Мин Хи вдруг вспомнила, как в этом самом туалете она переодевала Роуз в пижаму.
— Из-за турбулентности Роуз могла проснуться. Если она проснется и увидит, что никого нет, то испугается.
Тэ Джун коротко кивнул и нежным движением заправил выбившуюся прядь волос Мин Хи за ухо. А затем взял ее за руку. От неожиданности она попыталась выдернуть ладонь. Но, разумеется, он ее не отпустил.
— Мы что, так вместе и выйдем?
Сняв блокировку с двери туалета, Тэ Джун потянул Мин Хи за собой, словно это было в порядке вещей.
— Самолет всё еще трясет, я не могу отпустить тебя одну.
Внезапно оказавшись в проходе и ведомая Тэ Джуном, она, словно провинившаяся, спряталась за его широкой спиной и низко опустила голову. К счастью, по пути к своим местам они никого не встретили. Тэ Джун, найдя ремень безопасности и пристегнув ее, проверил Роуз и только после этого вернулся на свое место.
Она вдруг осознала, что отношение Тэ Джуна к ней ни капли не изменилось — что дома, что на людях. Казалось, его совершенно не волнует, что могут подумать окружающие, глядя на них.
«Разве это не отношения как у пары? Если бы кто-то увидел нас, то точно решил бы, что этот мужчина любит меня».
Мин Хи изо всех сил старалась не придавать особого значения поведению Тэ Джуна, который вел себя с ней так нежно, словно с возлюбленной. Но сегодня Тэ Джун, как влюбленный мужчина, хотел лишь целовать ее. Ну, конечно, начав с поцелуев, ему, видимо, захотелось и кое-чего еще.
Хотя у Мин Хи и не было опыта серьезных отношений, отношение Тэ Джуна к ней было слишком... слишком трепетным для простого «секс-партнера».
Она была абсолютно уверена в своих чувствах к Тэ Джуну. Это определенно была не та прохладная, робкая симпатия, когда просто восхищаешься человеком издалека, как при обычной безответной любви. Ей настолько нравился мужчина по имени Бэк Тэ Джун, что от одной мысли о нем щемило сердце. Она любила его.
Поэтому Мин Хи всё время жила надеждой. Понимала, что нельзя, но продолжала надеяться. Смятении Мин Хи надела маску для сна, отвернулась и попыталась уснуть.
***
Черное такси плавно остановилось перед лобби отеля. Швейцар в униформе открыл дверь, и Тэ Джун с Мин Хи и Роуз вышли из машины. Откуда-то послышался голос, зовущий Роуз по имени.
— Хаммими!
Едва выйдя из машины и услышав свое имя, Роуз, не дав никому опомниться, бросилась бежать и уткнулась в широко раскинутые объятия бабушки.
Тэ Джун забронировал отель неподалеку от Апкуджон-дона, где жили родители невестки. Судя по всему, они ждали их приезда прямо в отеле. Это была их третья встреча — после праздника первого дня рождения Роуз и похорон брата Тэ Джуна и невестки.
Обнимая Роуз, пожилая пара встретилась взглядом с Тэ Джуном. Их глаза покраснели, и они неловко улыбнулись. Затем, едва сдерживая слезы, они принялись похлопывать Тэ Джуна по спине, без конца повторяя слова благодарности.
Когда их взгляд упал на Мин Хи, Тэ Джун представил ее как школьную учительницу Роуз, которая помогает заботиться о ней на постоянной основе. Услышав это, родители невестки искренне удивились и несколько раз почтительно поклонились Мин Хи.
Когда Тэ Джун закончил с регистрацией, было уже около девяти вечера, но Роуз прилипла к бабушке и наотрез отказывалась от нее отходить. Тогда родители невестки спросили Тэ Джуна, не будет ли он против, если они заберут Роуз к себе и уложат спать.
— Наша дочь привозила ее к нам дважды в год. Так что Роуз привыкла жить с нами. У нее есть своя комната, стол. Мы и игровой коврик постелили. Когда они приезжали в Корею, наша дочь с зятем ездили отдыхать, а мы присматривали за Роуз.
— Санчон. Ple-e-ease!! Хаммими and Хабиби house (Хочу к бабушке и дедушке домой). Choco (Шоко) хочу увидеть! Собачка so cute (такая милая)!
Роуз ухватилась за палец Тэ Джуна и, раскачивая его, жалобно свела бровки. Против таких капризов Роуз Тэ Джун был бессилен.
Было решено, что завтра утром Роуз привезут в отель. Изначально они договаривались, что посмотрят на адаптацию девочки и решат, останется ли она у бабушки с дедушкой или Тэ Джун заберет ее с собой, но, похоже, в этом не было необходимости.
— Если что-то случится, звоните сразу по тому номеру, который я дал вам ранее. Наш дом находится буквально в двух шагах от этого отеля. Так что не переживайте.
Бабушка Роуз улыбнулась Тэ Джуну, словно успокаивая его.
— Спасибо. Дядя Роуз.
— Это мы должны вас благодарить. Вы столько пережили, заботясь о Роуз всё это время. Неженатому молодому человеку, должно быть, было очень нелегко растить ребенка. Отдохните хотя бы сейчас, пока вы в Корее. И вам, учительница, огромное спасибо за то, что помогаете Роуз и даже приехали с ней в Корею.
Седовласый дедушка Роуз низко поклонился Мин Хи. Растерявшаяся Мин Хи тоже поспешно поклонилась в ответ.
— Дядя Роуз, в следующий раз, когда приедете в Корею, не снимайте отель, просто останавливайтесь у нас.
Бабушка Роуз еще раз похлопала Тэ Джуна по спине.
— ...Хорошо.
— Санчон, бай-бай, мисс Мини, бай-бай!
Роуз, прилипшая к бабушке как рисовый пирожок моти, помахала Тэ Джуну и Мин Хи. Тэ Джун улыбнулся и легонько погладил Роуз по пухлой щеке согнутым указательным пальцем.
— Да. Роуз. Слушайся бабушку и дедушку.
Роуз кивнула и деловито скопировала слова Тэ Джуна:
— Угу. Санчон тоже слушайся мисс Мини.
— ...Хорошо.
Дедушка покатил чемоданчик Роуз, а бабушка взяла ее за руку, и они вместе вышли из лобби отеля. В вечернем, опустевшем лобби остались только Тэ Джун и Мин Хи. Мин Хи впервые осталась наедине с Тэ Джуном за пределами дома, без Роуз, и почему-то почувствовала неловкость.
— Пойдемте и мы.
Тэ Джун легко положил руку на спину Мин Хи и повел ее в сторону лифтов. Ожидая лифт, Мин Хи огляделась: лобби и коридоры были стильно украшены произведениями искусства, сочетающими в себе корейские мотивы и современность. Этот отель ей очень понравился.
Когда лифт прибыл, Тэ Джун переплел свои пальцы с ее и завел Мин Хи внутрь. Это было похоже на сигнал: теперь началось их время для двоих. Мин Хи прислонилась головой к руке Тэ Джуна и посмотрела на него снизу вверх.
Как только ее взгляд встретился со взглядом Тэ Джуна, смотрящего на нее, Мин Хи приподняла уголки губ и лучезарно улыбнулась. Его взгляд тут же растаял, и он провел большим пальцем по ее губам. Она приоткрыла рот, легонько прикусила его палец и отпустила.
— Ха. Ну ты точно...
— Какой этаж?
Вместо цифры Тэ Джун нажал на кнопку с надписью «PH».
— Пентхаус.
— И здесь тоже?
— Угу.
— Наверное, вид потрясающий.
— Наверное?
Но Мин Хи так и не выпало шанса насладиться ночным пейзажем Сеула через огромные панорамные окна пентхауса.
Как только массивная дверь беззвучно закрылась и раздался щелчок автоматического замка, Тэ Джун поднял Мин Хи на руки.
Испуганная Мин Хи, боясь упасть, повисла на его шее и обвила ногами его талию. Тэ Джун широкими шагами прошел вглубь номера и опустил ее на огромный диван. А затем впился в ее губы, как изголодавшийся зверь.
Какое-то время гостиную заполняли лишь влажные, чавкающие звуки сталкивающихся губ и прерывистые стоны. Когда их губы расцепились, грудь тяжело дышащей Мин Хи быстро вздымалась и опускалась. Тэ Джун уткнулся лицом в ее грудь и глубоко вдохнул.
— Как от человека может так пахнуть...
— Тэ Джун, я же после душа... ах!
— От тебя пахнет фруктами.
— Да что вы такое! Подождите, там... а-а-а-х!
— ...Твой запах сводит с ума, понимаешь? Превращает меня в похотливого зверя.
Когда они наконец добрались до круглой ванны, наполненной пушистой пеной от бомбочки для ванн, было уже почти одиннадцать часов. Мин Хи расслабленно отмокала в теплой воде с ароматом лаванды.
У нее совершенно не осталось сил даже пошевелить пальцем, из-за чего она едва не вылила половину бокала с шампанским, который протянул ей Тэ Джун, прямо в ванну. В первом классе было комфортно, и она отлично выспалась, так что время для джетлага еще не пришло.
Причина её усталости заключалась исключительно в этом мускулистом мужчине, вальяжно откинувшемся на спинку ванны. Усадив Мин Хи к себе на бедра, Тэ Джун сам держал её бокал с шампанским, поднося его к её губам, и ворчал:
— Подумать только, уже вечер субботы. Такое чувство, будто у меня украли вечер пятницы прямо из-под носа.
Услышать недовольство из уст Тэ Джуна, которого обычно ничем не проймешь, было большой редкостью. Однако...
— Фу-ух... Тэ Джун.
— Что?
— Вы втайне от меня принимаете какие-то добавки?
— Я? Какие еще добавки?
Почувствовав, как твердый член Тэ Джуна упирается ей в поясницу, Мин Хи слегка отодвинулась от него. Но Тэ Джун тут же обхватил её за талию, притянул обратно и сжал её грудь.
— Откуда мне знать! Вы вообще устаете когда-нибудь? Вам ведь уже не двадцать, а выносливость у вас просто невероятная. Вот посмотрите, он опять вста...
— ...При чем здесь вообще мой возраст?
Голос Тэ Джуна, прозвучавший у самого ее уха, был недовольным. Похоже, слова Роуз в лаундже о том, что он «very, very old» (очень, очень старый), сильно задели его за живое.
«Знает ли кто-нибудь еще, что у этого мужчины есть такая милая сторона?»
Мин Хи захотелось его немного подразнить.
— Говорят, что когда мужчине исполняется тридцать, его потенция резко падает! Сразу вполовину.
— Соль Мин Хи, не провоцируй меня. Я сдерживаюсь только потому, что ты выглядишь уставшей.
— И это... ах... действия человека, который сдерживается... а-а-а-х!
Мин Хи попыталась убрать руку Тэ Джуна, который легонько пощипывал ее сосок, но ее рука соскользнула из-за мыльной пены.
— Сейчас я докажу тебе ошибочность твоей гипотезы, в которой ты так легко обобщила всех тридцатилетних мужчин. Смотри не упусти ничего и прочувствуй каждый момент.
— Х-а-а-а-а-х...!
Через огромное панорамное окно рядом с ванной открывался вид на ночной Сеул, сверкающий огнями плотнее, чем гирлянда на новогодней елке. Мин Хи, упираясь ладонями в стекло и отклячив попу назад, безостановочно раскачивалась под мощными толчками.
