем начала считать дни. Сколько прошло с тех пор, как она вернулась из Кореи на Гавайи? Около двух недель?

Нет, прошло больше времени.

Они назначили дату операции по удалению GPS-чипа из тела Ким Су Ёна, а мозговые волны Ким Со Ён стабилизировались.

Врач сказал, что опасный кризис миновал, и теперь остается только ждать, когда она придет в себя.

Тем временем она разрезала пополам резиновый шарик, который принес Ён У, достала из него i-PIN чип и отправила его на отслеживание.

За это короткое время произошло так много всего. Это было похоже на затишье перед бурей: чем глубже вода, тем тише, но всё равно чувствовалась скрытая рябь.

Но всё же, месяц, через который должен был вернуться Квон Хи Джэ, еще не прошел.

Так что это определенно были слуховые галлюцинации. Но даже если и так, первый в жизни сонный паралич с инкубом — это как-то чересчур, не находите?

— Может, мне и правда тебя украсть?

Язык, облизнувший её верхнюю губу, скользнул внутрь и тут же исчез. Кто-то схватил её за подбородок, пока она, вцепившись обеими руками в простыню, бормотала про себя гимн Кореи.

— А это ты что делаешь?

Ну, для призрака это уже перебор. Должны же быть какие-то манеры, зачем за подбородок-то хватать?

Сложив руки на груди и крепко зажмурившись, Да Ин набралась смелости и приоткрыла один глаз.

Во тьме, освещаемой лишь тусклым светом, мерцал силуэт. Темная фигура имела телосложение и очертания Квон Хи Джэ.

— Скажи, что до смерти рада меня видеть.

Кончик его носа потерся о её лицо, а нижнюю губу, онемевшую от его ласк, он нежно прикусил. Теперь она начала думать, что это не сонный паралич, а просто сон.

Если это осознанное сновидение, то я могу делать всё, что захочу?

Как только эта мысль промелькнула в голове, её губы зашевелились сами собой.

— Ты... призрак...?

Когда она пробормотала это сонным голосом, рука, скользнувшая в её волосы, словно убирая их назад, обхватила её за затылок.

Смешок и вопрос: «О чем ты вообще?» рассыпались по её лицу.

Мужчина большой рукой потер её щеку, словно пытаясь растянуть её прищуренные глаза, и прижался лбом к её лбу.

От прикосновений, нежно ласкавших уголки глаз и скулы, у нее пересохло во рту.

Это было очень странно. Вроде бы всё казалось реальным, но просто так поверить в это — значило бы поддаться наваждению, чего ей не хотелось.

Но эти ощущения — это уже слишком.

Она медленно открыла глаза. Длинные ресницы скользнули по его коже.

Они были так близко, что обоняние и осязание обострились сильнее зрения.

Позади силуэта угадывались знакомые очертания: обои, краска, светильники и мебель — это была спальня, в которой она жила. Единственным существом, которого здесь быть не должно, был этот... призрак.

— Терпеть не могу...

Будь то призрак или сон, ей не хотелось видеть фальшивку.

— Терпеть не можешь меня?

— Ты же не Квон Хи Джэ. Всего лишь фальшивка...

— Что за дела, Ли У Хи. Ты еще не проснулась?

«Ну что за прелесть», — прошептав это, он тихо рассмеялся.

— ...А?

В тот момент, когда она услышала этот смех, все её чувства ожили, словно её резко вытащили из теплой воды.

Да Ин пробормотала пересохшим голосом:

— Можно я тебя ударю... один раз?

Моргая, она обхватила ладонями щеки силуэта. Тогда он прикусил её большой палец зубами и, вклинившись между её бедер, мягко навалился на нее всем весом.

— Можешь ударить два раза.

— Но тебе же будет больно?

— Потерплю.

Её руки, гладившие его щеки, скользнули ему на шею, притягивая лицо мужчины ближе. Только тогда она почувствовала влажные волосы и густой аромат геля для душа. Воздух в комнате стал слегка влажным.

Это был тот самый аромат, который она всегда чувствовала, когда Квон Хи Джэ выходил из душа.

— Не хочу, не буду бить.

— Ага, спасибо.

Их губы слились в плавном, идеальном поцелуе.

Стоило им лишь соприкоснуться, как остановиться стало невозможно. Словно люди, загнанные в угол, они отрывались друг от друга, чтобы тут же снова впиться в губы, безумно сплетаясь языками. Скопившаяся слюна размазалась по губам.

Слизнув капельку в ямочке под нижней губой, его руки горячо сжимали кожу везде, куда только могли дотянуться.

Убирая то и дело спадающие на глаза волосы, он раз за разом отстранял её извивающееся, словно потерявшее контроль, тело.

Но вдруг Да Ин, схватив его за грудки, одним движением перевернула их.

— Ха!

Обхватив его ногами за талию, она прижала его к простыням и, оказавшись сверху, потянулась рукой.

Торшер на прикроватной тумбочке зажегся. Желтый, яркий свет мягко разлился сверху вниз.

Да Ин посмотрела на лицо мужчины, лежащего под ней, и приоткрыла губы.

— Ах...

И правда.

Это не призрак и не сон.

— Что такое? Всё еще не верится?

Взглянув на нее снизу вверх со своим фирменным томным выражением лица, он облизнулся. Яркий свет, видимо, раздражал его, потому что он слегка прищурил свои выразительные глаза.

— Это, конечно, всё мило, но мы так давно не виделись, а ты принимаешь меня за призрака. Не слишком ли?

Большие руки легли на бедра оседлавшей его Да Ин. Лаская её мягкую кожу, он приподнял подбородок.

Да Ин с всё еще ошеломленным видом не могла оторвать глаз от лица Квон Хи Джэ. Затем она посмотрела на электронные часы рядом с торшером.

— Месяц еще не прошел...

На её бормотание, похожее на мысли вслух, он ответил тем, что перехватил её запястья и приподнялся. Прижавшись к ней, он коснулся зубами её белой, нежной челюсти.

— А что, ты по мне не скучала?

— Неужели ты настоящий...

— Я же говорю — настоящий.

Больше не оставалось сомнений — это реальность.

Как только она осознала, что перед ней действительно Квон Хи Джэ, напряжение спало. С того момента, как они расстались в Корее, не прошло и месяца, но казалось, что миновали долгие месяцы.

— Вот здесь, кажется?

Он приподнял рубашку у всё еще пребывающей в прострации Да Ин и провел рукой по её талии.

Пощекотав кожу вокруг раны, на которой после их видеозвонка она оставила пластырь, он стянул с неё рубашку через голову. Её длинные волосы рассыпались по плечам.

— Нет... не трогай, щекотно.

Её голос прозвучал влажно и хрипло.

Не обращая внимания на её слова, он покрывал поцелуями её кожу от солнечного сплетения до самых губ, а когда поднял взгляд, между его бровей залегла глубокая складка.

Да Ин почти спала, закрыв глаза. Неудивительно, что её голос был таким слабым. Она не закрыла глаза полностью, но её расфокусированный, сонный взгляд делал её невероятно милой.

Хи Джэ, усмехнувшись, обнял её покачивающуюся талию.

— Спать хочешь?

— Кажется...

— Тогда давай спать. Я тоже не спал всё это время, устал.

— Правда?

— Да.

После этих слов её тело обмякло в его сторону. Он бережно обхватил её маленькую голову рукой и осторожно уложил на кровать.

Сейчас сексуальное влечение не имело значения.

То, что он спровоцировал террористов, чтобы перенести сроки, тоже отошло на второй план. Ему было неважно, откуда они взялись, был ли он их мишенью или кто-то другой.

Как и сказал Дэн Снейр, он блестяще сыграл роль наживки, а с остальным они разберутся сами.

Поэтому он использовал ранение Ким Со Ён и беспокойство о Ён У как предлог, чтобы вернуться раньше.

Возможно, ему просто хотелось увидеть это лицо. Не настороженное, ощетинившееся лицо, а то, которое прячет когти и льнет к нему. Послушное лицо, которое становится беззащитным только перед ним.

— ...Ха.

Прижавшись губами к её лбу, он обнял её крепче. От нее пахло сладкой ватой и детской присыпкой.

Этот аромат возбуждал так сильно, что сводил с ума. Подавляя неутолимую, дикую похоть, словно вырезая её ножом, он ласково погладил её нежную шею.

Тук-тук.

В этот момент кто-то осторожно постучал в дверь.

Он повернул голову, не выпуская Да Ин из объятий. Подумав, стоит ли отвечать прямо так, он решил, что это может разбудить женщину, которая едва уснула, и нехотя встал.

Вместо себя он подложил ей в объятия свою подушку, заботливо укрыл её тонким одеялом и открыл дверь.

Перед ним с удивленным лицом стояла управляющая Кан.

— Вы... вы действительно приехали. Я так испугалась, вы же даже не предупредили. Господин директор, ничего не случилось?

— Всё в порядке. Просто сейчас глубокая ночь. Хотел приехать тихо, вы из-за меня проснулись?

— Я же должна знать, если в дом кто-то заходит. Вы поели...?

— Настоящая кореянка — первым делом про еду спрашиваете.

Управляющая Кан посмотрела на него с удивлением. Он и правда сильно изменился. Начиная от того, как он общался с людьми, до его прежней обостренной, как кончик иглы, чувствительности — всё изменилось.

Будь они в Корее, он бы не только потребовал докладывать о каждом своем шаге, но и поднял бы страшный шум.

А сейчас он выглядел поразительно спокойным. Для управляющей Кан, которая знала обо всем, что произошло в Нью-Йорке, это было невероятно странно.

Какая же судьба уготована Квон Хи Джэ, раз его жизнь полна таких потрясений? Интересно, будет ли у этого мужчины когда-нибудь тихая и спокойная жизнь?

Несвойственно для себя замявшись, управляющая Кан бросила взгляд в сторону спальни и понизила голос.

— Эм, господин директор... мне нужно кое-что сказать вам об У Хи. Не уделите мне немного времени после завтрака?

— О Ли У Хи? О ней?

— Да. Ничего серьезного, просто нужно доложить о некоторых мелочах.

Обернувшись на кровать, он без особого удивления кивнул.

— Утром мне будет неудобно, давайте после обеда. Хочу провести время расслабленно.

— Как скажете. Тогда я не буду ничего говорить Ён У.

— Ценю вашу тактичность, управляющая Кан.

Квон Хи Джэ кивнул в знак прощания всё еще мнущейся управляющей Кан и закрыл дверь.

Она, конечно, могла заметить его приезд, но вряд ли бы пришла к дверям спальни в такое время без веской причины.

Видимо, пока его не было, здесь произошло немало интересного.

Слушая тихое дыхание Да Ин, он прошелся по комнате. Затем зашел в ванную, где она недавно принимала душ, и открыл окно.

Судя по четким следам стертой пыли на подоконнике — вот она, собачья дыра.

Опершись на подоконник, он выглянул наружу и увидел сад, который был спроектирован как слепая зона ради приватности. За ним находился пост охраны у главных ворот.

Место, которое было ближе всего к внешнему миру и одновременно удобным для наблюдения. Со всеми его плюсами и минусами.

Закрыв окно, он вернулся в спальню и плюхнулся на кровать рядом с ней.

Когда он забрал подушку из её объятий, она инстинктивно приоткрыла глаза и заморгала длинными ресницами.

А затем, снова медленно закрыв их, протянула руку и сжала его пальцы.

Наклонившись, он поцеловал её в щеку. Он и сам не понимал, почему эта женщина вызывает в нем такие чувства.

Скрытная, полная секретов, заставляющая сомневаться в каждом своем действии. И что еще более непостижимо — это он сам, добровольно закрывающий глаза и уши, позволяя ей себя обманывать.

«Я Чхве Со Хун. Благодаря вам мы, кажется, нашли брокера, который связывал Сон На Би с наркоторговцами с Севера. Господин Квон Хи Джэ, вы случайно не держите при себе нечто опасное?»

Нечто опасное.

«А еще то здание в Янпхёне, записанное на ваше имя. Вы в курсе, что оно связано с бывшим комиссаром полиции Ли У Сопом? Боже, ни дня без проблем. Особенно у вас».

Она здесь, эта опасная штучка.

Прокручивая в голове разговор с Чхве Со Хуном, он гладил её волосы. Теплое дыхание щекотало его крепко сжатую руку.

Как бомба замедленного действия, которая может взорваться в любой момент, но её дыхание было таким сладким и мягким.

«На этом я умываю руки, об остальном спрашивайте Чжу Сын Она. Он-то лучше всех разбирается в том, что происходит «наверху». Когда-нибудь наступит день, когда вы скажете мне спасибо. Берегите свою жизнь».