Бесстыдство, с которым Девон потакала собственным желаниям, честно говоря, даже вызывало восхищение. Видимо, она считала, что перед какой-то жалкой временной ассистенткой нет нужды приукрашивать или скрывать свои истинные намерения.
Мин Хи медленно и тщательно прожевала кусок сэндвича, но он всё равно встал поперек горла огромным комом.
Может, рубануть ей прямо в лоб, что у него уже есть секс-партнерша, с которой он каждый день кувыркается в постели?
Подумав об этом, Мин Хи тяжело вздохнула от нахлынувшего стыда. Нашла чем гордиться.
— Отвечать на личные вопросы о моем работодателе как-то неуместно.
— Да что тут неуместного? Это всего лишь безобидный вопрос. Если только у тебя самой нет на него скрытых видов, конечно.
Слова Девон попали в самую точку, и Мин Хи, не найдясь с ответом, залилась краской. Ведь это правда: ее связывают с Тэ Джуном отношения, о которых нельзя рассказать открыто, и у нее действительно есть на него скрытые виды.
Сидя за маленьким столиком, накрытым белой скатертью, Девон окинула Мин Хи оценивающим взглядом, а затем скривила губы и презрительно хмыкнула. Было ясно как день, о чем она думает. Этот взгляд из-под полуприкрытых век до боли напоминал взгляд Брианы.
— Дам тебе искренний совет. Ты, Мини, наверное, не очень хорошо знакома с реалиями Верхнего Ист-Сайда, но такие мужчины не встречаются с кем попало. Он наверняка ищет женщину, которая сможет компенсировать то, чего не хватает ему самому. Этот мужчина, по сути… типичный представитель «новых денег», нью-мани без роду и племени, верно? Чтобы закрепиться в высшем обществе Манхэттена, ему понадобится женщина из старых денег, олд-мани. Та, что сможет обеспечить ему нужные связи.
— Что вы такое…
— Слушай, Мини, я ведь дело говорю. Нью-Йорк кажется невероятно свободным и открытым городом, но в высшее общество Верхнего Ист-Сайда просто так не попасть и не выйти из него. В итоге вся эта тусовка варится в собственном соку, и они встречаются только со своими. К чужакам они бывают безжалостны — до такой степени, что ты и представить себе не можешь. Если не хочешь обжечься, сунув нос туда, где тебе не место, лучший выход — вовремя отойти в сторонку.
Мин Хи просто опешила. Что это за женщина такая? Вывалила на нее весь этот бред и теперь сидит напротив, с бесстыдным видом громко хрустя салатом. Аппетит у Мин Хи пропал окончательно.
Внезапно она вспомнила, как Лора, учительница рисования из начальной школы, назвала Девон карьеристкой-выскочкой, которая из кожи вон лезет, чтобы стать частью высшего общества.
Лора тоже окончила школу Астор, проучившись на два года младше Девон. Казалось бы, они могли бы подружиться, но Лора терпеть ее не могла.
— Чего она выпендривается, не пойму. Строит из себя какую-то светскую львицу из олд-мани, мне за нее аж стыдно.
— А? Ты о ком?
— О ком же еще, о Девон! Она вела себя так расфуфыренно, что я как-то расспросила о ней свою подругу. Ее старшая сестра училась в одной параллели с Девон. И знаешь что? Какие там олд-мани! Она жила в Квинсе и училась по стипендии для малоимущих! Мне сказали, она уже тогда из кожи вон лезла, чтобы тусоваться с богатыми детками. Я не говорю, что стипендия — это плохо. В этом нет ничего такого. Я сама жила в Бруклине и получала финансовую помощь!
— И я!
Найдя общую черту, Лора протянула руку, и Мин Хи с громким хлопком дала ей «пять».
— Каждый четвертый ученик частных школ Нью-Йорка получает финансовую помощь. Именно такие дети обеспечивают «социально-экономическое разнообразие». А богачи платят бешеные деньги за обучение, да еще и делают пожертвования, разве не так?
— Точно.
— Моя мама — медсестра, а папа — учитель. Прикинь, как смешно бы это выглядело, если бы я строила из себя наследницу старых денег только потому, что окончила Астор.
— И зачем Девон разносит вранье, которое так легко раскрыть?
— Ты же тоже из частной школы, так что должна понимать: когда растешь и видишь вблизи жизнь этих богатеньких деток, некоторые просто ломаются. У кого-то падает самооценка на фоне постоянного чувства обделенности, зависти или ревности. И в какой-то момент их психика просто ассимилируется, подстраиваясь под этих богачей.
— А, понимаю, о чем ты.
— Став взрослыми, они не просто усваивают привычку оценивать людей по размеру кошелька — это становится их сутью.
— Это даже немного грустно. У меня самой были проблемы с самооценкой.
— У кого их не было?
— В моем случае дело было не в комплексах из-за нехватки денег. Школа, в которую я ходила, хоть и была частной, но по сравнению с Астором больше напоминала обычную государственную школу. Меня терзали другие, куда более зловещие старые призраки. Хотя сейчас я почти со всем этим справилась.
— Честно говоря, моя самооценка тоже сильно пошатнулась во время учебы в Асторе. Но когда поступаешь в колледж и выходишь в реальный мир, обычно это перерастаешь. Например, осознаешь, что твоя семья, которую ты считала чуть ли не беднотой, на самом деле — типичный средний класс.
Мин Хи кивнула, с горечью осознавая, что сама смогла преодолеть давние комплексы во многом благодаря «тренировкам» с Тэ Джуном.
— Ты же знаешь, что Девон выскочила замуж за партнера юридической фирмы почти вдвое старше ее, а через три года развелась?
— Угу.
В кругах выпускников Астора это был секрет Полишинеля.
— Мини! Только никому ни слова! Я слышала от подруги, что из-за жесткого брачного контракта Девон ушла от мужа без гроша в кармане. Сейчас ей так туго, что она даже аренду студии оплатить не может. Говорят, снова сует везде свой нос, пытаясь подцепить богатого мужика. Как-то даже жаль ее: самооценка упала настолько, что она выдумывает себе прошлое, хотя любому достаточно немного копнуть, чтобы узнать правду.
Вспоминая этот разговор, Мин Хи сидела молча и не притрагивалась к еде. Девон, видимо, решила, что ее игнорируют, и раздраженно, с вызовом бросила:
— У тебя нет желания уступить это место мне?
— Что?..
— Мини… Ты же еще молодая, опыта у тебя мало. Скажи честно, разве не тяжело тянуть такую работу? Тебе, наверное, очень трудно справляться… Если станет совсем невмоготу и ты решишь уволиться, скажи мне первой, ладно?
Девон потянулась через стол и покровительственно похлопала Мин Хи по руке. Мин Хи лишилась дара речи: Девон вела себя так, словно оказывала ей огромную услугу.
— …
— Будем считать, что мы друг друга поняли.
Раньше Мин Хи бы съежилась под этим высокомерным, снисходительным взглядом властной Девон, так напоминавшей Бриану. Но, как ни странно, такие люди ее больше не пугали. Вместо страха в груди разгорелся обжигающий комок гнева. Сделав глубокий вдох, Мин Хи посмотрела Девон прямо в глаза и твердо произнесла:
— Девон, мне кажется, ты кое-что неправильно поняла. Он нанял гувернантку с проживанием ради Роуз, а не потому, что ему нужна женщина. Роуз — ребенок, потерявший родителей, и ей нужна стабильность. Моя роль заключается в том, чтобы помочь девочке адаптироваться к новой среде, и мой контракт заканчивается в июне. Извини, но я не планирую увольняться.
Девон покачала головой и фыркнула, словно Мин Хи несла непроходимую чушь.
— Что ж, учитывая ситуацию, понятно, что у тебя, Мини, тоже разыгрались аппетиты. Я прекрасно понимаю твои чувства. Раз контракт заканчивается в июне, осталось не так уж много времени. Я пришлю тебе свое резюме заранее, а ты замолви за меня словечко. Скажи, что я выпускница Астора, у меня огромный опыт репетиторства и широкие связи в светском обществе, так что я смогу организовывать для Роуз совместные игры с детьми из самых элитных семей Манхэттена. Договорились? За обед… я заплачу.
— …
— Если ты закончила, пойдем?
Это было просто немыслимо. Мин Хи хотелось оглянуться по сторонам, чтобы проверить, нет ли где-нибудь скрытой камеры. Весь этот обед с Девон походил на эпизод трешового реалити-шоу о жизни Верхнего Ист-Сайда.
Женщина, которая просит уступить ей место гувернантки, ни слова не сказала о Роуз — весь ее интерес был направлен исключительно на Тэ Джуна.
Мин Хи была в шоке: впервые в жизни она встретила человека, который без капли стыда так откровенно демонстрировал свою меркантильность. И в то же время ей стало не по себе.
Имею ли я право осуждать Девон, если сама устроилась гувернанткой к его племяннице и стала секс-партнершей своего работодателя?
Девон интересовала только финансовая состоятельность Тэ Джуна. Но она-то сама не ограничилась лишь телом — по сути, Мин Хи начала выклянчивать еще и его сердце. Если подумать, она казалась себе куда более бесстыдной, чем Девон, и от этого накатила острая жалость к себе.
Может, Тэ Джуну даже проще с такими женщинами, как Девон? Ведь всё, что им нужно — это деньги, а не его сердце.
С того самого момента, как Тэ Джун заткнул ее признание в любви поцелуем, Мин Хи больше не произносила этих слов. Тэ Джун тоже вел себя так, словно ничего не слышал, и ни разу не упоминал о случившемся той ночью.
Более ясного сигнала и быть не могло. Мин Хи ошибочно приняла теплоту Тэ Джуна за любовь.
Достаточно было посмотреть на его отношение к Роуз. Вопреки холодной внешности, он был настолько заботлив и внимателен к девочке, что казался почти мягкотелым. Из-за грубого, устрашающего имиджа люди поначалу могли его недопонимать, но теперь-то Мин Хи знала правду.
Тэ Джун — хороший человек.
Просто потому, что она сама его полюбила, она эгоистично приняла его обычную доброту и заботу о секс-партнерше за влюбленность.
Это моя вина. Я первая перешла черту.
Перед заключением договора Тэ Джун несколько раз акцентировал на этом внимание. И несмотря на это, не сумев сдержать эмоций, она дважды вывалила на него те самые «изматывающие, липкие и раздражающие чувства».
Однако Тэ Джун, полностью проигнорировав ее признание, четко обозначил границу — ту самую красную линию снисходительности, которую он готов был проявлять к своей секс-партнерше.
На Boosty уже выложена вся история. Читайте продолжение первыми и без ожидания:
boosty.to/fableweaver
