Скрючившись в тесном кресле, где даже ноги толком не вытянуть, и проведя в полудреме долгие четырнадцать часов полета, она прилетела в Корею, где уже наступил следующий день.
Она ластилась к бабушке, которая всё еще называла ее «малышкой», ходила в парк аттракционов с сильно подросшими двоюродными братьями и сестрами, брала напрокат ханбок и фотографировалась в старинных дворцах.
Съездила к своему старому дому, встретилась с одноклассниками через Джи Хён — единственную подругу из начальной школы, с которой до сих пор поддерживала связь, — и покупала токпокки прямо перед школой.
Как же весело было поехать на рынок, открывающийся на рассвете, накупить там красивой одежды, набрать целую кучу мерча любимой айдол-группы «Кай», по которой она давно фанатела, и запастись корейской косметикой всех видов.
От нахлынувших счастливых воспоминаний о поездке, когда время летело так быстро, что было жаль каждой минуты, сердце Мин Хи снова радостно забилось.
Огромный лимузин-вэн с тремя пассажирами подъехал к Терминалу 1 аэропорта Джона Ф. Кеннеди. Тэ Джун и водитель выгрузили багаж из багажника и аккуратно сложили его на тележку. Когда Мин Хи попыталась помочь, Тэ Джун скомандовал ей отойти подальше вместе с Роуз, заявив, что сумки слишком тяжелые.
Держа в одной руке ручку ручной клади, а в другой — маленькую ладошку Роуз, Мин Хи ждала, пока Тэ Джун закончит с багажом.
Впереди их ждало долгое стояние в очередях. Думая о том, чем бы развлечь Роуз, если ей станет скучно, Мин Хи мысленно подготовила парочку игр. А затем вслед за Тэ Джуном, толкавшим тележку, вошла в здание аэропорта.
***
«А самолет не слишком ли быстро летит?»
Мин Хи переоделась в мягкую шелковую пижаму, которую выдавали на борту, откинула спинку кресла до предела и, держа в одной руке бокал с розовым шампанским, искала новые корейские фильмы с помощью пульта. В таких условиях она могла бы лететь не четырнадцать, а все двадцать четыре часа.
Зайдя в аэропорт и найдя стойки регистрации, Тэ Джун проигнорировал длиннющие очереди и сразу направил тележку к пустующей стойке, и Мин Хи тут же всё поняла.
«Боже мой! Мы что, летим бизнес-классом!»
Затем они молниеносно, без всяких очередей, прошли паспортный контроль и досмотр. Всё еще пребывая в легком шоке, она, держа Роуз за руку, семенила за огромным мужчиной, который был на голову выше всех остальных, и не успела оглянуться, как они оказались перед лифтом.
Как только двери лифта открылись, прямо перед ними оказалась стойка ресепшена, а по бокам — два входа. Тэ Джун широким шагом подошел к стойке, протянул сотруднице билеты и кивком головы указал Мин Хи на левый вход.
— Идите туда.
Послушно взяв Роуз, она зашла в левый зал и увидела ряды комфортабельных кресел у огромных панорамных окон.
«Так вот как выглядят эти легендарные лаунджи авиакомпаний!»
Увидев, что здесь есть напитки, еда и даже алкоголь, Мин Хи внезапно почувствовала сильный голод. Поскольку в лаундже почти никого не было, она, не стесняясь, взяла Роуз за руку и пошла к шведскому столу.
Она стояла перед небольшим столом с едой, раздумывая, что бы попробовать, когда на стол упала огромная тень. Обернувшись, она увидела Тэ Джуна. Он был одет в самую неофициальную одежду, в которой она его когда-либо видела.
Человек, который даже дома носил строгие брюки и аккуратные рубашки или легкие джемперы, сейчас был в объемном сером худи с накинутым на голову капюшоном и черных спортивных штанах зауженного кроя, отчего выглядел гораздо моложе своих лет.
— Вау... вы выглядите таким молодым. Как будто мой ровесник.
Случайно высказав мысли вслух, Мин Хи смутилась и резко отвернулась. А затем наложила на тарелку целую гору жареного риса, который даже не планировала есть.
— Мин Хи-я, передай вон те сэндвичи.
Тэ Джун слегка наклонился над Мин Хи и указал пальцем на сэндвичи. Голова Мин Хи снова резко повернулась к Тэ Джуну, а ее волосы взметнулись и опали, словно веер.
Под ложечкой защекотало. Он впервые назвал ее так — неформально и ласково, добавив окончание «-я» к ее имени. И впервые обратился к ней «на ты» в присутствии Роуз. Тэ Джун, чье лицо оказалось прямо над ее плечом, лукаво усмехнулся:
— Раз уж ровесники.
— ...
Роуз, державшая в руках пачку чипсов, широко открытыми глазами переводила взгляд с Мин Хи на Тэ Джуна и обратно. Мин Хи никак не могла решить, стоит ли ей подыгрывать шуткам Тэ Джуна на глазах у Роуз.
— Впервые слышу, что выгляжу моложе. Это комплимент?
Тэ Джун улыбнулся, на его щеках появились ямочки, а взгляд смягчился. Выглядит он молодым или нет — неважно, мужчина, улыбающийся прямо перед ее носом, был до абсурда красив и ослепителен.
Ее бесило, что он так бестактно сводит ее с ума даже в таком месте. Залившись краской, Мин Хи уже собиралась кивнуть, как вдруг...
— Санчон не молодой. Роуз молодая. А тридцать два — это очень, очень старый.
Детским, невинным, но полным уверенности тоном Роуз поучала дядю. Тэ Джун мгновенно застыл как изваяние. Казалось, можно было услышать треск его расколовшегося эго, словно камень разбился от удара молотком.
— Пфф!
Мин Хи задержала дыхание и зажала рот рукой, чтобы не расхохотаться.
— Мисс Мини, Роуз можно съесть картофельные чипсы?
— Пф-ф-ф! Д-да, Роуз. Можешь съесть.
Едва сдерживая смех, Мин Хи ответила Роуз, низко опустив голову. Плотно сжав подрагивающие губы, она судорожно накладывала в тарелку салат. Казалось, если она сейчас посмотрит на лицо Тэ Джуна, то лопнет от смеха, как воздушный шарик.
— Ха-а...
Услышав тяжелый вздох Тэ Джуна, Мин Хи затряслась от сдерживаемого смеха.
— Смейся уже. Не сдерживайся.
Проворчал Тэ Джун обиженным тоном, грубо схватив сэндвич. Не выдержав, Мин Хи крепко вцепилась обеими руками в тарелку и, трясясь всем телом, рассмеялась в голос.
— Роуз, если предположить, что средняя продолжительность жизни человека составляет сто лет, то тридцать два — это никак не «старый». Так что применять слово «старый» к этому возрасту...
Тэ Джун попытался завести с Роуз серьезный разговор весьма официальным тоном. Мин Хи рядом с ним давилась от смеха.
— Ух ты! Chocolate chip cookies (печенье с шоколадной крошкой)! Мисс Мини, chocolate chip cookies тоже можно? So yummy (Так вкусно)!
— Пха-ха-ха, а-а-а, да, но только одно. И съешь еще вот эти фрукты. Пф-ф-х.
Схватившись за живот и согнувшись пополам, Мин Хи, утирая слезы, едва смогла ответить. Глядя на нее, Тэ Джун в итоге тоже фыркнул и рассмеялся. Смех Тэ Джуна и Мин Хи эхом разнесся по лаунджу с высокими потолками. Ничего не понимающая Роуз, посмотрев на них по очереди, тоже заливисто рассмеялась.
— Что там такого смешного?
Внезапный голос Тэ Джуна заставил Мин Хи вздрогнуть и выронить пульт. На экране монитора отображалась карта и информация о полете. Видимо, погрузившись в воспоминания, она случайно нажала какую-то кнопку.
Посмотрев на экран, Тэ Джун слегка приподнял бровь в недоумении. Мин Хи сняла наушники и пробормотала в свое оправдание:
— А, я просто нажала не на ту кнопку...
— Роуз уснула. Я собираюсь сходить в лаундж за напитками, принести тебе еще бокальчик?
Мин Хи удивленно посмотрела на пустой бокал в своей руке. Оказывается, она уже успела маленькими глотками допить всё свое сладко-горькое розовое шампанское.
— В самолете есть лаундж? Я тоже хочу посмотреть.
Мин Хи, никогда в жизни не летавшая даже бизнес-классом, полулежала в просторном и невероятно удобном кресле первого класса. Взяв протянутую руку Тэ Джуна, она поднялась. Поражаясь тому, как надежно и внушительно выглядит спина Тэ Джуна, чья макушка почти касалась потолка самолета, Мин Хи послушно семенила за ним.
— Ничего себе, не знала, что в самолетах бывают такие места.
В хвосте второго этажа самолета располагался довольно просторный лаундж с диванчиками и баром. Пока Тэ Джун заказывал напитки у стюардессы, Мин Хи вытащила одну красиво сервированную тонкую хлебную палочку и, с хрустом жуя ее, огляделась, а затем присела в углу на диванчик.
Казалось бы, в прошлом году она летела в Корею на самолете точно такой же модели, но сейчас это был совершенно иной опыт.
Как только они вышли из на удивление безлюдного лаунджа и подошли к гейту, объявили посадку для пассажиров первого класса. Когда Тэ Джун молча направился ко входу, Мин Хи, ведя Роуз за руку и следуя за ним, всё еще не могла поверить в происходящее.
Осознав, что Тэ Джун забронировал для них троих билеты в первый класс, Мин Хи почувствовала себя как во сне. Возможно, из-за несезона, в салоне первого класса, рассчитанном на двенадцать мест, кроме них троих больше никого не было.
Сев в кресло и с открытым ртом озираясь по сторонам, Мин Хи нажимала разные кнопочки. В этот момент к ней подошла стюардесса с аккуратно убранными волосами, приветливо улыбнулась и спросила: «Вас сфотографировать?».
Мин Хи было немного неловко от того, что по ней было так заметно, что она впервые летит первым классом, но когда еще выпадет такой шанс? И она застенчиво кивнула. Держа в руке приветственный напиток и неловко улыбаясь, она сделала фотографию.
— Роуз тоже!
Увидев это, Роуз подбежала к Мин Хи и прижалась к ней. Стюардесса с улыбкой вежливо указала рукой на Тэ Джуна:
— Папу тоже сфотографировать вместе с вами?
Тэ Джун, доставший ноутбук из ручной клади и ставивший его на подставку для ног, как раз в этот момент обернулся в сторону Мин Хи. Растерявшаяся Мин Хи замахала руками:
— А, нет. Это не па...
— Будьте добры.
Тэ Джун, протиснувшись между креслами, влез в кадр. Видимо, ему было совершенно всё равно, как его назвали, потому что он даже не стал поправлять стюардессу, объясняя, что он не «папа». Когда Тэ Джун, с его суровой внешностью, предполагающей, что он терпеть не может подобные вещи, вдруг влез в кадр и мягко улыбнулся, хорошенькая стюардесса слегка покраснела. Сделав несколько горизонтальных и вертикальных снимков, она вернула телефон Мин Хи.
Рассматривая фотографии, Мин Хи почувствовала, как у нее задрожали кончики пальцев. Композиция снимка выглядела как самая настоящая семейная фотография.
