Онлайн чтение книги Цветы — это приманка Flowers are Bait
1 - 109

Ти-и-и, ти-и-и, ти-и-и.

В комнате бездушно разносился звук аппарата, измеряющего жизненные показатели.

— Молодой господин.

Чан Пом Хи с тяжёлым взглядом смотрел на Квон Чэ У, который спал как мёртвый.

Квон Чэ У, потерявший сознание, как только сел в машину, уже несколько недель находился в состоянии длительного сна. Мужчина, чья центральная нервная система до этого поддерживалась силой воли и лекарствами, словно желая разом восполнить всю накопившуюся усталость, погрузился в глубокий сон.

— Мы слишком затянули время, молодой господин.

Чан Пом Хи до сих пор не мог понять, почему тот должен был оставаться рядом с Со И Ён, доводя себя до такого изнеможения.

В таком нестабильном состоянии достичь их цели было бесконечно сложно.

Чан Пом Хи был ребёнком, который был, так сказать, «поставлен» из детского дома в семью Квон. В детстве его, ничего не понимающего, притащили сюда и воспитали как безжалостную охотничью собаку, уничтожая человечность в тесном и вонючем помещении, похожем на собачью конуру.

Такой человек стал помогать Квон Чэ У из-за его чуждого взгляда, всегда устремлённого куда-то в другое место, несмотря на то, что он был отпрыском этой семьи.

Дети, не выдержавшие тренировок под видом издевательств, исчезали бесследно по несколько человек в день. Тех, чьё тело или разум были сломлены и стали бесполезны, безжалостно ликвидировали, и Чан Пом Хи, видя, как один за другим исчезают выходцы из того же детского дома, вместо смутного страха испытывал гнев. Благодаря этой движущей силе он стал превосходной охотничьей собакой и встретил Квон Чэ У.

Того, кто, будучи младшим господином семьи Квон, имел такие же глаза, как у него самого.

План был составлен уже два года назад.

Если бы он не впал в вегетативное состояние, они давно бы уже завершили всё.

Свидетели, которых устранили охотничьи псы прошлых поколений, грязные дела, похороненные таким образом, решающие улики, способные изменить историю страны. Ситуация была такова, что достаточно было лишь поджечь фитиль, чтобы всё это одним махом вырвалось наружу.

Они привлекли даже другие информационные агентства, чтобы вмешаться в предстоящие в следующем году президентские выборы, и для этого в руках у Квон Чэ У уже была масса грязной информации.

И это ещё не всё. Они планировали обличить на весь мир бесчеловечные эксперименты, которые всё это время проводила фармацевтическая компания «Сугук», чтобы оказать давление на всю страну.

Таким образом, тщательно подготовленные по нескольким направлениям детонаторы были готовы зажечься, направленные к одной цели.

Вывести на поверхность семью Квон, которая более 80 лет не появлялась даже в СМИ. Раскрыть правду о том, что обычная бандитская семья держала страну в своих руках.

Для этого они тайно вывезли за границу диссидентов, которые выступили против семьи Квон и бесследно исчезли. Особенно отчаянно они старались обеспечить безопасность журналистов и представителей юридической профессии, на которых семья Квон оказывала наибольшее давление.

Конечно, это были внешние дела, а внутренне, как и подобает бандитской семье, нужно было разобраться с Квон Ги Соком кровавым путём. В семье с глубокими корнями вульгарности рано или поздно должен был разразиться кровавый шторм.

Проблема заключалась в том, что из-за нерегулярного режима сна молодого господина все эти планы оказались под угрозой срыва—

Дзинь-дзинь. Дзинь-дзинь.

Чан Пом Хи резко оборвал свои сложные мысли и невозмутимо ответил на телефонный звонок.

— Да, господин директор.

— Ребёнок?

— Хорошо присматриваю за ним.

— Следите, чтобы с ним не случилось ничего плохого.

— Да.

— Если потребуется, можете сами заняться его воспитанием.

— ...

— Так будет удобнее, если вы собираетесь его использовать.

Поэтому Чан Пом Хи впервые присоединился к плану Квон Ги Сока.

Хорошо присматривать за И Гю Бэком.

Это была самая аппетитная приманка, чтобы заманить Со И Ён.

Хотя он всё ещё не понимал, по какой причине директор Квон следит за Со И Ён, их цели совпадали. Заманить Со И Ён в семью Квон.

Чан Пом Хи, глядя на ничего не знающего спящего молодого господина, тоже крепко зажмурился.

— Простите, молодой господин.

Потому что им был нужен кто-то, кто будет будить его каждое утро.

* * *

И Ён снова создала клумбу, которую долго откладывала. Приводя в порядок землю, тщательно выбирая семена, утрамбовывая почву, она восстанавливала день, который безвольно отпустила.

С сожалением разобрав разбитые горшки, она пересадила растения в новые. Безжалостно выбросила испорченные закуски и наполнила холодильник теми, что нравились ей. Второй этаж крепко заперла и, усердно питаясь и высыпаясь, каждый день исправно прогуливалась под солнцем.

— Кажется, осень наступает.

Выйдя с книгой, зажатой под мышкой, она была немало удивлена уже ставшим прохладным воздухом.

Однако, спокойно сидевшая И Ён, внезапно о чём-то вспомнив, тут же позвонила Чу Джа.

— Чу Джа, как там Гю Бэк? Вы заходили к нему домой?

Она спросила настойчиво, едва дождавшись окончания гудков.

— Задыхаюсь от беспокойства. Я как раз собиралась тебе звонить.

— Летние каникулы скоро закончатся, а я понятия не имею, где он и чем занимается.

— Знаешь... это странно.

— Что странно?

И Ён слегка нахмурилась, услышав голос Чу Джа, который, казалось, колебался.

— Когда я первый раз пошла, дома никого не было, поэтому сегодня я снова сходила...

— Есть кто дома?!

В этот момент вместе со звуком дверного звонка кто-то громко постучал в ворота. И Ён, вздрогнув плечами, пристально посмотрела на два носка обуви, видневшиеся под синими воротами. Почему-то у неё пересохло во рту, и сердце забилось быстрее.

— Мы из полицейского участка Хваян, есть кто дома?!

— Старик в этом доме говорит, что ребёнок пропал.

Голоса с обеих сторон телефона прозвучали одновременно.

— !..

И Ён, внезапно охваченная предчувствием, одним прыжком добежала до ворот и открыла их. Как и ожидалось, полицейский в форме участкового наблюдал за ней хоть и невыразительным, но острым взглядом.

— Вы Со И Ён?

— Да, это я.

И Ён, сжав обе руки вместе, изо всех сил подавляла нарастающее беспокойство.

— Поступило заявление о пропаже ребёнка. Можно проверить камеры видеонаблюдения в этом переулке?

— !..

Её лицо исказилось, и дыхание перехватило, прежде чем она успела что-либо сделать. И Ён упустила момент для ответа и уронила телефон, который держала у уха.

Голос Чу Джа резко разнёсся из динамика, но из-за нахлынувших страшных мыслей рука И Ён одеревенела.

— Вот здесь и там. Это ведь не общественные камеры видеонаблюдения?

— А, да. Это я установила их лично.

Две камеры, на которые указал полицейский, были установлены ею за свой счёт из-за преследований Хван Чо Юна в прошлом. И Ён хотела спросить, как зовут пропавшего ребёнка, но—

— По показаниям, он часто бывал в больнице деревьев Камунби, и в день предполагаемого исчезновения тоже сказал, что идёт в больницу, и вышел из дома. Это со слов И Хёнчхоля... то есть дедушки И Гю Бэка.

И Ён, получив окончательное подтверждение, закрыла рот обеими руками.

Когда она закрывала глаза и уши, забиваясь в тень. Может быть, именно тогда, из-за того, что она не смогла должным образом позаботиться о Гю Бэке, произошло всё это? Чувство вины, словно иголка, пронзало её сердце.

— Но что значит «предполагаемого»?

И Ён внезапно нахмурилась, и в ответ прозвучали ошеломляющие слова.

— Поскольку дедушка заявил о пропаже только сегодня утром, точную информацию мы сможем получить только после расследования.

— !..

И полицейский снова довёл И Ён до безумия своими банальными словами.

— Когда вы в последний раз видели И Гю Бэка?

Перед монитором плотно прижались друг к другу четыре головы.

Чу Джа, которая примчалась в панике из-за оборвавшегося звонка, двое полицейских и И Ён. Сейчас они сидели в гостиной и просматривали записи с камер видеонаблюдения.

Они проверили записи недельной, двухнедельной давности, но не смогли найти даже тени ребёнка. В итоге И Ён, открыв файлы месячной давности, дрожащим указательным пальцем щёлкнула на дату, когда она рассталась с Квон Чэ У. И на экране был Гю Бэк, прятавшийся за стеной.

Так вот почему всё превратилось в разгром. И Ён почувствовала, как её сердце упало, когда она увидела, как толпа крупных мужчин выбегает и колотит в ворота.

Она невольно внимательно разглядывала мужчин в чёрных костюмах. Её взгляд, скользящий по их затылкам, шеям, плечам и спинам, казалось, искал кого-то.

— Что он... что он сейчас делает?

В этот момент полицейский, вытянув шею и поправив очки, озадаченно спросил.

Сначала Гю Бэк хорошо прятался от незнакомой машины и мужчин, но внезапно он быстро подбежал к багажнику.

Поскольку Гю Бэк был ребёнком с сильными предпочтениями и крайне узким миром, который он сам себе позволял, И Ён не могла поверить, что мальчик первым подошёл к ним, и моргнула.

— Э-это странно. Гю Бэк — ребёнок, который не обращает внимания ни на что, кроме своих интересов.

— Может быть, ему нравились машины?

— Совсем нет, он скорее ненавидел их за то, что они разрушают природу.

— Хммм...

Полицейский, потирая подбородок, увеличил изображение на экране. Когда багажник, в который быстро залез Гю Бэк, был увеличен, четыре пары глаз сошлись в одной точке. Они одновременно наклонили головы и нахмурились.

— И Гю Бэк протягивает руку? Видите? Что это?

— Можно ли увеличить ещё больше?

И Ён с напряжённым лицом внимательно наблюдала за неожиданным поведением Гю Бэка. Когда полицейский снова увеличил изображение, на этот раз Чу Джа подпрыгнула.

— Что это такое?!

— !..

И Ён широко открыла глаза.

Это было что-то похожее на клешни, копошащиеся в стеклянной коробке...

И Ён, кажется, поняла, чем был зачарован Гю Бэк, из-за чего он быстро залез в машину.

— Это скорпионы.

— Что?

Выражение лица полицейского, который наполовину открыл рот, стало ошеломлённым и глупым.

— Те ядовитые скорпионы? Кто вообще возит такие опасные вещи в багажнике машины?!

— Ну, думаю, те же люди, которые возят бейсбольные биты и громят чужие дома.

Люди, которые забрали Квон Чэ У, или люди, которыми руководит Квон Ги Сок.

Гю Бэк, где ты и что ты делаешь?

Её лицо побледнело.