Онлайн чтение книги О жестокости спасения The Cruelty of Salvation
31 Ошибка Изабель

Сев в карету, Ноа швырнул пиджак в угол и устало откинулся на спинку сиденья. Что за длинный, бесконечный день.

Он жадно втянул воздух, чувствуя, как пересохло в горле. Обычно безукоризненный в каждой мелочи, почти до болезненной щепетильности, Ноа вдруг с раздражением сорвал две верхних пуговицы на воротнике рубашки — так, словно разрывал путы.

— Им и правда больше нечем заняться, кроме как сплетничать о чужих жизнях, — проворчал он себе под нос. 

Лоуренс показался ему жалким, раз уж тот вообще допустил мысль, что Оливия достойна обсуждения. А те, кто поддакивал ему, выглядели не менее ничтожно. 

— Она не настолько важная персона. Зачем все время ее вспоминать?

Он хотел закончить день на легкой ноте с двумя бокалами, но одно лишь упоминание ее имени испортило ему вечер. Чувствуя, как его переполняет непонятная ярость, принц закрыл глаза и глубоко вдохнул. Неприятное ощущение расползалось внутри, вязкое, словно тина, вскипающая в болоте.

Глаза тут же распахнулись, и он повернулся, чтобы открыть окно. В этот миг они проезжали мимо золотого льва. Сколько раз ни попадался этот вычурный монумент, всякий раз резал ему глаза. Ноа процедил сквозь зубы ругательство и рывком распахнул окно. Холодный ветер ворвался внутрь, пробрался под рубашку.

Внезапно он вытащил из кармана пиджака фонарик. Некоторое время вещь служила ему верой и правдой, но теперь, похоже, сломалась. Никто даже не знал, что это такое, поэтому починить ее было негде. Зачем он вообще таскал с собой этот бесполезный хлам? Ноа держал его по привычке, потому что без него карманы казались пустыми.

Невольно представив женщину и ее дрожащие руки, с которыми она протягивала ему фонарик, Ноа криво усмехнулся. 

— Может, и мне надо выпустить пар, как тем идиотам.

Он кинул фонарик на смятый пиджак и провел пятерней по волосам. По слухам, та женщина, похоже, жила припеваючи.

⚜ ⚜ ⚜

В клубе Изабель направлялась к другой компании дам, когда одна девушка внезапно потянула ее в угол зала.

— Что случилось, леди Милейн? — спросила Изабель.

Девушка быстро огляделась по сторонам и взглянула на Изабель с какой-то странной жалостью. От этого взгляда у дочери графа непроизвольно напряглись брови.

— Между вами и принцем Ноа все в порядке? — прошептала леди Милейн.

Раздраженная ее любопытным тоном, Изабель отдернула руку и фыркнула:

— Не знаю, о чем вы говорите.

— Его Величество тайно расследует ваши отношения. Но… — Миллейн сделала паузу и чуть прищурилась, — похоже, интерес этот отнюдь не добрый.

— Что вы имеете в виду? — глаза Изабель расширились, холод пробежал по спине.

Девушка сохраняла сочувственное выражение, хотя на самом деле едва сдерживала торжествующую улыбку. Сколько раз ей доводилось видеть, как эта выскочка щеголяла своим положением «возлюбленной принца» — и каждый раз это вызывало у нее отвращение.

— Вы ведь знаете, мой отец работает в Министерстве иностранных дел? Так вот, вчера он сказал мне, что на фоне событий в Фолии Его Величество хочет использовать брак принца, чтобы улучшить имидж династии. Думаю, он рассматривает невесту из другой королевской семьи…

Эта новость ударила как гром среди ясного неба. Изабель почувствовала, что небосвод рушится на нее.

— Вы в порядке, леди Изабель?

Изабель поспешно кивнула и откашлялась, хотя голос собеседницы звучал в ее ушах глухо и отдаленно. Ей нужно было немедленно обсудить все с мадам Жуберн и матерью.

И тут она заметила, как принц Ноа стремительно вышел из клуба. Он выглядел так, словно все, что происходило здесь, не имело для него ни малейшего значения.

В тот же миг все мысли Изабель рассыпались. В голове осталась только одна мысль: ей нужно было добраться до принца.

— Следуй за принцем Ноа! Быстро, — приказала она, бросившись в карету.

— Простите? В-вы хотите, чтобы я последовал за Его Высочеством? — кучер ошеломленно распахнул глаза. В такой час — и вдруг гнаться за Его Высочеством?

— Поезжай! — нервно крикнула она. 

— Д-да, миледи! — кучер поспешно тронулся. Он не мог не подчиниться приказу.

Изабель металась глазами по окну, сердце билось неровно.

Безответная любовь могла довести до нервного изнеможения. Каждый орган чувств обострялся до предела. Эта острота, словно наточенный клинок, заставляет искать смысл в каждом жесте, каждом взгляде любимого. 

Вот почему Изабель, драгоценная, гордая дочка дома Сеймуров теперь захлебывалась собственным волнением. Она то поднималась на крыльях воображаемого счастья, то безо всякой причины падала в отчаяние. Она не могла отпустить Ноа Астрида, не так, даже несмотря на то, что мадам Жуберн говорила ей поступить иначе.

«Запомните, леди Изабель. Чтобы покорить принца Ноа, нужно, как ни странно, держаться так, будто в любую секунду готовы отказаться от него. Как только вы станете отчаянной, он потеряет к вам интерес».

Значит, возможно, это конец.

⚜ ⚜ ⚜

Когда Ноа вышел из кареты, его уже ждала старшая горничная Бетти, чтобы принять вещи.

Удивившись неожиданно небрежному виду хозяина, она наклонила голову, но тут он протянул ей небольшой предмет.

— Выброси это, — приказал он.

Бетти машинально взяла вещь — и внутренне поразилась. Ведь это была та самая безделушка, с которой принц весь год не расставался.

— Да, Ваше Высочество, — ответила женщина. Она уже собиралась последовать за ним, когда позади послышался стук копыт. Ноа замер и обернулся. Горничная сделала то же самое.

На территорию въезжала красивая карета пастельных тонов. Глаза принца сузились, а лицо исказилось гримасой, когда он увидел женщину, выходящую из нее.

Да это самый длинный день в моей жизни, устало подумал он, глядя, как Изабель важно идет к нему. Он даже не потрудился отослать слуг. Лишь слегка склонил голову и пристально смотрел на нежданную гостью.

До сих пор принц был готов терпеть Изабель лишь в стенах клуба для игроков в поло. Результат той сделки оказался не самым плохим. Но ее визит к нему домой в такой час все менял. А ведь ему и так испортили настроение, отняв удовольствие насладиться парой бокалов…

Сердце Изабель бешено билось в груди, когда она шла к Ноа, не отводя взгляда от его глаз. Жребий был уже брошен — и в ее действиях, и в ее чувствах.

Одарив его кокетливой улыбкой, она остановилась прямо перед ним:

— Добрый вечер, Ваше Высочество…

— Говорите по делу. Вступления я не выношу.

Девушка на миг лишилась дара речи.

— А если ваше «дело» столь же скучно, как вступление, лучше вовсе промолчите и возвращайтесь домой. 

Ноа сбросил тонкую маску учтивости и показал истинное лицо. Каждое слово, слетающее с его губ, резало сердце Изабель, словно нож, безжалостно рубя по живому. Даже слуги, стоявшие рядом, смущенно опустили глаза, пораженные жестокостью его тона.

Изабель, до сих пор изо всех сил державшаяся, почувствовала, как глаза предательски увлажнились. Разумеется, вид ее слез только усилил раздражение Ноа.

Принц жестом отослал слуг, достал сигарету, сунул одну руку в карман и бросил слова так, словно выплевывал их вместе с дымом.

— Я ведь ясно сказал: до вашей чести мне нет никакого дела. Но если вы являетесь ко мне в дом среди ночи — так еще и позорите остатки моего собственного имени — это уже проблема. Или, может быть, вы пришли затем, чтобы провести со мной ночь?

Изабель сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони. В ее глазах горели злоба и унижение. В этом мужчине не было ни капли привязанности к ней. Хуже того — он никогда и не чувствовал ее с самого начала. Он был лишь зверем, оголяющим клыки и рычащим, когда его задевали и тревожили. И все же она не хотела отпускать Ноа Астрида. И от этого безумия сама сходила с ума.

— Проблема в том, что слухи зашли слишком далеко, — выдохнула Изабель. — Теперь больше никто не сватается ко мне.

— И что с того?

— Я хочу, чтобы вы попросили моей руки, Ваше Высочество.

Ноа фыркнул так, будто сама мысль об этом была нелепа. Изабель показалось, что ноги вот-вот подкосятся от его жестокой реакции.

— Разве я не говорил, что не возьму на себя никакой ответственности? — напомнил он.

— Я не об этом прошу.

— Тогда о чем?

— Вам надоели эти бесконечные встречи с прессой, не так ли? Я попробую остановить их. Поговорю с отцом…

Стоило ей упомянуть отца, графа Сеймура, как Ноа перебил:

— Хватит. Ступайте домой.

— Я могу помочь вам! — отчаянно воскликнула Изабель.

— И что скажете графу Сеймуру? Что я сам об этом просил?

— Нет. Но если я действительно сумею облегчить ваш график… если избавлю вас от этого бремени — тогда женитесь на мне. Не такая уж плохая сделка, правда?

Ноа расхохотался, а потом вдруг вздохнул. Принц поднял голову к ночному небу и равнодушно пробормотал:

— Пожалуй, да.

Я-то думал, она умная, а выходит, такая же дура, как и остальные. Ты правда считаешь свое предложение осуществимым, Изабель? Как твой отец вообще убедит короля Герода? Ты ведь уже не маленькая девочка, пора бы понять, что родители не способны решить за тебя все.

Черт, я ведь знал, что сделка с ней слишком хороша, чтобы быть правдой, подумал он, качая головой. Сам виноват, что поверил, будто получаю приличную выгоду за минимум усилий…

И тут Изабель с отчаянной поспешностью добавила:

— Тогда дайте мне знак! Доказательство обещания!

— Какого обещания?

— Что вы женитесь на мне, если я смогу остановить прессу.

Ноа медленно наклонил голову, глядя на нее с таким выражением, словно перед ним стояла безумная.

Изабель казалось, что она умрет от стыда, но ее толкало вперед отчаяние.

— Как насчет той серебристой вещи, что всегда при вас? Не могли бы вы отдать ее мне?

— Ты нарушила наше прежнее условие, и теперь хочешь заключить новое? Разве мы не договорились, что просто будем какое-то время сидеть за одним столом? А теперь ты просишь о браке, из всех вещей именно о нем. — Он обрушился на нее беспощадно, без малейшей улыбки, без тени сочувствия.

Тем не менее принц кивнул Бетти:

— Ну, раз уж вещь, которую ты хочешь, я и так собирался выбросить… Хорошо, бери.

 По щекам Изабель уже катились крупные слезы, но Ноа не обратил на них внимания.

— Только не вздумай городить чушь про «знак обещания». Считай это символом конца нашего короткого сотрудничества. Или, может, твоей платой за то, что приносила мне бокалы все эти месяцы.

— К… как вы могли нанести мне такое… оскорбление…

— Бетти, — позвал он горничную. — Отдай леди Изабель вещь, что я велел выбросить. Потом проводи ее.

С этими словами он равнодушно ушел прочь, не удостоив вниманием юную леди, едва держащуюся на ногах. 

Что за проклятый день, подумал он.