Онлайн чтение книги Быть тебе жертвой! Be the sacrifice!
1 - 50

В такт её прыжку грудь Хи Са качнулась прямо перед его губами. Высунув язык, он лизнул её (ссык), пройдясь по соскам, и Хи Са рухнула прямо на его член.

— Ах!

Горячая плоть влагалища на мгновение обхватила головку.

Одной рукой обняв её за талию, а другой сжав член у основания, он начал быстро тереть им о её промежность. Каждый раз Хи Са вздергивала бедра. Хон Ём Ран открыл рот и поймал качающуюся перед ним грудь. Поиграл языком с соском, дразня его.

Сложив губы трубочкой, он втянул его, заставив полностью затвердеть.

Чмок, члюп.

— Ы-ы, хыт, погоди, а, хватит…

Грудь и так зудела от трения о шёлк, а тут еще он. Каждый раз, когда он сосал её грудь, она слабела и оседала вниз, и тогда головка члена давила на её лоно. Колени подгибались. Хон Ём Ран жадно сосал, оставляя следы укусов. Когда она попыталась оттолкнуть его за плечи, рука на талии, наоборот, притянула её ближе.

— Садись.

Прорычал он грубо. Мокрый от слюны сосок при каждом её движении касался его губ и подбородка (тук-тук). Хи Са замотала головой: «Нет». Но его слова последовали незамедлительно:

— Пожалуйста, Хи Са.

Сердце дрогнуло.

От мольбы в голосе Хон Ём Рана внутри у Хи Са всё перевернулось.

Это она должна была делать это ради насыщения, но голодным казался он. Только сейчас она ясно почувствовала, как твердый член трется внизу. Он искал вход, истекая смазкой. Каждый раз, когда она опускалась не туда, он соскальзывал.

— Чуть-чуть, только чуть-чуть… слишком глубоко не надо.

Сказала Хи Са, опираясь на его плечи. Она опустила бедра. Из пульсирующего отверстия хлынула горячая влага, омывая головку Хон Ём Рана. Он внедрился в мягкую плоть. Вход расширился, с трудом пропуская головку.

— Угу… кончай здесь, сейчас.

Хон Ём Ран лениво усмехнулся на эту детскую просьбу.

— Кончить так?

— Угу…

Ха-а, ха-а. При каждом её вдохе мышцы сжимали и отпускали головку. От страха она не пускала его дальше, замерев на месте.

— Сказала же, кончай так.

Не успела она кивнуть, как Хон Ём Ран толкнул бедрами снизу вверх.

— Хык!

— Хи Са, чтобы кончить, надо, блядь, тереться или двигаться.

Это же не пописать сходить.

Хон Ём Ран снова толкнул. Тело Хи Са подбросило. Вход уже поглотил головку, и с каждым его толчком (пхок-пхок) узкий проход раскрывался. Протискиваясь, он вошел наполовину. Она даже не могла выпрямиться.

Как и прошлой ночью, Хи Са повисла у него на шее. Её бедра опустились глубоко вниз. Она почувствовала жесткие волосы Хон Ём Рана своей промежностью.

Тхак. Тхак.

— А-хынг, а! Хыт, а-а!

Член вонзился глубоко в живот, вороша внутренности. Её соски, которые он заставил встать, терлись о его грудь. От этого его собственные маленькие соски затвердели. Вогнав член до основания, он схватил её за талию обеими руками и начал двигать ею вверх-вниз и прижимать по своему усмотрению. Из-за изогнутой формы члена её живот снова выпятился бугорком.

Прокладывает путь, как хочет.

Внутри тела Хи Са Хон Ём Ран прокладывал дорогу своим членом, двигаясь как ему вздумается. Ей казалось, что он вошел еще глубже, чем вчера, и от этого по спине побежали мурашки. Она крепко обняла его, уткнувшись лицом ему в шею.

Чвак. Чвак. Чмок. Чмок.

Её тело беспомощно подпрыгивало в такт его толчкам. Член, выскользнув наполовину, стремительно вбивался снизу вверх. Хон Ём Ран высунул язык и слизнул слёзы, текущие по её щекам (сск-сск). Жемчужная кожа засияла от его слюны.

Бугристые стенки влагалища нежно скребли по стволу члена. Они обхватывали вены, сжимали всё целиком, требуя семени.

Ягодицы опускались, словно насаживаясь на вертел (пу-ук), терлись о мошонку и только потом поднимались.

— Ха-а, Хи Са. Ха, как глубоко.

Хон Ём Ран, сгорая от страсти, говорил то, что должна была сказать она.

— Б-быстрее, ы-хыт, хык…

Здесь было так горячо и влажно, что казалось, его пах попал в рай. Разве он любил жару? Может быть, он с самого начала хотел именно этого — такого влажного, липкого и горячего места. Плоть прилипала (ччок-ччок).

Несмотря на мольбы Хи Са кончить быстрее, он был слишком занят тем, чтобы чувствовать эту нежную плоть внутри.

Вокруг входа скопилась белая пена.

Из переполненного нутра выталкивалась смазка, обильно смачивая его живот и пах. На черных волосах повисла белая паутина. Темп его толчков ускорился. Тело Хи Са тревожно закачалось.

— Ыт…!

И Хон Ём Ран, сжав её талию, вонзил член до упора. Внутри всё раздулось, готовое взорваться. Прежде чем Хи Са успела закричать, его руки соскользнули с талии на ягодицы и резко развели их в стороны. Словно освобождая место для расширения, он инстинктивно дернулся, и семя (ссимуль) хлынуло толчками (ккул-лонг) в самые глубины её тела. Она задрожала от струй, бьющих внутри.

Он не вынул член, оставив его как пробку, чтобы семя не вытекло.

— Глубоко, глубоко вошло.

— Да. Так и есть.

Голос её дрожал от слёз. На её упрёк Хон Ём Ран ответил согласием и принялся разминать её ягодицы. Словно выполняя обещание вложить семя прямо в живот, он не вынимал член, продолжая обнимать Хи Са.

— Хочешь волос?

— Не буду есть.

На её отказ Хон Ём Ран низко рассмеялся. От его смеха тело Хи Са, сидевшей на нём, тоже завибрировало. Влагалище продолжало сжиматься, поэтому эрекция не спадала. Если он пошевелится, она снова расплачется? Продолжая мять её ягодицы, он схватил прядь её волос и заставил посмотреть на себя.

Ресницы были мокрыми, вызывая жалость.

Ах, это было опасно. Надорванный уголок губ, влажные, затуманенные глаза вызывали желание сделать для неё что угодно. Хи Са шевелила губами (омуль-омуль). Лицо исказилось, словно она вот-вот заплачет. Хон Ём Ран терпеливо ждал — слёз или слов.

Но она промолчала.

Хон Ём Ран почувствовал мимолетное разочарование от того, что она плотно сжала губы.

Он заметил, что угол пещеры, который слуги обустроили для его удобства, превратился в свалку. Накручивая волосы Хи Са на палец, Хон Ём Ран смотрел на сбитую постель и разбросанную одежду. Токкэби ничего не принесли.

— Хи Са.

Играя с её волосами, он собрал их в одну руку и поднял вверх. Ей бы пошла заколка (пине). У неё маленькое белое личико, и он представил, как янтарная шпилька сверкает в её уложенных волосах — это выглядело бы неплохо.

— Кажется, мне придется спуститься вниз самому.

«Этот невоспитанный парень скоро должен спуститься с горы. Отпусти его. Не держись за него».

— …А?

Слова Лекарки совпали с тем, что сказал Хон Ём Ран.

— Хочешь пойти со мной?

Спросил он как ни в чем не бывало.

— …Я тоже?

Хи Са заметно удивилась тому, что казалось ему пустяком. Хон Ём Ран, которому было плевать на чужие взгляды, кивнул. Его рука всё ещё небрежно удерживала её волосы наверху. В жёлтом одеянии она напоминала бабочку.

— Нет. Не пойдет. Оставайся здесь.

Вдруг представив, как все мужики с членами будут пялиться на Хи Са, он разозлился и передумал. Мнение света его не волновало, но глаза этим ублюдкам он бы точно выколол.

— Угу.

Хотя она на миг обрадовалась предложению пойти вместе, на его капризный отказ она покорно кивнула. Хон Ём Ран приподнял бровь, удивленный её послушанием, ведь раньше она не давала ему прохода.

— …Я съем волосы.

— Валяй.

Хон Ём Ран хотел что-то спросить, но слова Хи Са о волосах отвлекли его. А, она говорит это, зная, что я всё еще внутри? Его глаза похотливо сощурились. Он подумал, что после того, как она съест волосы и возбудится, он снова начнет двигаться.

Ощущение того, что все мысли заняты только сексом, оказалось не таким уж плохим.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver