Тэ Джуну казалось, что каждое движение Мин Хи — это попытка его соблазнить.

То, как она смотрела на него снизу вверх своими огромными, ясными глазами. Очертания ее груди, чей манящий силуэт угадывался даже под скромным свитером.

Когда он, не удержавшись, погладил ее по щеке, потому что ее улыбка была слишком ослепительной, щеки Мин Хи залились румянцем. Увидев это, ему захотелось прямо там схватить ее за затылок и жадно целовать. Даже сладкий аромат, щекочущий нос каждый раз, когда она оказывалась рядом, — всё это казалось ему преднамеренным соблазнением.

Как мартовский кот, Тэ Джун мерил шагами коридор перед закрытой дверью Мин Хи, нервно ероша волосы. Такое поведение было совершенно для него нетипичным.

Он всегда насмехался над теми вполне адекватными мужиками, которые, стоило делу коснуться женщин и секса, начинали думать членом вместо головы и совершали всякие глупости. Но теперь, оказавшись в их шкуре, он вынужден был признать, что сам стал одним из этих идиотов.

Его префронтальная кора отчаянно приказывала сохранять самообладание и терпение. Но проблема заключалась в том, что кора больших полушарий и лимбический центр эрекции посылали куда более мощные сигналы прямо в пах.

Решение, способное удовлетворить этот первобытный, эгоистичный инстинкт, подавивший рассудок, находилось за этой дверью. Мужчина, которого когда-то называли гением, без всяких оправданий и планов, просто ослепленный инстинктом, громко застучал в дверь.

А, ну перед тем как прийти сюда, я распихал по карманам горсть презервативов, так что нельзя сказать, что плана совсем не было.

Сразу после стука за дверью раздался грохот чего-то падающего и бьющегося. Сердце Тэ Джуна екнуло.

Она упала? Поранилась?

В голове мгновенно вспыхнула жуткая картина: Мин Хи лежит на полу, странно вывернув руки и ноги. Тело вмиг отяжелело, словно налившись свинцом, и похолодело, а волосы на затылке встали дыбом. Тэ Джун слишком хорошо знал, как легко человек может пораниться и умереть.

Люди, которые были важны в жизни Тэ Джуна, имели свойство исчезать из нее вот так же внезапно и бессмысленно. На лбу выступил холодный пот. Когда Тэ Джун свинцово тяжелой рукой взялся за ручку, раздался щелчок, и дверь приоткрылась.

— Да-а!

Вместе с протяжным, торопливым ответом в щель просунулось маленькое личико с прилипшими к нему мокрыми волосами. Тэ Джун, с облегчением выдохнув, с силой нажал на ручку и шагнул вперед. Мин Хи легко отступила, и ее лицо на секунду скрылось за дверью.

— Что случилось?

Тэ Джун протиснулся в комнату и огляделся, оценивая обстановку. Стул валялся на полу, а рядом валялся халат.

— А... я услышала стук, поспешила открыть и споткнулась...

— Ты в порядке? Осторо... эм, осторожнее...

Увидев Мин Хи, которая стояла, вцепившись в ручку двери, Тэ Джун запнулся. Он прикрыл рот кулаком и прочистил горло: «Кхм».

— Не ушиблась?

Мин Хи кивнула, изо всех сил борясь с желанием спрятаться за дверь. У нее совершенно не было смелости посмотреть Тэ Джуну в глаза.

Буквально пару минут назад, выйдя из душа и надев халат, она посмотрела в зеркало и вдруг почувствовала невероятный прилив уверенности. Именно сегодня ее отражение казалось ей особенно взрослым и красивым. Самосознание, застрявшее на уровне пятнадцатилетней девочки, казалось, за одну ночь скачком повзрослело.

Вспомнив, как такой мужчина, как Бэк Тэ Джун, прошлой ночью сходил по ней с ума, дрожа от желания, она почувствовала будоражащую дрожь. Казалось, теперь она не стушуется под взглядом любого мужчины и сможет держаться уверенно.

Именно поэтому она решила примерить ту откровенную ночнушку, которую купила недавно. По меркам магазина белья она считалась довольно скромной, но по сравнению с шортами и майкой, в которых Мин Хи спала обычно, разница была как между пятнадцатилетней и двадцатипятилетней.

Чувственная шелковая комбинация, плотно облегающая тело, имела глубокий вырез сердечком и едва прикрывала ягодицы, а разрез с одной стороны доходил почти до самого бедра.

Мин Хи уверенной походкой, словно модель, вышла из ванной и покрутилась перед ростовым зеркалом на стене. Влажная после душа кожа заставила гладкий шелк прилипнуть к телу, из-за чего изгибы обнаженного тела стали проступать еще более откровенно.

Ой, кажется, я еще не готова к такому уровню.

Мин Хи не могла смотреть на себя в зеркало — настолько шокирующе пошло она выглядела. Она закрыла лицо руками, а потом, хихикая, стала подглядывать на свое отражение сквозь пальцы. В этот самый момент раздался тяжелый, оглушительный стук. В такое время, когда Роуз уже спала, в дверь Мин Хи мог постучать только Тэ Джун.

Мин Хи еще никогда в жизни так не пугалась. В панике, словно воришка, застигнутый полицией на месте преступления, она заметалась по комнате и первым делом схватила с пола в ванной халат. Пытаясь на ходу просунуть руки в рукава и одновременно бежать к двери, она наступила на пояс халата и упала. Падая, она ударилась ногой об угол кровати, рефлекторно схватилась за стул, и они рухнули на пол вместе.

Было очень больно, но мысль о том, что мужчина за дверью увидит ее распластавшейся на полу в таком наряде, заставила Мин Хи вскочить на ноги. Хромая и едва не падая, она добежала до двери, схватилась за ручку и высунула лицо в щель. Она не знала, зачем он пришел, но собиралась выслушать его, пряча тело за дверью, и сразу же отправить восвояси.

Но Тэ Джун, который сам же постучал по какому-то делу, вместо того чтобы сказать зачем пришел, с наездом спросил, что случилось, и бесцеремонно вломился в комнату.

— Ты же поранилась, вот здесь.

Бросил Тэ Джун и опустился на одно колено, склонив голову. Он осторожно взял ногу Мин Хи своей огромной рукой и положил себе на колено. На икре, поцарапанной об острый край кровати, проступила кровь. Если присмотреться, колено тоже покраснело, а ладони болели.

Наверное, будет синяк. Но что делать с этой позой...

О царапинах она уже и думать забыла. Ее куда больше волновали широкие плечи стоящего на колене Тэ Джуна и то, как он внимательно разглядывает ее обнаженную белую ногу.

Мин Хи, на которой под короткой сорочкой не было даже белья, плотно сжала бедра и обеими руками прижала подол к ногам.

— В-всё нормально. Не больно.

— Шрама не останется, но нужно прямо сейчас обработать мазью и заклеить пластырем.

Мин Хи попыталась выкрутить ногу, но хватка Тэ Джуна, который, казалось, даже не прилагал усилий, была железной.

— Такая царапина и так заживе...

— Это не нормально!

Тэ Джун резко оборвал Мин Хи и посмотрел на нее снизу вверх. В тот момент, когда их взгляды встретились, Мин Хи показалось, что земля уходит из-под ног. Сердце заколотилось так быстро, что у нее закружилась голова и к горлу подступила тошнота.

Сдвинутые брови Тэ Джуна медленно расслабились, а красный язык скользнул по пересохшим губам. Затем в тишине громко раздался звук глотка.

Взгляд, которым он бесстыдно и жадно пожирал Мин Хи с головы до ног, теперь выражал отнюдь не беспокойство, а совсем иные, бурные эмоции, разгораясь неистовым пламенем.

Под его взглядом сердце испуганной Мин Хи затрепетало. И одновременно с этим она почувствовала, как по спине пробегает волна противоречивого, извращенного удовольствия.

Так вот как выглядит взгляд мужчины, желающего женщину. Может... попробовать соблазнить его? Но как?

Дерзкая уверенность, которую она почувствовала, надев сексуальную ночнушку, снова начала постепенно возвращаться. Мин Хи, не зная с чего начать, пошевелила босой ногой, лежащей на колене Тэ Джуна.

Тэ Джун накрыл ее стопу своей ладонью, призывая не двигаться. Его ладонь была больше всей ее ступни.

— Ты знала, что я приду?

Его низкий, хриплый голос заполнил маленькую комнату. Мин Хи отрицательно покачала головой. Твердые мышцы бедра Тэ Джуна перекатились под ногой Мин Хи. Она спросила шепотом:

— Зачем вы пришли?

— А как ты думаешь, зачем?

— ...

Тэ Джун с шумом выдохнул горячий воздух и, прижавшись губами к колену Мин Хи, прошептал:

— Хочешь... потренироваться еще? Мне есть много чему тебя научить.

Мягкие губы пощекотали круглое коленко, а затем впились в него, словно ставя клеймо. Тэ Джун медленно поднял опущенные веки и посмотрел на Мин Хи. Она боялась, что если откроет рот, то ее сердце выпрыгнет наружу, поэтому, затаив дыхание, лишь кивнула.

Дрожащей рукой Мин Хи убрала прядь волос, упавшую на лоб Тэ Джуна. Она провела пальцем по густой брови, и Тэ Джун закрыл глаза. Когда ее пальцы осторожно коснулись шрама, идущего от брови ко лбу, Тэ Джун резко распахнул глаза.

Его взгляд был затуманен. Поймав палец Мин Хи и поцеловав его, Тэ Джун опустил ее ногу на пол и поднялся во весь свой огромный рост.

Мужчина, который только что стоял на коленях и смотрел на нее снизу вверх, теперь смотрел сверху вниз, держа ее за руку. Мин Хи, не отрывая взгляда от глаз Тэ Джуна, послушно пошла за ним и села на край кровати.

— Не двигайся и жди здесь.

Тэ Джун развернулся, быстрыми шагами подошел к двери и вышел. Мин Хи, словно в тумане, сидела на кровати и смотрела на приоткрытую дверь. Она хотела соблазнить Тэ Джуна, но, кажется, соблазнили ее саму.

Куда он мог уйти в такой момент?

Она снова вспомнила о том, что на ней только тонкая сорочка и никакого белья. Как только она попыталась встать, чтобы поднять с пола халат, Тэ Джун вернулся. За его спиной дверь закрылась с громким щелчком.

— Я же сказал не двигаться.

Тэ Джун надвигался на Мин Хи с такой властностью, что она невольно попятилась, пока не уперлась бедрами в кровать и не плюхнулась на нее. Тэ Джун подошел вплотную и снова опустился на одно колено.

Мин Хи не переставало удивлять, как этот огромный, словно гора, мужчина, который скорее сломается, чем согнется, так легко опускается перед ней на колени. Это создавало иллюзию, будто он считает ее особенной и дорожит ею.