Контент удален!

Если это слайм, то, возможно, речь идет о липкой желеобразной игрушке, с которой играют дети?

Но слайм, который она знала, не был таким твердым. Это больше напоминало альгинат, который используют в стоматологии.

Химическое вещество, более твердое и эластичное, чем резина, к тому же с высокой температурой плавления, благодаря чему оно имеет широкое применение.

И ребенок сделал это из такого материала?

Конечно, обладая базовыми знаниями в химии, это не невозможно, но... где ребенок достал ингредиенты?

Да Ин вспомнила, что Ким Су Ён — ребенок, сбежавший с фабрики Ким Чжу Гёма. Вероятно, там он сталкивался с различными химическими веществами и, сам того не осознавая, многому научился.

К тому же в досье Ким Чжу Гёма, полученном по пути на Гавайи, была одна деталь, которая не давала ей покоя.

Его личность. Для человека без гражданства Национальное агентство разведки скрывало слишком многое.

Национальное агентство разведки. Орган, отвечающий за национальную безопасность и вопросы, связанные с Северной Кореей.

Тот факт, что у них вообще была информация на Ким Чжу Гёма, не был ли слишком очевидным ответом?

По коже пробежал легкий холодок. Она почувствовала, как пересохли губы.

— [Ён У, сходи пока к управляющей Кан.]

Услышав голос Квон Хи Джэ из монитора, Да Ин, крутившая в руках розовый резиновый шарик, внезапно очнулась от своих мыслей.

Он оперся обеими руками о стол с ноутбуком и подался вперед, отчего его рубашка слегка распахнулась. Стали видны глубокие впадинки ключиц и линия шеи с упругой кожей.

Да Ин, погладив Ён У по голове, сказала:

— Мне нужно немного поговорить с папой, поиграй пока с Чернышом. А, и с Уном тоже поиграй. Он в последнее время какой-то грустный.

— Но Ун всё время облизывает Черныша. У Черныша вся шерсть мокрая! Мне кажется, он его однажды просто проглотит.

— Это потому, что Черныш еще маленький. Уну он просто нравится.

— Правда?

— Да.

Может, и нет, но Ун — хороший пес. Настолько хороший, что ни разу не гавкнул, когда Черныш жил под террасой.

Ён У, сложив губы трубочкой, словно узнал что-то новое, сказал, что поговорит с папой потом, и пулей выскочил из комнаты.

Его звонкий голос, зовущий Черныша, эхом разнесся по всему дому.

Только когда дверь спальни закрылась, она полулегла, откинувшись назад, подтянула колени и обхватила их руками.

— Почему вы его отослали?

Квон Хи Джэ, молча ждавший до этого момента, сел на стул и пристально посмотрел в монитор.

Неужели он видел, как она сидела в гостиной с Юн Тэ Чжоном? Но в этом не было ничего странного.

Юн Тэ Чжон фактически заменял Ким Со Ён. Он должен был приходить сюда хотя бы для того, чтобы присматривать за Ён У.

— [Встань.]

От неожиданного требования Квон Хи Джэ заготовленные ею оправдания застряли в горле.

Да Ин, наоборот, еще сильнее сжалась и бросила на него подозрительный взгляд.

— Зачем?

— [Встань и повернись направо. На пол-оборота.]

Да Ин повернула голову влево, туда, куда был направлен его взгляд.

Только сейчас она явственно почувствовала боль от раны, полученной в стычке с Ким Чжу Гёмом. Это был след от ножа, который всадил в нее этот сумасшедший ублюдок.

Из-за внезапного исчезновения Ён У и появления дрона она забыла о ней, но теперь острая боль вспыхнула, как жар.

Как назло, она была в светлой рубашке, на которой отчетливо проступило пятно крови.

И всё же, как он это заметил? Когда?

Ей казалось, что она тщательно смыла кровь в душе, но жидкая сукровица всё же просочилась наружу.

Видимо, из-за жары рана не могла затянуться всего за два дня.

— Это ерунда. Просто поцарапалась по неосторожности.

— [Задери рубашку.]

— Эм... Вы сейчас один?

— [Не переводи тему. Я всё вижу.]

— Я же говорю, это правда ерунда!

— [Встань.]

Надо было хоть пластырь наклеить, что ли. По одному виду раны он сразу поймет, как она её получила. Она на мгновение забыла о маниакальной наблюдательности этого мужчины.

Нехотя поднявшись, она со скоростью света приподняла рубашку, показав рану на боку, и тут же села обратно.

Тогда он, издав смешок, словно не веря своим глазам, откинулся на спинку стула. Проведя обеими руками по лицу, он посмотрел ей в глаза через монитор и вздохнул.

— [Если бы ты была здесь, я бы точно не спустил тебе это с рук.]

— Когда вы приедете? Прошла только неделя, да?

Она невозмутимо сменила тему, но Квон Хи Джэ не собирался так легко сдаваться.

— [Я уже жалею, что отправил тебя на Гавайи. Ты меня бесишь, Ли У Хи.]

Его голос звучал так ровно, что невозможно было понять, серьезно он говорит или нет.

Наверное, волнуется. Не бесится, а злится. Вспомнив, как остро этот мужчина реагировал на её раны, она почувствовала легкий укол в груди.

Да Ин молча постучала кончиками пальцев по щеке.

Каждый раз, когда она встречалась с этим косым, направленным снизу вверх взглядом, у нее возникало странное чувство. Это было не неприятно, но как-то нереально... и отличалось от привычного чувства вины.

— Ён У теперь почти не плачет.

Когда тема перешла на Ён У, уголки губ Квон Хи Джэ слегка дрогнули.

— [Правда?]

— Он стал таким смелым. Хотела вам показать, но не знаю, как это сделать.

— [Ты смотри. А то, что я пропущу, потом мне расскажешь.]

— Эй, рассказывать и видеть своими глазами — это разные вещи.

— [Потому я и предлагал жить вместе. Ты сама отказалась. И я упустил возможность увидеть это своими глазами.]

— Почему разговор опять свернул туда?

Она говорила, что не хочет жить в Корее, а не то, что не хочет жить с ним. Хотя, конечно, согласия на совместную жизнь я тоже не давала...

Казалось, после этого он мог бы немного расслабиться, но Квон Хи Джэ всё еще источал напряженную, острую ауру.

— [В любом случае, мне пора собираться. Сегодня предстоит дальняя поездка.]

— И куда же сегодня?

— [В Коннектикут. Полечу на вертолете.]

— Возьмите таблетки от укачивания.

— [Это шутка, да?]

Он откусил кусок клубного сэндвича и встал. Сняв халат, он направился в сторону ванной.

Она, словно любуясь, не отрывала от него взгляда. Тогда он, взяв стакан со льдом, слизал языком соус с пальцев и обернулся.

Увидев, как она улыбается, сморщив нос, он покачал головой, словно сдаваясь.

— [До скорого.]

***

Ветер от лопастей вертолета ударил в землю, взметая пыль. Полы костюма взметнулись, уложенные волосы растрепались.

Квон Хи Джэ и Дэн вместе с двумя телохранителями сели в вертолет. Надев гарнитуру, Квон Хи Джэ убрал упавшие на лицо волосы и спросил абсолютно серьезным тоном:

— Я бы хотел приставить охрану к Ли У Хи.

Взгляды сидевших напротив телохранителей дрогнули. И без слов было понятно, о чем они подумали.

Дэн, предупредив их косым взглядом, ответил:

— В этом нет необходимости. Сейчас мистер Юн находится рядом с ней.

Телохранители, получив предупреждение, предпочли отвести глаза.

Приставить агентов «Валентайна» к агенту «Валентайна». Да еще и к Найн, члену команды Дэна Снейра — это звучало как неудачная шутка.

Но Квон Хи Джэ был всё так же серьезен.

— Я не уверен в его компетенции. Разгуливает в каком-то нелепом костюме пастора.

— Мистер Юн — куратор (Desk). А куратор может всё. Это будет надежнее, чем приставлять охрану.

— Не знаю. Для куратора он...

«Слишком не вызывает доверия».

Он не договорил фразу и тихо поцокал языком.

— Может, стоило привезти их обоих сюда.

При словах Квон Хи Джэ взгляд Дэна дрогнул. «Оба», о которых он говорил — это Ли Да Ин и Квон Ён У.

Когда они поднялись высоко в небо, солнечный свет, отражаясь от зданий, ударил в глаза. Поморщившись, он надел солнцезащитные очки, которые протянул ему телохранитель.

— Или, может, мне самому поехать к ним?

— Ваш контракт со мной действует только на эту поездку. Если вы отправитесь на Гавайи, нам придется пересмотреть условия.

Он на мгновение забыл, но Дэн Снейр был наемником, которого нанял Чжу Сын Он. Его нанимателем был не Квон Хи Джэ, а Чжу Сын Он. А возможно, и всё Национальное агентство разведки (NIS).

— Отлично. Тогда давайте проясним ситуацию. О чем именно Чжу Сын Он вас попросил? Я должен знать, кого мы ловим, чтобы сотрудничать. Не думаю, что он просто велел вам таскаться за мной. Он не из тех, кто стал бы так тратить время.

Волосы Квон Хи Джэ упали на ту сторону, куда он склонил голову. Дэн, избегая его томного взгляда, отвернулся к противоположному окну и усмехнулся.

— Думаю, в Корее они уже знатно разворошили улей. Моя задача — устранять любую угрозу в течение оговоренного срока. Он сказал, что после этого всё будет безопасно.

— Вы хотите сказать, что Чжу Сын Он разворошил улей?

— Он намеренно слил информацию, чтобы выманить тех, кто залег на дно. Наверняка зашевелятся те, кто затаил на вас злобу, или те, кого наняли. Старый, но самый надежный метод.

Это была элементарная провокация для устранения мелкой сошки, но она работала безотказно.

К тому же они находились в Америке, в самом центре Нью-Йорка. Проще говоря, на территории Дэна Снейра Квон Хи Джэ станет отличной наживкой, чтобы подчистую выгрести оставшийся мусор.

Поняв замысел Чжу Сын Она, Квон Хи Джэ закрыл глаза и снова их открыл.

— Ха, видимо, решил сорвать большой куш перед увольнением. Вполне в духе Чжу Сын Она.

Хотя они и были в гарнитурах, от оглушительного шума лопастей гудела голова. От Нью-Йорка до Коннектикута они больше не обмолвились ни словом.

Был бы здесь хотя бы Пак Мин Су, над ним можно было бы хоть поиздеваться, но Дэн Снейр был серьезен во всем.

К тому же иногда у него на лице появлялось совершенно нечитаемое выражение, или он с жуткой ухмылкой сверлил взглядом пустоту.

Квон Хи Джэ, откинувшись на неудобную спинку сиденья, представил себя в роли наживки. Не самый плохой расклад.

Изначально роль наживки удавалась ему лучше всего, а топтать врагов — удел чужих ботинок.

Как бы то ни было, ему тоже не хотелось затягивать эту операцию.

В напряженном молчании вертолет, достигнув пункта назначения, пошел на снижение по сигналу.

Слегка наклонив нос и едва удерживая равновесие, машина коснулась земли. Двери открылись только после полной посадки.

Квон Хи Джэ, глядя на встречающих их людей, улыбнулся, приподняв лишь уголки губ.

— Давайте закончим поскорее и отправимся на Гавайи. Я подпишу любой новый контракт, только давайте для начала поймаем того ублюдка, который пырнул её ножом в бок.