Поручение гильдии информаторов было простым. Если не считать того, что на него уходило несколько дней. Недостаток, о котором он даже не задумывался, когда путешествовал один. А если он еще и выполнит просьбу Корбина, то возвращение в Лютес займет все пять дней.

Чтобы полностью уничтожить логово волков, орудующих в Элате, сначала нужно было его найти. В первый день он использовал мертвую овцу, чтобы приманить одного из волков. Не слишком крупного, но и не слишком мелкого.

Целясь по ногам, он воспользовался моментом, когда зверь опешил, и голыми руками сдавил ему горло. Лишь настолько, чтобы у обессиленного хищника осталось ровно столько сил, чтобы, хромая, сбежать.

Росандер чувствовал бьющуюся в его хватке горячую жизненную силу. Давненько он не охотился голыми руками — ощущения были необычными. В тот миг, когда в памяти промелькнули слова королевы Илейн о том, не жалеет ли он добычу, волк в последнем рывке с силой полоснул его по руке. Кожаная перчатка, доходящая до предплечья, порвалась.

— Проклятье.

Выругавшись, он отшвырнул волка от себя. Сквозь разорванную кожу перчатки проступила алая кровь. Острые когти не только разорвали рубашку, но и глубоко впились в плоть.

Как только Росандер швырнул волка на землю, тот, скуля, отпрянул. Хромая и долго пятясь назад, зверь зарычал, словно показывая, что у него еще остались силы вцепиться противнику в глотку. Росандер пристально смотрел в желтые глаза волка. Рука, сжимающая кинжал, была готова в любой момент нанести точный удар в уязвимое место, если зверь бросится.

В этом безмолвном противостоянии волк сдался первым. Поджав жесткий хвост, он пустился наутек. Провожая взглядом убегающего хищника, Росандер вскочил на заранее подготовленную лошадь. Волк метнулся туда, где лошади было не пройти, и в конце концов скрылся во тьме.

— Используй не разум, а инстинкты. Хочешь выследить зверя — думай как зверь...

Он тихо пробормотал излюбленную фразу своего отца и усмехнулся. Еще дня два, и он точно выйдет на их след. Повернув коня, он поскакал к другой цели. Солнце уже садилось, больше нельзя было терять ни минуты. Ему нужно было как можно скорее вернуться в Лютес.

Радовало лишь то, что если сэр Брукс находится в Лютесе, то сэр Хейден, скорее всего, где-то в другом месте. Насколько Росандер помнил, Брукс служил за пределами столицы. Он не знал Ребис в лицо. Но для того, чтобы ее фальшивая личность не раскрылась, требовались старания Измеля, Тары и Лиама. Главное, чтобы за те несколько дней, что его не будет, ничего не случилось.

— Опять явился?

Росандер отыскал жилище старика, в прошлом бывшего жрецом. Старик смотрел на него без особой радости, но, видимо, предвидел его визит, так как приготовил рядом с собой еще одно место.

— Я принес платок.

При словах Росандера лицо старика помрачнело.

— Того, что я рассказал тебе о молитве, оказалось недостаточно?

Росандер кивнул, и старик, вздохнув, протянул руку.

— Не могли бы вы внимательно осмотреть этот платок?

Взяв фиолетовый платок, старик пощупал ткань, проверяя материал. Изящно вытканный платок был сделан из дорогой материи, достойной королевских особ. Корни оливкового дерева, вышитые золотой нитью, походили на извивающихся змей.

— Разве я не рассказывал тебе о ритуалах проклятия Белфрета?

— Рассказывали. Но не могли бы вы точно объяснить, как именно используется этот платок?

Старик поджал губы, но, встретившись с решительным взглядом Росандера, медленно заговорил.

— Меня отлучили от церкви, но я по-прежнему жрец.

— ...

— Если ты задумал злоупотребить запретным ритуалом, я не стану помогать.

Росандер слабо улыбнулся словам старика.

— Он был зарыт в могиле моей жены.

Старик на мгновение потерял дар речи и ошеломленно уставился на мужчину.

* * *

Оливковое дерево ради процветания.

Змей, лишившийся любви бога.

Цвет порочного вина.

Платок королевы был идеальным знаком скорби для места, пропитанного горьким сожалением. К тому времени, когда Росандер нашел его на могиле Оливии, платок уже вытянул все до последней капли из душ, заточенных в земле. Сила Аматии, питаясь душами жертв, всё разрасталась в теле королевы Илейн.

И королева смогла смутно почувствовать, что платок наконец нашел своего адресата. Закрыв глаза, она удовлетворенно улыбнулась.

Королева до сих пор могла во всех красках представить мужчину с синими глазами. Перендо Брин. Третий сын барона Брина. Друг Росандера Уэйна. Хоть и прошло целых пятнадцать лет, она не могла забыть эти инфантильные души, которые так ее забавляли. Разве можно забыть тот трепет, когда делишь со змеей чувства, вгрызаясь насмерть в живую плоть?

Стоило ей закрыть глаза и сосредоточиться, как она сама становилась змеей. Королева видела мир ее глазами, вдыхала свежий запах земли, наслаждалась ощущением трения чешуи о землю. Змеи Белфрета были ее пешками, послушно и безропотно исполняющими ее волю.

Единственным недостатком было то, что это отнимало много сил, и она не могла управлять ими часто, но как только она научится использовать силу Аматии в полной мере, это перестанет быть проблемой. Несмотря на непреходящую усталость, королева открыла глаза, чтобы встретить пришедшего к ней.

Это был слуга, явившийся с вестями от посланных ею людей. Хорошо, что поимка Росандера Уэйна находилась в ее руках, но из-за этого всё продвигалось так медленно. Кажется, она отдавала последний приказ неделю назад. Есть ли хоть какие-то сдвиги?

Королева прислушалась, когда слуга заговорил.

— После того как сэр Брукс сразу же отправился в Лютес, сэр Хейден провел в монастыре Бороммеро непосредственное расследование в отношении беглецов.

— И что?

— Согласно результатам расследования сэра Хейдена, беглецы, по всей видимости, останавливались в монастыре, прикрываясь именем графа Эрбона, а затем скрылись. А вступившие с ними в сговор монахини подожгли часовню, чтобы отвести глаза.

— От сэра Брукса донесений нет?

— Пока нет... Передают, что в Лютесе подозрительных лиц не обнаружено.

— Он движется на юг, так что передайте приказ обыскать все города по пути к порту.

Выслушав доклад, королева Илейн холодно отчеканила. И это всё, чего они добились до сих пор? Если Камандди был лишь перевалочным пунктом, чтобы потянуть время, то Лютес с его бесконечными толпами идеально подходил для укрытия. Вероятность того, что сэр Брукс наткнется на них в Лютесе, была ничтожно мала. В ней вспыхнуло острое желание взяться за дело самой, но ее нынешнее физическое состояние, покрытое проклятьем, пока не позволяло использовать змей.

— Перекройте все пути, ведущие к морю.

«Росандер думает вернуть девчонку в море? Какая трогательная задумка. И это весь его план, как насолить мне?». Слуга съежился под ледяным взглядом королевы.

— Я немедленно отправлю письмо с этим приказом.

— Сколько это займет?

— Полагаю, дней пять, поскольку они оба удалились от столицы Тирнана.

Отослав слугу, королева молча поднялась с места. Темная аура, ползущая из-под длинного подола ее платья, рассеялась у ее ног словно дым. В ушах королевы раздался голос Аматии.

[Приведи ко мне русалку.]

Королева сделала вид, что не слышит слов Аматии. Однако, подойдя к зеркалу, она вздрогнула, заметив у себя за спиной фигуру черной женщины. Пылающие, словно огонь, глаза пристально смотрели на королеву. Испещренная трещинами, как разбитая статуя, кожа казалась сухой змеиной чешуей.

— Эта девчонка моя. Я не намерена отдавать тебе ни единого кусочка ее плоти, так и знай.

Королева спокойно ответила, подавив эмоции, словно ничего не произошло. Фигура в зеркале была лишь иллюзией. Фантомом, не способным причинить ей вред. Аматия использовала ее тело как сосуд, чтобы проникнуть в мир Никефора, а значит, убить ее она не сможет.

Королева обернулась и посмотрела назад. Никого. Страх перед простой иллюзией не мог по-настоящему испугать королеву. Когда она снова перевела взгляд на зеркало, Аматия уже исчезла.

Она распустила длинные иссиня-чёрные волосы, скрытые под вуалью. Ее облик ничуть не изменился с тех пор, как она была принцессой Белфрета. Она всё так же молода, и впереди у нее еще долгая жизнь.

«О, маленький владыка на колокольне! Зеленый Рыцарь, чью голову не снести с плеч, убьет ту, что носит корону».

Вспомнив древнее пророчество, королева издала слабый смешок. Чужеземцы, пренебрежительно относящиеся к Белфрету, называли его страной колоколен. Женщина с колокольни, достигшая Тирнана — страны маленького владыки. Это пророчество, указывающее на неё, Илейн Белфрет Летель, недвусмысленно предрекало, что она непременно падет от руки Росандера Уэйна.

Колесо судьбы не остановить. Но она может изменить его курс. Внутренне насмехаясь над сломленным ею героем, королева Илейн принялась расчесывать свои длинные волосы.

Если она съест эту русалку, всё разрешится само собой. Не нужно утруждать себя попытками её запугать — достаточно просто поглотить её и сделать своей. Фиолетовые глаза уверенно блеснули в зеркале.