Онлайн чтение книги Отвергнутая вина: Русалка и охотник Jilted Guilt: the Mermaid and the Hunter
1 - 20

Ребис, у которой по всему телу поднялся жар, никак не могла встать с постели и несколько дней металась в лихорадке. Как Росандер и говорил, она в конце концов всё-таки слегла с горячкой.

Сестра Кларисса, переводя взгляд то на снятую Ребис одежду, то на одеяло, с недовольным лицом нехотя за ней ухаживала. «Эта барышня, привыкшая делать что в голову взбредёт, не успев попасться, тут же снова ушла шастать».

По обмякшему телу пробивался холодный пот, разгорячённые щёки горели — глаза было трудно открыть.

Ребис полузакрытыми глазами провожала движения рук сестры. Та глубоко вздохнула и наконец произнесла тщательно подобранные слова:

— Барышня. Графу мы доложили, в подобающей форме. Через четыре дня он прибудет.

«Сколько же дней прошло? До приезда графа Эрбона мне нужно сбежать». Ребис разомкнула губы, чтобы хоть что-то сказать, но из горла вырвался только сиплый звук — тело не слушалось.

Сестра убрала влажную тряпицу с её лба и снова окунула в ведро.

— И зачем было выходить, когда холодно и дождь.

«Зачем ещё ходят?». Кларисса хорошо знала женщин такого сорта.

«Дурочки, что готовы сжечь себя за любовь и из-за этой пустой грёзы поддаются соблазну покинуть тихий рай».

В монастыре, где она жила несколько лет назад, ей встречалось таких немало. Чаще всего их приводили родители — уже разочарованные, опустошённые.

— С-сестра…

Глядя, как женщина с трудом её позвала, но так и не смогла договорить, Кларисса про себя цокнула языком.

Когда она снова приложила тряпицу, по лбу Ребис скатились капли. Та неловко заморгала, и Кларисса своей рукой смахнула то, что текло, словно слёзы.

— Барышня, отдавайте сердце — но не отдавайте тело.

«Не сказать, чтобы я её не понимала. Но злости во мне больше». Кларисса глушила в себе раздражение и тихо проговорила это.

Рождённая внебрачной дочерью одного владетеля и выросшая без матери в монастыре, она и завидовала жизни Ребис, и жалела её.

Холёное лицо женщины то и дело принимало печальное выражение. Клариссе это было не по душе. «Будто она прямо так, без раздумий, прицепила себе ту самую печаль, которую я из своей жизни вырезала, — раздражает».

— Простите…

«Звала меня, чтобы выдавить простое извинение?»

Сестра Кларисса в груде сброшенной одежды снова обнаружила пузырёк. «Стало ясно: ночью она ходила к рыцарю». Не будь приказа матери-настоятельницы, Кларисса немедленно отправила бы её в покаянную молельню.

Решив, что, как только Ребис очнётся, она допросит её сама, Кларисса забрала пузырёк и вышла.

* * *

Когда сэр Маркус, тренировавшийся с Росандером, опустил клинок, тот медленно отступил.

— Мастерство у вас правда отменное. Будь у вас аура меча, вы бы блистали в королевском рыцарском ордене. Давно я не сходился с таким соперником — и теперь, признаться, корю себя за то, что слишком полагаюсь на ауру.

Маркус, тяжело дыша, выразил досаду.

— Вот как?

Росандер усмехнулся. Аура меча для рыцаря — то, что можно назвать самой жизнью. «Раз её у меня отняли — звания рыцаря я, по сути, лишился».

— Поразительно: ауры нет, а вы будто исполняете все приёмы так, словно она у вас есть.

— Это уловки, которым научаешься, когда тебя помотает по разным передрягам.

— Вам приходилось сходиться с теми, у кого аура есть?

Росандер молча кивнул. Молодой рыцарь смотрел на него горящими глазами, ожидая воинского рассказа, но Росандеру было нечем его попотчевать.

— А вы, господин, намерены и дальше оставаться при монастыре?

— Затрудняюсь сказать. Но моя мечта — однажды войти в королевский рыцарский орден.

— Если так, я как-нибудь напишу для вас рекомендательное письмо.

Маркус изумлённо распахнул глаза.

«В ордене и без того хватает тех, кому далеко до его уровня; не возлагает ли он на это слишком многое?» — но рвение Маркуса Росандеру нравилось.

— У вас есть связи и при дворе?

Это, конечно, было полусказано для виду — но и невозможным не было. «Рекомендательное письмо за моей настоящей подписью сохранит силу, даже если меня поймает сэр Хейден».

— Знакомых у меня немало.

Маркус снова широко раскрыл глаза.

— Должно быть, граф Эрбон хорошо потратился, чтобы вас нанять.

— Да, в общем… так и есть.

Росандер вспомнил времена, когда в прошлом служил у графа Эрбона. «Благодаря этому я и могу сейчас выкручиваться этой ложью». Он знал и дочь графа Эрбона, и самого графа.

— Может быть, я переступаю границы — но… вы тайком встречаетесь с той, что прибыла с вами в монастырь?

— Что?

«Слух уже разлетелся и по ордену?»

— Если есть что сказать — говорите без стеснения.

— А-а…

Росандер коротко кивнул заметно стесняющемуся рыцарю. Маркус помедлил и заговорил.

— Если… если вы её и впрямь любите, есть способы получше, чем побег.

Росандер громко рассмеялся над тем, как далеко в сторону ушли догадки Маркуса. «Смешная всё-таки история, но в нашей ситуации в это нетрудно поверить — отрицать тут нечего».

— До нас из женской половины доходят слухи, что та особа вышла ночью наружу и подхватила простуду. Мол, и до этого она покидала монастырь. У них там сложная ситуация.

— Вот как?

— Должно быть, у вас есть весомые причины служить графскому дому… но не подумать ли вам о другом месте? И людское мнение тут, и… по правде, мне просто жаль вашего таланта.

«Что бы Маркус себе ни вообразил, мне до этого дела нет. И опровергать его догадки желания тоже».

— У меня нет особых стремлений, поэтому искать другое место я не намерен.

— Ясно…

«То, к чему я стремлюсь, в нынешнем положении желать невозможно».

— Если позволите, я пойду.

С усмешкой на губах Росандер Уэйн отправился разыскивать Ребис.

«Стало быть, ещё до встречи со мной она и так выходила из женской половины. И из-за этого на неё там стали косо смотреть».

Он вспомнил, какой бледной была Ребис в дождь. «Она от меня что-то скрывает». Что именно — догадаться было нетрудно.

«Если так — значит, поверить ей и пойти за ней было совершенно напрасным делом». Размышляя, как поступить с Ребис, Росандер скривил уголок рта.

Гнева не было. Странным образом голова оставалась холодной. «Возможно, я подыгрывал ей, потому что мне самому того хотелось».

«Хотел поверить, это и впрямь будет правдой. Но за то, что меня обманули, плата всё-таки причитается».

Росандер отыскал её комнату и легко вспрыгнул на крышу.

* * *

— Проснулась?

Ребис, забывшаяся в глубоком сне, открыла глаза на знакомый голос. Телу стало полегче, но голова по-прежнему болела. «Если сказать, что я не тревожился о ней, ушедшей до того, как кончился дождь, — это было бы ложью».

Росандер с облегчением отметил, что она хоть чуть-чуть пришла в себя, но всё с тем же бесстрастным лицом продолжал её разглядывать.

— Как вы сюда попали?

Росандер Уэйн перебрался через окно прямо в комнату и стоял у её кровати. «И, судя по непринуждённой повадке, мог явиться в любую минуту, едва пожелает». Ребис, изнурённой телом, было мучительно тяжело иметь с ним дело.

— Похоже, пузырёк у тебя отняли. И в любую минуту сёстры спросят, что это за кровь, — что ответишь?

— …

— Уже спросили?

От его слов Ребис обвела взглядом комнату — и поняла, что снятая одежда и одеяло исчезли без следа.

«Кажется, я мельком видела сестру Клариссу» — но из-за того, что она потеряла сознание, ночная вылазка не только всплыла наружу, у неё ещё и забрали пузырёк.

Ребис не ответила. «У меня и без того хватает забот, чтоб голова разболелась».

— Зачем ты творишь, что в голову взбредёт?

Ребис прижала ладонь к ноющему лбу. «Слова Росандера до меня едва доходят».

«Я тогда чуть ли не сбежала из его жилища и сразу пошла к колодцу».

«Под дождём упрашивала всех духов, что были способны откликнуться».

«Но никто из них не знал больше, чем дух из колодца».

— В нынешнем своём состоянии ты это обещание никак сдержать не сможешь.

«И вот ответ, разбивший все надежды». Дух сказал: единственный возможный путь — отдать жизнь. «Невыгодная сделка».

«Я ведь помогаю ему, чтобы выжить, — а мне велено ради него умереть. Чтобы не умереть, нужно вернуть прежний цвет волос — а это почти невозможно».

— Если ты и впрямь дитя, избранное Диантой, тебя, может, и пощадят.

На столь зыбкие слова Ребис была не готова поставить всё. И сколько бы она ни умоляла, дух иного ответа не давал.

— И скрываешь ты немало.

Когда Росандер склонился ближе, чтобы поймать её взгляд, Ребис попыталась отстраниться — и стукнулась головой о спинку кровати.

Чтобы перетерпеть боль, она крепко закусила губу.

Росандер просунул руку между её головой и кроватью и медленно опустил голову.

— Говори.

— …

— Ну.

Когда он надавил, Ребис отвела глаза.

— Ты что, лгала мне?

Кончики их носов почти соприкасались. От растерянности веки у неё мелко задрожали и плотно сомкнулись.

Росандер усмехнулся уголком рта. «Молчание в ответ — всё равно что подтверждение».

— Открой глаза. Что, надумала сбежать со своими дружками-духами и бросить меня?

В насмешливом тоне было слышно ехидство; в ответ глаза Ребис заблестели влагой — будто она силилась сдержать слёзы. Она оттолкнула Росандера ладонями в грудь.

— Похоже, всерьёз.

В его молчаливом, оценивающем, как у созерцателя картины, взгляде помещалась вся дрожащая женщина.

Цвет волос, ноги, чуть более человеческое обличье — и сквозь всё это слабо проступила та самая дикость, с какой русалка беспощадно вгрызлась в шеи двух дюжих мужчин.

«Если ткнуть ещё чуть-чуть — она точно бросится на меня» — Ребис всю било мелкой дрожью.

Она долго, не отрывая глаз, смотрела на молча наблюдающего за ней мужчину.

— Хватит обмена пристрелочными ходами, согласна? Выкладывай начистоту.

Когда Ребис попыталась слезть с кровати, Росандер зажал ей рот, заломил руку и перевернул её.

В следующий миг он коленом крепко прижал её ноги под коленями.

От жара, опустившегося ей на спину, у Ребис пробежали мурашки. Близкое дыхание, ощущение чужой кожи сквозь тонкую ткань, переплетённые взгляды — всё это сводило их к самому первобытному.

— Куда собралась.

Росандер с усмешкой полностью замкнул в объятиях бьющуюся женщину.

«Безрассудно — а почему-то, когда она вот так норовит, во мне вспыхивает странное удовольствие».

«Так укрощают свирепого зверя — точно как в тот день, когда она в кровавой луже смотрела на меня в упор».

И в то же самое время в нём словно что-то рушилось.

Росандер другой ладонью вдавил ей спину и убрал руку с губ.

Ребис заметила в уголках его рта улыбку, которую он так и не сумел стереть.

— С-сумасшедший…

Ребис, не имея возможности сопротивляться, побелела как полотно и зашлась в хриплом дыхании.

Острые клыки были на месте, но дотянуться до его тела было нечем.

Когда он чуть ослабил хватку, чтобы дать ей дышать, Ребис тут же перевернулась. Убедившись, что она цела, Росандер медленно поднялся с кровати.

«Перендо Брин умер прежде, чем узнал меня до конца».

«Я старался это спрятать, но единственная, кто видел меня насквозь — с глазами, полными презрения, — была моя жена, Оливия».

Глядя, как Ребис, поправляя одежду, мелко дрожит, Росандер быстро терял интерес.

Накатило и слабое чувство вины — но это было лёгкое сожаление о порыве, который к завтрашнему дню забудешь.

— Я отлично знаю, что я сломанный человек. Так что хватит так смотреть — а?

Росандер с самонасмешкой смотрел, как она съёжилась.

Ребис то размыкала губы, то снова сжимала. Повисшая тишина душила.

— Я не уверена, что смогу вам помочь.

«Это нужно было исповедать ещё давно».

У неё было ощущение, будто она снова в том пруду. «Только теперь Росандер, может, не доверится мне ещё больше, чем тогда».

— То есть? Можешь или нет?

«Что ж, хуже смерти всё равно не будет».

Ребис вздохнула. «И всё же надо попробовать сделать хоть то, что можно».

Вопреки её ожиданиям, что он вспыхнет огненным гневом, Росандер пристально и спокойно смотрел на неё.

— И к тому же дух сказал мне, что моя сила слабеет.

У Ребис будто сдавило горло. «Душно — словно я разучилась дышать».

«Даже когда королева, чтобы меня пытать, привязала меня над водой, — и тогда мне не было так».

— Я не могла объяснить вам всё сразу.

«Я и не рассчитывала, что он поймёт всё, что я делала». Но его холодный взгляд был невыносим.

— Так?

— Но… прошлой ночью через духа я узнала способ.

«Когда я умоляла духа подсказать выход, он потребовал ещё одну реликвию из молельни — и велел рассыпать на её полу землю с колодца».

«Запачкать молельню — от этого мне стало не по себе. Но я молча подчинилась».

— Как мне тебе верить — тебе, что солгала однажды?

Когда он усмехнулся, Ребис горько улыбнулась.

— Убьёте меня сейчас или потом — для вас ведь разницы нет…

Привет! Больше глав можно прочитать на Бусти и в моей читалке, здесь обновы выходят реже.

boosty.to/novelslab

t.me/tenebrisverbot