Онлайн чтение книги Отвергнутая вина: Русалка и охотник Jilted Guilt: the Mermaid and the Hunter
1 - 12

Сквозь поднявшийся над озером густой туман кто-то размеренно зашагал к воде. Чёрные водоросли, плясавшие в зловещем ветре, вспугивали водяных птиц. Преодолев размытую границу между сушей и водой, перед Ребис возник знакомый мужчина в охотничьем облачении.

От непривычной поступи Ребис невольно сжалась. Руки её были крепко связаны, а у того в руке — охотничий нож; повод прийти с таким клинком мог быть только один.

— П-постойте! Мне нужно передать кое-что королеве!

«Неужели королева верит, что, убив меня, можно полностью снять проклятие?».

Ребис хотела было заговорить, глядя ему в лицо, но черт его толком не разбирала. Она торопливо выкрикнула в пустоту. Сейчас единственным её союзником было время.

— Что именно?

«Хоть ещё немного. Чуть-чуть выиграть его время». Ребис на миг увидела в выражении Росандера тень недоумения.

Но им владело чувство куда более беспощадное, и она взмолилась без всякой уверенности.

— Чем больше вы будете меня ранить, тем больше истощается моя сила. Если меня убить, она не получит того, чего хочет.

Дрожащий голос жалобно растворился в тумане. Охотник, толком не удостоив её взглядом, сухо ответил:

— Какая удача, что я пришёл не по приказу королевы.

Ребис не сразу поняла, о чём он. Опомнилась лишь когда грубая рука перехватила ей горло.

— Иными словами: убью тебя — и план королевы расстроится.

— Я могу помочь вам своей силой! Поэтому…

— Чем уж она мне поможет, как же.

Задыхаясь, Ребис всё-таки попыталась договорить, но ей снова перекрыл рот его кинжал. Охотник усмехнулся холодно и придвинул лезвие ближе.

«Он пришёл за другим». Ребис нужно было найти иной способ переключить внимание мужчины, у которого свои счёты с королевой. И тут ей в голову вдруг скользнула одна мысль.

Но Ребис тут же её отвергла. «Нельзя. Так нельзя». Одно лишь воображаемое произнесение этих слов — и сердце ухало вниз.

Ребис, ощутив на коже холодное лезвие, перестала прерывисто дышать. Тело, оказавшееся над водой, словно высыхало насквозь. Запястья, стянутые верёвкой, покалывало. «До чего же тяжёлым может оказаться одно слово, способное вытащить мужчину из трясины».

— Вашу жену… я могу спасти.

Мужчина не сумел скрыть дрогнувший взгляд и застыл, по-прежнему держа нож у её горла. «Какое странное чувство вины».

То, что она слышала от Айзентин, оказалось правдой. Невероятным образом — правдой. Ребис, не отдавая себе отчёта, безответственно произнесла самую сокрушительную для него ложь.

Сколько они оставались так, она не помнила. Время словно текло медленно — со скоростью того, как дождь точит каменную дорогу.

С дрожащих губ сорвался голос — будто давно не точенный, заржавевший клинок.

— А вернуться во время, когда она была жива? Так возможно?

Он требовал ответа, глядя Ребис прямо в глаза. Ребис знала, что ему ответить.

«Сначала — добраться до Ларма. Только там я смогу проверить, на что способна моя сила».

И в то же время Ребис всё больше не хотела видеть, как он отчаивается. В его глазах она прочла всё разом: отчаяние, страх, скорбь, раскаяние.

Жестокий охотник исчез — перед ней стоял мужчина, все еще живущий в прошлом.

— Если попасть туда, где всё начинается и заканчивается, я смогу отправить вас в прошлое.

— И где это место?

Ребис ответила спокойно. «Если бы он до конца умолял спасти жену — что бы я тогда делала? Я ведь и Хелианте не смогла спасти. Что станется со мной, если я выпущу силу за пределы того, что способен вместить мой сосуд? Не разлетится ли душа на куски?».

— В морской пещере на острове Ларм. Туда нужно добраться.

«Отправить живого человека в прошлое — это, возможно, тоже сверх моих сил».

Но если опереться на силу самого Ларма — может статься, что не вовсе невозможно. Ей было противно так безрассудно бросаться обещаниями, в которых нет уверенности, но Ребис отвернулась от вины, что копилась с каждой их фразой.

— Тогда я уточню напоследок… — Росандер, не сумев стереть из взгляда недоверие, опустил нож. Войди клинок чуть глубже — она могла бы и голос потерять. Это ощущение осталось ярко. — Ты сняла проклятие королевы до конца?

— Нет.

Он, без сомнений, подслушал её разговор с королевой.

— Так и должно оставаться. То существо, что обитает в теле королевы, не должно вырваться оттуда наружу.

— А вы знаете, что это за существо?..

Ребис не до конца понимала, почему Росандер враждует с королевой, но согласилась с ним: создавать ещё большую угрозу нельзя.

Когда королева смотрела на неё сверху вниз, Ребис не покидало чувство, что смотрит не она одна — кто-то другой смотрит вместе с ней. Что это за «кто-то», она не знала, но что выпустить его из сделки с королевой и дать гулять по миру — опасно.

— И я хочу знать.

Будто давно к этому привык, Росандер устало усмехнулся и перерезал верёвки на её запястьях. Едва руки освободились, кровь хлынула вниз, и пальцы закололо. Ребис ощупала тело то здесь, то там. Кроме отметин, оставленных королевой, ничего страшного, к счастью, не было.

— Дайте мне свою кровь… Сначала уйдём.

«Что, если королева быстро спохватится? Как бы хорошо он ни владел клинком, если она поведёт за собой стражу, нам несдобровать». На сердце у Ребис сделалось тревожно.

— Сказала, что если выпьешь крови, станешь человеком.

Он провёл лезвием по ладони — на коже выступила тонкая красная линия. Когда Росандер сжал кулак, между пальцев медленно потекли капли, и он уронил несколько в рот Ребис.

Затем на конце хвоста проросли пальцы, щель, что превращалась в ноги, мало-помалу раздалась, и вместо чешуи проступила кожа.

— И впрямь.

Когда Ребис выбралась на сушу и взгляд Росандера упал ей на ступни, она вздрогнула и поспешно отвела глаза.

— Это длится недолго, поэтому, когда понадобится, вы должны будете дать мне крови ещё.

— Хорошо...

Росандер немного помедлил и снял плащ. Ребис обхватила руками грубую ткань, опустившуюся ей на плечи. «От одной маленькой перемены он держится так неловко, будто перед ним вдруг чужой человек» — и ей самой от этого почему-то стало не по себе.

— Кажется, теперь я больше похожа на ваших.

— Подожди тут, я раздобуду что-нибудь, во что одеться.

Он смутился её наготой больше, чем сама обнажённая Ребис, и она ради него плотнее запахнула плащ. «Когда у меня были ноги во второй раз, я успела походить достаточно. На этот раз я смогу сбежать ловко».

Росандер, ушедший за одеждой, скоро вернулся.

— От королевы нам не укрыться, но если выгадать время сейчас, в дороге разрыв увеличится — и до Ларма мы доберемся быстро.

— Нужно успеть к летнему солнцестоянию.

«Только в день летнего солнцестояния открывается путь, по которому я могу вернуться». Ребис вертела принесенную им одежду и так и эдак.

Прорезей было несколько, и какую куда продевать, она не понимала. Не выдержав, Росандер забрал у неё одежду.

— Дай. Сейчас каждая минута на счету, потерпи.

* * *

Королева Илейн нервно сжимала и разжимала ладонь. Пальцы, в которые, видно, кровь толком не доходила, отзывались на прикосновение глухо и по-прежнему отливали тёмно-синим.

«Эта хитрая тварь так и не пошла на сделку как следует. Но я ведь её несколько раз проучила — теперь, должно быть, присмиреет». Скоро король должен был навестить её покои, и королева вновь надела амулет.

Несколько дней назад король сам заговорил о русалке и шутливо заметил: дескать, незачем ревновать к какой-то там русалке. Хотел сказать, что в его любви ей сомневаться не за что, — но королева приняла эти слова не без оговорок.

Окровавленные слуги, погибший возница [1] — все улики указывали на русалку. И сегодня королева собиралась солгать королю, будто неприручаемую русалку казнили в подходящий момент. А коварную тварь, обманувшую её саму, — упрятать пожизненно.

[1] тот самый Дэн, работник, переносивший доски и ходивший с Пенни к озеру кормить русалку. Здесь королева причисляет его к погибшим, хотя в десятой главе Ребис его исцелила, и он сбежал. Видимо, после этого его всё же убили — чтобы инсценировка для короля выглядела убедительнее.

— Илейн, ты с каждым днём становишься всё прекраснее.

— Да неужели?

Король раскинул руки, словно ждал, что королева сама бросится в объятия — улыбаясь, как в первые дни брака. Видя, как королева, едва уткнувшись лицом в его широкую грудь, тут же отстраняется, король снова громко рассмеялся.

— Что сегодня тебя так гневит?

— Я всегда такая, не извольте, Ваше Величество, тревожиться.

— Поэтому-то и стараюсь сделать тебе приятное, Илейн.

— Не утруждайте себя.

Королева усмехнулась и поцеловала короля в щеку. «Для женщины из Белфрета нет ничего омерзительнее, чем угождать Зенону».

— Когда это я отказывал тебе хоть в одной просьбе?

В этот миг королева заметила за его спиной выскочившего слугу. Он, видимо, торопился, но не решался прервать беседу короля и королевы и стоял, переминаясь с ноги на ногу.

— Минутку.

Стоило ей опустить руку, которой король держал её щёку, как тот, нахмурившись, обернулся. Это был один из её собственных людей. Почуяв недоброе, королева ждала, чтобы тот удалился. Слуга, стараясь поймать взгляд королевы, попытался было откланяться, однако…

— В чём дело? — перебил его король, задав вопрос, который должна была задать королева. Слуга растерялся ещё больше и не находил слов. Видя, как поджимаются губы королевы, король принялся настойчиво допытываться.

— Говори. Раз ты выскочил с такой спешкой, можешь говорить начистоту.

— Та… та ценность, что хранилась у Её Величества…

За спиной короля королева беззвучно шевельнула побледневшими губами. «Молчать». Поднеся палец к губам и тут же убрав, она велела ему молчать. Слуга низко опустил голову и принялся тереть стиснутые ладони.

— Э-это…

— Говори.

— Сбежала.

— Что?

Слуга, тянувший время, чтобы сочинить ложь, не выдержал нажима короля и в конце концов выдавил правду. Король сделал лицо человека, услышавшего самое нелепое в своей жизни.

— Что, рыба обзавелась крыльями? Поразительно.

Королева не смогла рассмеяться над его пошлой шуткой.