Контент удален!

— Гроб, в котором прощаются, и гроб, в котором хоронят, ведь могут быть разными, правда?

Услышав загадочный вопрос Джонслок, Хардтоппер лишь беззвучно открывал и закрывал рот, как золотая рыбка, выдавив из себя: «Ч-что?».

— Когда умерла мама, мистер Блэкмон заказывал два гроба. Я точно помню.

— Д-да, конечно. Их может быть два. Разумеется, нет такого закона, по которому на каждых похоронах обязательно должны использовать два гроба.

— В таком случае, как думаешь, на похоронах в семье Баронов использовали два гроба? Или один?

Хотя прочитать между строк смысл этого вопроса было всё еще сложно, Хардтоппер, как всегда, добросовестно выдал свой ответ. Он сказал:

— Семья Баронов скорее заказала бы десять гробов, чем стала бы использовать всего один.

Это означало, что вероятность использования двух гробов была больше половины, а то и все 99 процентов.

— Да при чем тут десять? Я спрашиваю, два или один.

Джонслок, которой с ходу было трудно уловить смысл его ответа, раздраженно заворчала. Хардтоппер почесал щеку и объяснил доходчивее:

— Разумеется, два, мисс. Если речь о семье Баронов, то, конечно же, два.

— Тогда где они меняют гробы после мессы, перед тем как погрузить тело в катафалк?

Это был второй вопрос, заданный с расчетом на столь же четкий ответ.

— Обычно это делают в морге в подвале похоронного бюро, разве нет?

Хардтоппер вспомнил несколько похорон, на которых ему доводилось присутствовать. Три года назад на похоронах матери Джонслок, миссис Адельман, тоже использовалось два гроба, и он помнил, что специалисты перекладывали тело в морге. В конце концов, именно в морге часто находится оборудование для безопасного перемещения окоченевших тел.

— Вот как?

Джонслок взглянула на Хардтоппера глазами, полными любопытства. С лучезарной улыбкой она выдала предложение, от которого у него похолодело внутри:

— Хе-хе, тогда давай-ка спустимся в подвал на разведку?

— Ч-чего?!

От ужаса нарушив симметрию лица, Хардтоппер всем своим видом продемонстрировал, что эта идея ему категорически не нравится, но выбора у него не было. Джонслок Адельман была наследницей «The Nation», а Хардтоппер Дуглас — человеком, нанятым для обеспечения «безопасности» этой наследницы во время её хобби.

Найти комнату, которая использовалась как морг, оказалось не так уж сложно. Стоило им миновать шумный лифт и спуститься по торжественным каменным ступеням, служившим запасным выходом из главного здания, как они наткнулись на любезно вывешенную табличку:

Подвал, 2-й этаж, западное крыло: Покойная Джейн Барон

Проникнувшись журналистским чувством долга, Джонслок решительно сжала кулаки.

— Идем.

Она ткнула Хардтоппера локтем в бок. Тот со скорбным лицом, всем своим видом показывая, что деваться некуда, обреченно кивнул.

Тихо спускаясь по каменной лестнице без перил, придерживаясь рукой за стену, Джонслок вдруг подала голос:

— Могли бы просто номера палат написать, что еще за «западное крыло»? Они что, предлагают нам под землей, куда и солнце-то не проникает, интуитивно определять, где север, а где юг?

Хардтоппер, слегка коснувшись плеча ворчащей Джонслок, удивленно вскинул брови:

— Кажется, в этом нет необходимости.

Как только они спустились на второй подземный этаж, их встретила очередная услужливая табличка. Аккуратная надпись прямо на уровне их глаз любезно сообщала, что западное крыло находится справа, а восточное — слева, не оставляя сомнений в том, куда нужно повернуть.

— Ну и ну... Не слишком ли легко мы всё находим, мисс?

— И правда. Тут даже нет людей, которые бы стояли на страже и кричали: «Сюда нельзя, посторонним вход воспрещен!» Никакой охраны. Как-то всё слишком беспечно, не находишь? Разве так можно?

Джонслок не привыкла глубоко копаться в вещах, но даже она почувствовала, что что-то здесь не клеится. Глядя на неё, с чистой, незамутненной наивностью склонившую голову набок, Хардтоппер лишь покачал головой и пустился в нравоучения:

— А кто охраняет трупы? Да и тело уже погрузили в катафалк и увезли.

— И всё же. Мало ли, вдруг какие-нибудь бродяги вроде нас проберутся сюда пошариться в поисках наживы.

— В поисках какой наживы, мисс? Если председатель Адельман услышит...

— Помолчи. Как ни крути, здесь даже мыши не видно, и от этого как-то жутковато.

— Видимо, скрывать особо нечего, вот никого и нет.

— Может, скрывать и нечего, но вдруг они забыли что-то по ошибке?

Сказав это, Джонслок хитро улыбнулась, словно игрок, которому до мата остался один ход.

— А?

— Помалкивай и просто иди за мной.

Чтобы металлические набойки не цокали по каменному полу, Джонслок шла на цыпочках. И хотя в своих туфлях на высоких каблуках она двигалась в неудобной позе, рискуя в любой момент клюнуть носом, умудрялась она это делать с грацией профессионала.

Это было жутковатое подземелье, откуда в любой момент мог выскочить призрак, и это никого бы не удивило. Подойдя к старой, потертой двери, сколоченной из широких деревянных досок, Джонслок повернула голову и спросила:

— Кажется, нам сюда?

Полная уверенности, что они пришли по адресу, она сразу же толкнула дверь.

— Удача. Открыто.

Дверь отворилась с тихим скрипом. Джонслок бесстрашно шагнула внутрь, словно к себе во двор. Видимо, автоматических датчиков движения здесь не было — сколько бы она ни махала руками, свет так и не зажегся.

Смирившись, она включила фонарик на своих умных часах. Но этот так называемый «фонарик» был лишь экраном, выкрученным на максимальную яркость, так что его хватало разве что на освещение смутных силуэтов предметов впереди.

Хардтоппер неохотно зашел в комнату следом за ней. Всем своим видом излучая недовольство, он спросил:

— Что они могли оставить здесь по ошибке?

Смерив презрительным взглядом подчиненного, которому не хватало не только чувства долга, но и элементарной интуиции, Джонслок хлопнула себя по лбу.

— Ну сам подумай! Там, где кто-то сидел или лежал, всегда остаются следы, так ведь?

— Что?

— Я хочу осмотреть гроб.

— Г-гроб...?

Волоски на затылке встали дыбом. Огромный Хардтоппер задрожал и, скрестив руки на груди, обхватил себя за плечи.

— З-зачем вам сдался этот гроб?

— Господи, чего ты так трясешься? Ты же бывший коп! Неужели тебя уволили за трусость?

Когда Джонслок усмехнулась, Хардтоппер, видимо, привыкший к подобным подколкам, невозмутимо парировал:

— Кто боится, тот дольше живет, мисс. Бесстрашные умирают молодыми. Вы в курсе, что этот собор построили двести лет назад?

— Но там же есть лифт?

— Ну так переделали изнутри. Я к тому, что этому месту двести лет. Говорят, с самого начала это была единственная похоронная контора в округе. Представляете, сколько покойников прошло через эти стены? Их тут больше, чем лет самому зданию.

— И что с того?

— А то, что один из них вполне мог стать призраком, обосноваться в этом морге и бродить по округе в поисках заблудших душ.

С этими словами Хардтоппер дурашливо поднял руки вверх, изображая привидение. Джонслок лишь цокнула языком в ответ на его плоскую шутку.

— Ох, опять ты за свое. Нагнетаешь. Мы не заблудились и давно уже не дети. И вообще, эй. Если что, Господь нас защитит. Ты что, Библию по диагонали читал?

— Мисс...!

Именно в этот момент ледяной холод морга окутал их обоих. Даже на руках бесстрашной Джонслок выступила гусиная кожа.

— Ой, что-то вдруг похолодало.

— А я вам о чем говорил? Давайте по-быстрому закончим и поднимемся наверх.

— И где он?

Подгоняемая лишенным энтузиазма Хардтоппером, Джонслок подняла левую руку, медленно освещая пространство вокруг.

— Разве не вон то?

Хардтоппер ткнул её в тощую руку и указал назад.

— А?

Гроб. Тот самый гроб для церемонии прощания, который она видела у распятия. Тот самый, чье вычурное оформление казалось ей слишком громоздким и неуместным для простого захоронения.

— Точно. Это он.

Голос Джонслок стал пугающе серьезным. Пока она мелкими шажками спешила к гробу, Хардтоппер приглушенно зашипел ей вслед:

— Мисс? Вы думаете, там правда что-то есть?

— Признавайся, ты наврал моему отцу, да? Про то, что ты бывший детектив.

— Ох, ну опять вы начинаете.

Джонслок не колебалась. Она сразу же перегнулась через край. Без капли страха сунула голову внутрь и принялась шарить руками в поисках чего-то скрытого от глаз. Глядя на это, Хардтоппер в ужасе завопил:

— А-а, вы с ума сошли?! А если какой-нибудь дух прицепится, что делать будете?!

Но, несмотря на свой писклявый крик, он не бросился ей на помощь. Наоборот, медленно попятился от гроба подальше от призраков, которые, может, и были там, а может, и нет.

Сколько прошло времени? Это были считаные минуты, но для Хардтоппера это короткое ожидание растянулось в вечность. Он как раз облизывал пересохшие губы, когда огромная тень на стене шевельнулась. Безрассудная выходка Джонслок, искавшей неприятностей на свою голову, наконец завершилась.

Словно в театре теней, перед глазами Хардтоппера развернулась картина: Джонслок что-то осторожно подняла, зажав между указательным и большим пальцами. Он судорожно сглотнул.

Джонслок медленно обернулась и так же медленно произнесла:

— На-шла.