То, как Ю Ха Джин вела себя настолько искусно, словно собиралась сожрать его целиком, просто ошеломляло. Для него, человека, который никогда — ни за покерным столом, ни в постели — не терял контроля над ситуацией, это было немыслимо.
Откуда, черт возьми, взялась эта женщина и почему она вертит им, ни разу в жизни не терявшим самообладания, как ей вздумается? Если она с самого начала всё спланировала, учитывая даже то, что он вот так поплывет, то оставалось лишь признать её превосходство. Так вот почему этот распрекрасный Пэк Тхэ Джу тоже повелся и позволил ей занять место рядом с собой?
Даже капельки пота, проступающие от жара на её белом теле, выглядели развратно. В этот момент Чу Хон, всё это время терявший голову от движений Ха Джин, вдруг заметил одну деталь, которая мгновенно резанула по глазам.
Левая рука женщины, упирающаяся ему в живот, пока она упоенно двигала бедрами. И кольцо, блестящее на безымянном пальце. Холодным взглядом уставившись на него, Чу Хон позвал её низким, хриплым голосом:
— Ю Ха Джин.
Дрожа всем телом и с трудом подавляя желание отдаться очередному оргазму от экстремальной стимуляции, она открыла глаза и посмотрела на него. Глядя в её покрасневшие, полные физиологических слез глаза, Чу Хон перехватил руку женщины, опиравшуюся на его тело.
— Странное чувство.
Почувствовав неладное из-за его ледяного взгляда, готового, казалось, разрубить её на куски, Ха Джин проследила за его глазами и, наконец, заметила кольцо на своей руке.
— Это...
— На тебе кольцо, которое ты разделила с моим братом, а внизу ты заглатываешь мой хер. Кажется, ты слишком жадная.
Ха Джин, которая из-за непрерывных движений еще даже не успела восстановить дыхание, не нашлась что ответить и лишь бегала глазами. Она понимала, что он несет этот бред только для того, чтобы снова вывести её из себя.
— И это пиздец как заводит.
— ...
На его губах появилась мрачная, извращенная ухмылка, и он отпустил руку Ха Джин. Затем высокомерно дернул подбородком, указывая себе между ног.
— Хочу кончить тебе на руку.
Грязное до невозможности, извращенное требование. Поняв скрытый за ним мотив, Ха Джин посмотрела на него с презрением, но от вида её лица ухмылка Чу Хона стала только шире.
Ах, да.
В том, как она, несмотря на то, что они так горячо и грязно трахались, до самого конца окатывала его презрительным, ледяным взглядом за его ублюдочные замашки, было что-то необъяснимо возбуждающее. Даже если бы кто-то назвал его извращенцем или ебаным психом, он был готов с этим согласиться.
Где еще найти большее безумие, чем эта ситуация, когда он жестко трахает её, сплетясь с ней телами?
— Один раз кончу на руку, а второй...
Он многозначительно посмотрел на раскрасневшееся, нежное лицо Ха Джин. Она остановилась, всё еще сжимая в себе его член, и холодно усмехнулась:
— Сумасшедший ублюдок.
— Будет очень обидно, если ты поняла это только сейчас.
— Оставь эту херню для шлюх, которых покупаешь за деньги.
— Это тоже звучит обидно.
Услышав слова Ха Джин, он пристально посмотрел на неё порочным взглядом, в котором всё еще полыхал жар.
— Я никогда не был настолько обделен женщинами, чтобы мне приходилось покупать их за деньги.
— ...
— Таким занимаются только какие-нибудь конченые неудачники.
Пэк Чу Хон говорил так, словно его раздражало, что она не уступает ему ни слова, но он и сам был точно таким же. Стоило им только выпустить шипы, как оба вели себя так, будто успокоятся лишь тогда, когда словесно изрежут друг друга в клочья.
— Раз уж мы трахаемся, чтобы кайфануть одну ночь, могла бы и потакать моим вкусам.
Это грязное требование не особо ей нравилось, но, возможно, стоило радоваться, что он хотя бы не просил избивать её или разыгрывать отвратительные снафф-сцены, как какой-нибудь неисправимый психопат. По стечению обстоятельств среди мужчин, с которыми Ха Джин сталкивалась в прошлом, попадались и такие извращенцы. К счастью в несчастье, от них удалось избавиться без особых последствий.
В конце концов, разве это не было понятно с самого начала — что он ведет себя как отморозок? Пытаться сейчас растоптать и унизить его — значит лишь опустить саму себя, признав, что раз она трахается с ним, то её уровень ничем не лучше.
К тому же... Раз уж он проявляет к Ха Джин такой огромный интерес, в одном можно было не сомневаться: эта постель, эта ночь — явно не конец их отношений.
Бросив на Пэк Чу Хона раздраженный взгляд, Ха Джин приподнялась. Он естественно выпрямился и расслабленно откинулся на спинку кровати. По его позе было ясно: он собирается в открытую наслаждаться зрелищем. Ха Джин тихо хмыкнула и склонилась к его члену, который еще мгновение назад заглатывала, раскачиваясь на нем бедрами.
Аккуратно собрав рассыпавшиеся мягкие волосы и перекинув их на одну сторону, Ха Джин томно, по-кошачьи посмотрела на Пэк Чу Хона и плотно обхватила его член рукой. Было что-то волнующее в том, чтобы наблюдать, как меняется его реакция на каждое её движение.
Она чувствовала это, когда принимала его в себя, но это и правда был огромный член, какой редко встретишь. Он с трудом помещался в ладони Ха Джин, хотя у неё были довольно длинные и тонкие пальцы.
И всё это время он стоял колом, не выказывая ни малейших признаков спада. Ха Джин крепко сжала пульсирующую плоть и медленно провела рукой по стволу, от самого основания, примыкающего к яйцам, и вверх.
— Ха-а...
Издав томный стон, он запрокинул голову, глядя в потолок, а затем напряг челюсть и снова посмотрел на Ха Джин. Её мягкая, нежная рука двигалась вверх-вниз, а основанием ладони она растирала выделившуюся смазку, легонько массируя головку... Это мастерство...
Блядь, да что это такое. Он не мог понять, что чувствует, но это было до одури экстатично и в то же время так грязно. Это был далеко не первый раз, когда он трахался с опытной женщиной, но, черт возьми...
— А ты хороша. Даже слишком.
Его низкий, севший голос скрежетал, как наждачка. Ха Джин посмотрела на него надменным взглядом и равнодушно бросила:
— Я не забываю то, чему научилась. Чего бы это ни касалось.
И у кого же ты научилась такой херне? Он едва не выпалил это, но с силой подавил вопрос. Задай он его — и стал бы похож на сопляка, только что лишившегося девственности и потерявшего голову от умелых женских рук. Ведь до сих пор ему было абсолютно плевать, кто его партнерша и чем она занималась раньше, он просто трахался, как отброс.
Её взгляд был чертовски холодным, но дыхание Ха Джин, время от времени касавшееся его кожи, пылало жаром. Глядя на сложное, противоречивое выражение лица женщины, Чу Хон в душе был уверен: Она тоже явно тянется к нему, но изо всех сил пытается скрыть эти чувства.
Она то дразняще сжимала руку, то ослабляла хватку, отчего у него пересохло в горле. Когда женщина усиливала нажим, накатывало желание кончить, а когда снова сжимала мягко — по телу била дрожь ослепительного наслаждения, отдаваясь в поджилках. И в этот момент Ха Джин начала двигать рукой всё быстрее.
Плавно вращая запястьем, она раз за разом быстро дергала и терла его член так, что раздавались влажные шлепки — шлеп, шлеп, шлеп — и желание выплеснуть всё наружу вскипело само собой. Тихо выругавшись, Пэк Чу Хон запрокинул голову, и на его идеальной шее тут же вздулись вены. Глядя на раскрасневшегося от жара и наслаждения мужчину, Ха Джин почувствовала, как между её ног снова становится горячо и влажно.
...Когда он полностью отдается наслаждению, его лицо становится таким чувственным и развратным.
Пылающее лицо, отчего даже глаза казались красными, пунцовые уши и острая линия челюсти, которая то напрягалась, то расслаблялась, словно он периодически что-то сдерживал. И этот опасный, порочный взгляд, которым он, казалось, готов был сожрать её до самых костей...
Сейчас она сделала для себя новое открытие: светлые глаза мужчины, когда он испытывал вожделение, казались чуть более мутными и темными, чем обычно.
— Ха-а, хгх...
И наконец, яйца мужчины дрогнули, и из натянутой до предела головки вырвалась густая белесая жидкость. Брызнувшая молочно-белая сперма разлетелась каплями, испачкав Ха Джин лицо и грудь.
И...
Картина, которой он желал больше всего. На кольце, которое Ю Ха Джин разделила с Пэк Тхэ Джу, как символ их клятвы, густо налипла липкая, непрозрачная жидкость, источая терпкий запах. Глядя на это грязное, пошлое зрелище, он почувствовал, как его заполняет извращенное удовлетворение.
Казалось, он полностью стер Пэк Тхэ Джу, покрыв всё собой.
✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению! ➡️ Fableweaver
