Когда мама была жива и они отправлялись в семейные поездки, либо мама, либо папа без конца фотографировали Мин Хи, которая веселилась и играла. Позже, проверяя карту памяти фотоаппарата, среди бесчисленных кадров Мин Хи то тут, то там попадались семейные фотографии именно в таком ракурсе.
Видимо, из-за того, что сегодня они летели в Корею, на нее то и дело накатывали сентиментальные мысли. Почувствовав, что вот-вот расплачется, она быстро перевела телефон в авиарежим и спрятала в сумку. Ей было страшно, что она придаст этой фотографии слишком много значения.
К счастью, Роуз, получившая детский подарок от авиакомпании, попросила Мин Хи помочь разорвать плотную пластиковую упаковку. А дальше началось сказочное время, когда они могли вдоволь наслаждаться до неприличия безупречным и вежливым сервисом первого класса, изысканным бортовым питанием и невероятно просторными, удобными креслами, на которых Мин Хи и Роуз могли бы легко уместиться вдвоем.
Освещение в салоне погасло. Мин Хи отвела зевающую Роуз в туалет, помогла ей почистить зубы и переодела в пижаму. Затем она и сама переоделась в шелковистую пижаму, предоставленную на борту. Когда она вернулась на свое место, стюардессы уже застелили кровать.
— Мисс Мини! Тут вдруг появилась кровать!
Обрадованная Роуз, крепко обняв своего старого игрушечного кролика, нырнула под одеяло. Ее глазки уже слипались, и было ясно, что она вот-вот уснет.
Чувствуя какое-то странное сожаление, Мин Хи украдкой бросила взгляд на Тэ Джуна. В темноте салона белый свет от экрана ноутбука ярко освещал его лицо.
«Ха-а. Бэк Тэ Джун красив в любой ситуации».
Если бы она могла, она бы подперла подбородок руками о перегородку кресла и в открытую любовалась его лицом. Но после того инцидента в его кабинете Мин Хи твердо решила: когда Тэ Джун работает, она его ни за что не потревожит.
Мин Хи еще какое-то время тайком подглядывала за Тэ Джуном, а затем нехотя надела маску для сна и легла в постель. Но, поворочавшись немного, она потихоньку встала.
Было бы слишком обидно проспать этот опыт, который выпадает, возможно, раз в жизни. Мин Хи попросила у проходившей мимо стюардессы бокал шампанского и надела шумоподавляющие наушники.
«Соль Мин Хи, как хорошо, что ты не уснула!»
Она мысленно похвалила себя, глядя на мужчину с безразличным выражением лица, который отходил от бара, держа в одной руке бокал шампанского, а в другой — стакан с янтарной жидкостью. Даже в приглушенном свете его высокий, острый нос и густые брови сразу привлекали внимание. Стюардессы в открытую бросали на него оценивающие взгляды.
Иногда, когда они проводили время с Тэ Джуном за пределами пентхауса, они всегда были вместе с Роуз. И хотя он был с ребенком, Мин Хи частенько замечала заинтересованные женские взгляды, устремленные на него. Но она ни разу не видела, чтобы взгляд самого Тэ Джуна задерживался на этих женщинах хоть на секунду дольше необходимого.
С другой стороны, стоило взгляду Тэ Джуна встретиться с Мин Хи, как его лицо заметно смягчалось. Разница была едва уловимой, но температура его взгляда сразу становилась иной. Самолет даже не входил в зону турбулентности, но сердце Мин Хи плавно взмыло вверх, а затем гулко ухнуло вниз.
Однако этот откровенно скользящий по ней взгляд принадлежал скорее не дяде Роуз, а ее секс-партнеру. Роуз уже уснула, так что, если бы они были дома, для этого было самое время. Мин Хи вдруг стало страшно. Что он собирается делать, глядя на нее так у всех на виду...
Тэ Джун протянул ей бокал и сел вплотную рядом. Вытянув руку вдоль спинки дивана у нее за спиной, он полностью развернулся к ней. Возникло ощущение, словно Тэ Джун загнал ее в угол.
— Не спится?
Прошептал Тэ Джун ей на ухо низким голосом, пробиваясь сквозь шум двигателей. Мин Хи на секунду замешкалась, не зная, что ответить, и просто кивнула.
— Помочь тебе уснуть?
Мин Хи метнула в него свирепый взгляд из-за слишком явного сексуального подтекста, но лицо Тэ Джуна оставалось совершенно серьезным.
«Да что такое. Может, это мой внутренний извращенец всё не так понял?»
Мин Хи уже засомневалась, подумав, что он собирается предложить ей снотворное, и хотела было вежливо отказаться, как вдруг заметила, что уголки его губ едва заметно дрогнули.
«Вау... чуть не повелась».
В его глазах плясали смешинки.
— Не нужно.
Отвернувшись от его взгляда, полного дразнящей игривости и жара, Мин Хи холодно отвернула голову. Если бы это был пентхаус Тэ Джуна, она бы уже притянула к себе это лицо и осыпала поцелуями эти сексуальные губы. И была бы уже наполовину раздета.
От волнения у Мин Хи пересохло в горле, и она сделала длинный глоток шампанского. Колючие пузырьки защекотали вкусовые рецепторы на языке и прокатились по пищеводу. Это был уже второй бокал, и, возможно, из-за высоты, казалось, что она пьянеет быстрее обычного. Сидевший рядом Тэ Джун тоже поднес бокал с виски к губам и запрокинул голову. Его кадык с мощными глотками двигался вверх и вниз.
— А ведь сегодня пятница.
Медленно, с ноткой глубокого сожаления произнес Тэ Джун.
— Я знаю.
Мин Хи была единственным человеком, способным прочитать скрытый смысл между строк этой обычной фразы. Вечерами в пятницу, перед выходными, когда не было работы, Тэ Джун обычно срывался с цепи, словно дикий жеребец, выплескивая на Мин Хи всё сексуальное желание, которое сдерживал в течение недели.
Более того, на этой неделе Тэ Джун был особенно занят. В понедельник он летал в командировку в Бостон и вернулся только во вторник поздно вечером, а в среду и четверг работал допоздна, до полуночи, чтобы закрыть все дела перед отпуском.
Так что это был первый раз за всю неделю, когда они проводили время наедине. Честно говоря, она тоже скучала по Тэ Джуну. Скучала по тем ночам, когда всем телом ощущала его тяжесть, придавливающую ее, когда лежала в его объятиях и испытывала доводящее до дрожи наслаждение. Тэ Джун, словно ему было некомфортно, поерзал на месте и со вздохом сказал:
— ...Нужно было лететь на частном самолете.
Тэ Джун и его брат могли использовать корпоративный самолет в личных целях, оплатив лишь расходы на перелет. Но он выбрал обычный рейс: Роуз могла испугаться характерной тряски небольшого самолета во время турбулентности, к тому же время в пути могло увеличиться из-за дозаправок.
И сейчас Тэ Джун отчаянно жалел об этом решении. На частном самолете была спальня, обеспечивающая полную приватность, и небольшая ванная комната.
Было бы совсем не лишним вдоволь поваляться с Мин Хи на кровати в самолете все четырнадцать часов до самого прилета в Корею. Нет, не просто «не лишним», это было бы чертовски потрясающе — наблюдать, как на высоте тридцать пять тысяч футов Мин Хи плачет от переполняющего ее оргазма.
— На частном самолете?
— Угу. В следующий раз.
— А частный самолет лучше первого класса?
— ...Там есть комната, в которой можно запереть дверь. И внутри есть кровать.
Посмотрев на Мин Хи, которая в панике заозиралась по сторонам, Тэ Джун усмехнулся.
— Мин Хи.
— Что!
— Ты покраснела. Ты такая красивая. Можно тебя поцеловать?
— ...Здесь?!
— Мин Хи.
Голос Тэ Джуна был похож на горячий, растопленный темный шоколад.
— Здесь нельзя.
— Ха... Мин Хи.
— ...Да почему ты постоянно зовешь меня, я же волнуюсь...
Мин Хи закрыла ему рот рукой. Тэ Джун перехватил ее за запястье и резко встал.
— Пойдем.
— Куда...?
— Иди за мной.
Пока он тащил ее за запястье по тому же пути, которым они пришли, он внезапно открыл дверь туалета первого класса и втянул Мин Хи внутрь. С громким щелчком защелкнув замок, он тут же накрыл ее губы своими.
Целоваться в тесной кабинке самолетного туалета с мужчиной, чей рост почти достигал потолка, а широкие плечи заполняли весь проход, было непросто. Тэ Джун обнял ее так, словно хотел поднять, и ноги Мин Хи слегка оторвались от пола.
Она обвила руками его шею. Поцелуй после нескольких дней разлуки был до одурения сладким и удушающе страстным. Едва оторвавшись друг от друга, тяжело дыша, их губы тут же слились вновь.
Тэ Джун расстегнул пару пуговиц на ее пижаме и стянул ткань с одного плеча. Затем он принялся осыпать поцелуями ее обнаженную шею и плечо.
— Х-а-а...
Мин Хи тяжело дышала. Словно искра, попавшая в разлитое масло, они оба вспыхнули в одно мгновение. Рука Тэ Джуна скользнула под просторную пижаму, сжала ее грудь, а губы снова накрыли ее рот. Его язык жадно сплетался с ее языком, а напряженный до предела член настойчиво тыкался ей в живот.
Внезапно самолет тряхнуло. Мин Хи, стоявшая на носочках и прогнувшаяся в спине, покачнулась. Тэ Джун молниеносно обхватил ее за талию одной рукой, притянув к себе, а другой уперся в потолок, чтобы удержать равновесие.
— Уважаемые пассажиры, самолет входит в зону турбулентности. Пожалуйста, пристегните ремни безопасности...
Сквозь густой туман, застилавший разум Мин Хи, медленно пробился голос из интеркома. Прижавшись щекой к груди Тэ Джуна, она слушала громоподобный стук сердца. Она даже не могла разобрать, ее ли это сердце бьется так громко, или Тэ Джуна.
В овальный иллюминатор туалета первого класса были видны серые облака. Вдалеке мелькнула вспышка молнии, и вскоре самолет снова тряхнуло.
Тэ Джун притянул ее за талию еще ближе и поцеловал в макушку. Мин Хи обеими руками крепко обняла его. Некоторое время они стояли так, пережидая турбулентность. Постепенно их тяжелое дыхание выровнялось.
Мин Хи была в шоке от мысли, что, если бы самолет не затрясло, они с Тэ Джуном могли бы полностью потерять контроль и зайти гораздо дальше прямо в туалете первого класса.
Несмотря на то, что это место было совершенно лишено какой-либо романтики, этот воровской поцелуй тайком в туалете самолета был захватывающим и, по правде говоря, весьма романтичным.
Однако было очевидно, что подумают стюардессы и другие пассажиры, если увидят, как они выходят оттуда вдвоем. Ей было даже обидно от мысли, что они всего лишь целовались, а все подумают, что они занимались чем-то другим. Хорошо еще, что в первом классе, кроме них, никого не было.
— Ха. Надо было всё-таки лететь на частном.
Пробормотал Тэ Джун с глубоким сожалением в голосе, поправляя пижаму Мин Хи, сползшую до самых локтей, и застегивая пуговицы до самого воротника.
