Рука И Ён дрожала, мысли путались всё сильнее.
«Как мы вообще до этого дошли?»
На пристани Хваидо обычно было людно, но сегодня там царила непривычная пустота. Лишь мужчины молча стояли на постах, а Квон Ги Сок не сводил с неё глаз.
«Они что, специально всех разогнали перед нашим приездом?»
Даже ветер будто притих.
И Ён широко раскрытыми глазами смотрела на Ги Сока, совершенно не понимая, к чему он клонит. Видя её растерянность, тот пояснил:
— Если вы его не заберёте, я запру мальчишку в собачьей будке.
— Что?
Слова прозвучали предельно ясно, но И Ён всё равно засомневалась, правильно ли расслышала.
— Не надо так удивляться. Вы ведь наверняка ожидали чего-то подобного. Наша семья именно так воспитывает своих лучших людей.
— Запираете их в собачьих будках?
— Так мы вытравляем из них всё человеческое и приучаем подчиняться нам. Как собак.
И Ён обхватила ладонями чашку, надеясь найти в ней хоть немного тепла, но чай уже остыл.
— О чём вы вообще говорите?
— Нам постоянно нужны люди, — ответил Квон Ги Сок. — Каждый на счету. Поэтому, если вы собираетесь забрать у нас одного из работников, что дадите взамен?
И Ён не знала, что ответить.
«Чего он от меня хочет?»
Ги Сок, улыбаясь, подался вперёд.
— Спрошу ещё раз. Что вы можете мне предложить?
В памяти девушки всплыло то, что случилось два года назад. По сравнению с местом, где они находились тогда, пристань казалась непривычно открытой. Здесь не пахло кровью, не было туши животного — только запах моря и крики чаек. И всё же тревога не отпускала, а сердце билось всё быстрее. И Ён впервые видела Квон Ги Сока при дневном свете, и почему-то от этого становилось только хуже.
— Мы вложили в этого ребёнка целый месяц работы, — продолжил он. — Значит, вы должны возместить мне потраченное время. Что дадите взамен?
В голове стало пусто. И Ён понятия не имела, что ему дать, кроме самого очевидного — того, что женщина могла дать мужчине.
— Ну? — поторопил Ги Сок. — Ничего подходящего не приходит в голову?
И Ён лихорадочно перебирала варианты. Гю Бэк должен расти на Хваидо, а не сидеть в какой-то собачьей будке. Он должен быть ей братом, а не слугой этих людей.
Она сердито посмотрела на Ги Сока и заставила себя успокоиться. Нужно было что-нибудь придумать, причём быстро.
— Люди вашего положения наверняка живут в огромных домах, да и земли у вас должно быть предостаточно.
Квон Ги Сок нахмурился. Такого поворота он явно не ожидал, но перебивать её не стал.
— А хороший сад — показатель достатка. Наверняка вам это важно. Возможно, вы не знаете, но я врач деревьев и дошла до четвёртого этапа проекта «Хваидом». Могу предложить только свои профессиональные навыки: займусь вашими деревьями по выгодной для вас цене.
По лицу Ги Сока было ясно: такой вариант его совсем не впечатлил.
— Почему вы так на меня смотрите?
Он отвернулся и вздохнул.
— Ничего.
При этом Ги Сок выглядел на удивление спокойно.
— Тогда пообещайте, что не тронете Гю Бэка.
Тот выпрямился.
— Не держите его в собачьей будке. Поселите в нормальной комнате и хорошо кормите. В новой обстановке Гю Бэк и без того наверняка нервничает, но при нормальном обращении хлопот не доставит. Так что будьте с ним добры.
Ги Сок продолжал молчать, и И Ён добавила:
— И если я увижу на нём хотя бы один синяк...
Квон Ги Сока бесило, что, несмотря на страх, она и не думала отступать: держала голову высоко и смотрела ему прямо в глаза. Этот взгляд вызывал у него отвращение. И всё же он кивнул.
— Хорошо.
И Ён нахмурилась.
— И всё?
— А что ещё?
— Нужно составить договор: обсудить оплату, мои обязанности, рабочее время, отпуск... всё.
Не дождавшись ответа, она пристально посмотрела на него.
— Угрожать у вас получается куда убедительнее, чем вести дела. Как я могу вам доверять, если мы ничего не подпишем?
Квон Ги Сок нахмурился. С каких пор она стала такой смелой? Неужели от Чэ У набралась?
Он покачал головой.
— Вы думаете, я причиню вам вред?
И Ён на мгновение замялась.
— Разумеется.
Ги Сок улыбнулся.
— Вы даже не представляете, насколько я вам благодарен.
— Простите?
— Вы привели ко мне Юн Чжу Ха.
И Ён вздрогнула. Это имя задело её за живое.
— Юн Чжу Ха? — произнесла она, будто имя могло оказаться другим. — Маму?
Квон Ги Сок рассмеялся. В его смехе не было ни капли веселья — только холодная насмешка.
— Никогда не думал, что кто-то, кроме Чэ У, назовёт её матерью.
— Что?
— Юн Чжу Ха — похитительница.
И Ён широко раскрыла глаза.
— Она не была Чэ У матерью. Между ними вообще не было кровного родства.
Слова Квон Ги Сока звучали резко, почти зло.
Фальшивая мать, фальшивая жена. И Ён стало дурно от мысли, что весь мир Квон Чэ У был построен на обмане, а вся его жизнь — на лжи.
— Эта учительница музыки спрятала моего брата в футляре для виолончели и увезла от нас, — продолжил Квон Ги Сок. — Сам виноват: не должен был позволять им встретиться. Зря я ей доверял. А через десять лет после нашего знакомства...
Он осёкся, выпрямился и ослабил узел галстука.
— Я вам очень благодарен, И Ён. Даже не представляете, насколько.
Девушка не могла поверить услышанному. Если всё это было правдой, выходило, что два года назад, когда Ги Сок ей угрожал, она уже оказала ему огромную услугу. И всё же он грозился засунуть человека в бочку и свалить вину на неё.
И Ён побледнела.
— Чего вы от меня хотите?
Ведь это он заставил её забрать Квон Чэ У и втянул во всю эту ложь.
— Я надеялся, что Чэ У пойдёт в меня.
И Ён нахмурилась.
— Что?
— Мы братья. Я хотел, чтобы он последовал моему примеру и в конце концов стал таким же, как я.
Заявление оказалось настолько странным, что И Ён не знала, как реагировать. Квон Ги Сок поднялся и потёр подбородок.
— Кстати, И Ён, вы знали, что Чэ У на четыре года младше вас?