Хон Ём Ран втайне чувствовал, что не зря притащил этот чай. Он с трудом достал его в западных землях и до поры хранил в дальнем углу кладовой, а теперь наблюдал, как Хи Са его пьет. Когда он только потянулся за этой жестяной банкой с умопомрачительным ароматом, управляющий пытался его отговорить, лепеча, что за каждый грамм этих листьев нужно платить золотом по весу.

Должно быть, из-за того, что Ём Ран вырос в роскоши, он обладал поразительным чутьем на всё по-настоящему ценное.

Хи Са сделала глоток в меру остывшего чая и столкнулась с ним взглядом. Заметив, как её глаза довольно сощурились — словно она всё ещё гордилась тем, что давеча не пролила ни единой капли его «сока», — Ём Ран первым отвел взор.

— Ран-а?

Хи Са позвала его слегка севшим голосом.

Глубоко в горле всё ещё стояло ощущение инородного тела от плоти, что входила в неё до самого упора. Но, помимо этого, она чувствовала сытость, а после горячего чая по телу разлилась приятная истома. Смотреть на Ём Рана, который избегал её взгляда, было забавно. Он выглядел искренне потрясенным тем, что она действительно не проронила ни капли; от этой мысли уголки её губ сами собой поползли вверх.

Поставив чашку на пол, Хи Са потянулась всем телом вслед за лицом Ём Рана. В конце концов она поймала его взгляд и лучезарно улыбнулась.

— Почему ты меня избегаешь?

Ём Ран пристально посмотрел на её губы, блестевшие от чайной влаги.

— Потому что ты слишком хорошо со всем справилась и без моей помощи.

У него вертелось на языке множество других вопросов, но Ём Ран нарочно сменил тему, ответив с напускным безразличием.

— Я просто не хотела пачкать твою одежду! Если мне объяснят, я всему быстро учусь. В следующий раз я смогу сшить для тебя мешочек-хяннан ещё красивее.

Она щебетала, словно птенец, только что вернувшийся с первой охоты. И, как ни странно, слушать это было приятно. Рука Ём Рана сама собой потянулась к ней, коснувшись персиковой щеки. Неужели и через десять, и через двадцать лет это лицо останется прежним? Только сейчас до него по-настоящему дошел смысл того, что болтали люди.

Куда делась та мертвенная бледность? Теперь она выглядела так, что он невольно запереживал: как бы кто не умыкнул её прямо у него из-под носа. Даже ничтожное зверье — и то зарится.

Он сам её выкормил, вырастил, словно птенца в самом солнечном месте, а теперь всякие проходимцы смеют на неё заглядываться.

— Асси.

— М-м?

— С каких пор ты здесь живешь?

Хи Са замерла, глядя ему в глаза и обдумывая вопрос, который слышала впервые.

— …Не знаю.

Она просто ждала — и тогда расцветали цветы, становилось жарко, опадали листья и выпадал снег. Хи Са несколько раз пыталась сосчитать это на пальцах, загибая их снова и снова, но в итоге бросила. Даже если бы она считала дни, месяцы и годы — ничего бы не изменилось. В этих горах она всегда оставалась прежней.

— Ты совсем не стареешь?

— Угу.

Сука. Ём Ран мысленно выругался, проглатывая крепкое словцо. Он столкнулся с самой безнадежной проблемой. Его брови гневно сошлись на переносице. Хи Са, не понимая причины его внезапной ярости, просто хлопала глазами.

— …Почему? Почему не стареешь?

Его разум отказывался принимать тот факт, что сам он с каждым годом будет дряхлеть, а Хи Са так и останется такой.

— Не знаю. Мне сказали, что я просто так живу.

— Кто сказал?

— Пэк А.

Значит, нужно выбить дурь из этого сопляка-тигра. Сделав такой вывод, Ём Ран кивнул. Если тот сделал так, чтобы она не старилась, значит, должен быть способ запустить время вспять. Или же способ для него самого стать таким же, как Хи Са…

Его мысли понеслись в этом направлении. Он вспомнил момент, когда она, несмотря на слова о том, что она йогви, светло улыбнулась и назвала свое имя. Беспомощная сущность, требующая бесконечной заботы. Как она выживала одна в этих горах? Среди скрытных токкэби, вечно спящего мелкого зверя и ворчливой бабки, даже не умея толком говорить?

Чем занималась Хи Са всё это долгое время в одиночестве?

Вопросов было слишком много. И в то же время он не смел их задать. Он знал, что в ответ она лишь улыбнется и скажет то, что он уже слышал.

«Не знаю». От этого ответа его точно разорвет изнутри.

Тонкий палец Хи Са с черным ногтем с силой надавил на складку между его бровей.

— Не хмурься.

Он вечно ходил с таким видом, будто там вот-вот проляжет глубокая борозда, поэтому Хи Са упрямо пыталась её разгладить. Мышцы лица Ём Рана мгновенно расслабились. Ему едва исполнилось двадцать, было бы некстати обзавестись морщинами так рано. Он нехотя потер лоб тыльной стороной ладони, закрепляя результат.

Их первая встреча была паршивой, и вторая с тем мелким зверем явно не сулила ничего хорошего.

Ём Рану претила сама мысль о том, что придется расспрашивать мальчишку-тигра о Хи Са.

Учитывая, что они уже пустили друг другу кровь, что будет эффективнее: угрозы или подкуп?

— Ран-а, о чем ты так усиленно думаешь?

Хи Са, которая уже успела встать и теперь бесшумно прохаживалась вокруг него босыми ногами, спросила с кристально чистым взглядом.

— Сядь здесь.

Он указал на шелковый тюфяк-порё, и Хи Са послушно вернулась на место.

Покопавшись в одном из своих узлов, Ём Ран достал большой лакированный ларец, поставил перед ней и сам открыл крышку.

— …Какая прелесть.

Ярко-алая шелковая кофта-чогори была настолько расшитой и гладкой, что к ней было страшно прикоснуться. Юбка и кофта лежали аккуратной стопкой, а сверху красовались расшитые туфли того же цвета, что и верхнее платье-допхо на самом Ём Ране. Нежно-голубой шелк был украшен алой вышивкой. Хи Са хотела было коснуться их, но, заметив свои черные кончики пальцев, запнулась.

Голубая вышивка виднелась и на рукавах алой кофты, и на подоле юбки; ей хотелось рассмотреть всё поближе. Она никогда не видела такой роскошной одежды.

— Это для тебя, Асси.

Хи Са не могла оторвать глаз от подарка, лишь нервно теребила пальцы и едва слышно выдохнула восхищенное «красиво». Те наряды, что он заказывал специально, ещё не были готовы, поэтому он на скорую руку выбрал в лавке самое дорогое и изящное из того, что было в наличии. Впрочем, даже это не совсем удовлетворяло изысканный вкус Ём Рана.

— Впредь я буду приносить тебе одежду и обувь ещё краше этой.

— Это моё? Но мне больше ничего не нужно.

— Ты же сказала, что я твоё подношение-чемуль. Значит, я должен служить тебе со всем почтением.

— Вот как?

Хи Са склонила голову набок. В её глазах светилась неподдельная радость. Ём Рана поражало, что её восторг перед красивой вещью не выглядел алчным или мирски.

Он смочил ткань чайной водой, которая стоила дороже золота, и принялся бережно оттирать пальцы Хи Са один за другим. Прошло достаточно времени, чтобы мазь впиталась в ранки. Он чистил её руки, желая, чтобы она могла вдоволь касаться ткани, не боясь её испачкать.

Когда станет холоднее, надо будет привезти ей меховую шапку-иом, закрывающую уши. Хи Са наверняка обрадуется. Закончив, она сама вытерла остатки влаги о кусок ткани и осторожно приподняла струящийся шелк.

— Сегодня Ми Ран так красиво заплела мне волосы. Наверное, это было к обновкам.

Ём Ран не стал напоминать, что её прическа изрядно растрепалась, пока она возилась у него между ног. Прямо перед ним Хи Са начала без тени смущения сбрасывать одежду. Он резко зажмурился и отвернулся, сверля взглядом стену пещеры.

Было смешно вдруг начинать скромничать, но он не был уверен, что сможет сдержаться, глядя, как она переодевается. Он бы наверняка в порыве страсти разодрал это платье в клочья, невзирая ни на что. А ему не хотелось в одно мгновение уничтожать вещь, которой Хи Са так восхищалась.

Он как раз думал о том, что проявил недюжинную мужскую выдержку, когда она позвала его:

— Ран-а, посмотри.

Хи Са уже успела облачиться во все слои наряда по всем правилам и даже аккуратно завязала ленты-корым. Она слегка развела руки в стороны и улыбнулась. Где-то успела отыскать тот самый мешочек-хяннан, который он у неё отобрал, прицепила его под грудью и буквально сияла от счастья. Заметив, что она уже надела мягкие носки-посон, Ём Ран достал оставшиеся туфли.

Он невольно опустился на одно колено, обхватил её лодыжку и по очереди обул её в расшитые туфли. Хотя их не шили на заказ, её маленькие ножки идеально скользнули внутрь.

— Очень красиво. Спасибо, Ран-а.

Пальцы Хи Са опустились на коротко стриженные волосы Ём Рана. Она нежно погладила его по голове, передавая всё своё трепетное волнение и благодарность за подарок. Её пальцы, словно теплый ветерок, ласково перебирали его пряди.

— Тяф! Тяф!

Как раз в тот момент, когда Ём Ран блаженно прикрыл глаза от этого прикосновения, в пещеру вбежала лиса и затявкала на Хи Са.

— А? — коротко переспросила Хи Са, будто поняла слова зверя.

Ём Ран мысленно добавил «понимание языка животных» в список её бесполезных талантов.

Шурх. Шелк скользнул мимо него. В то же мгновение рука Хи Са исчезла с его головы. Когда Ём Ран обернулся, алый подол юбки уже мелькал вдали — она убегала так быстро, что он не успел бы её схватить.

— …Асси?

Вот так просто бросаешь меня здесь? Не веря своим глазам, Ём Ран окликнул удаляющуюся девушку.

— Невеста Ём Рана! Говорят, твоя невеста пришла!

— Что?!

Какая ещё невеста?

Ём Ран не понимал, о чем она вообще говорит, но больше всего его поразило то, с каким восторгом Хи Са сорвалась с места при вести о его «невесте». Он лишь опустошенно смотрел ей вслед.