В комнате Чеда не было окон. Ни на потолке, ни на стенах — ни малейшего намека на светильники. И это далеко не всё, чего здесь не хватало. Посреди пустой комнаты сиротливо стояла огромная кровать, а в глухих стенах виднелись лишь две двери, ведущие в смежные помещения. Вот и всё. Абсолютная пустота.

Так ведь еще загадочнее.

Джейн по очереди заглянула в обе.

Ничего особенного. За одной оказалась гардеробная с десятками одинаковых кожаных курток и штанов, а за другой — пустая ванная, от которой веяло стылой прохладой. Неудивительно, что он не горит желанием возвращаться домой.

Скептически поджав губы, Джейн присела на край матраса. Обычная кровать. Одеяло, простыни, подушки — всё точно такое же, как в её комнате.

Под кроватью обнаружился тот самый набор гантелей. Надо бы их забрать и уйти, — подумала она, но навалившаяся после изнурительной пробежки усталость взяла свое: Джейн сама не заметила, как уснула прямо поверх покрывала.

Это была ошибка.

Сколько прошло времени? Джейн резко распахнула глаза, услышав шаги. Сквозь остатки сна до неё донеслись голоса.

— Что с дверью? — раздался голос Чеда.

— Секунду, босс. Сейчас проверю, — отозвался Киллингс.

Быстрые, легкие шаги Киллингса стремительно приближались. Следом за ним, неотступно как тень, грохали тяжелые, свинцовые ботинки Чеда.

Ой, что же делать?!

Джейн в панике подскочила. Если её застукают в чужой постели — в запертой комнате, куда она пробралась в отсутствие хозяина, — возникнут крайне нехорошие подозрения.

Она лихорадочно озиралась. Проклятье, в этом старом замке даже мышиной норы нет! В таких случаях спасают портьеры, но здесь ни окон, ни штор. Не оставалось ничего другого, кроме как втиснуть свое разгоряченное после бега тело под кровать. Пожалуйста, пожалуйста, хоть бы пронесло, — мысленно взмолилась она.

Первым вошел Киллингс. Не утруждая себя обыском, он лишь окинул взглядом пустое помещение. Бегло осмотрев ванную и гардеробную, он наконец подал Чеду знак: «всё чисто».

Надо будет высказать им всё, что я думаю об их дырявой службе безопасности. Даже под кровать не заглянули, — затаив дыхание, подумала Джейн.

Мужчины негромко переговаривались у порога.

— С Брэмером связался?

— Передал ему прибыть завтра к 07:00.

— А что по съезду?

— Окончательный список гостей подтвержден. Я также разузнал о неофициальном расписании Партии Защиты Государства перед съездом.

— Что там?

— Говорят, утром у них закрытая встреча с ЦРУ. Я уже отдал приказ выяснить повестку, но докладов пока не поступало.

— Реакция на статью?

— Пока ничего, заслуживающего вашего внимания, босс.

— До съезда меньше недели. Смотрите в оба.

— Вас понял.

Закончив разговор, они разошлись. Киллингс растворился в коридоре, а Чед вошел внутрь и прикрыл за собой дверь.

Перед глазами Джейн будто рухнул плотный занавес — всё вновь погрузилось во мрак. Она ждала щелчка выключателя, но его не последовало. Отпустившее было облегчение тут же сменилось новой тревогой: как теперь незаметно выбраться?

В полной темноте слух обострился до предела. Стук ботинок четко отмерял маршрут Чеда: прямиком в ванную. Даже не притворив за собой дверь, он включил воду прямо во мраке.

Что за бред? Кто вообще моется в темноте? Вряд ли глава синдиката экономит на счетах за электричество. Тогда в чем дело?

Если подумать, Чед явно предпочитал мрак свету. Он почти никогда не снимал темные очки даже в помещении, а если и снимал, то неизменно приглушал освещение.

Мягкий свет зажегся лишь тогда, когда шум льющейся воды стих: из дальнего угла ванной поплыло туманное, бледно-желтое сияние.

Оно было настолько слабым, что едва выхватывало силуэты, но для привыкших к темноте глаз Джейн сработало как вспышка. Зажав рот ладонями, она замерла. Как ни стыдно было себе в этом признаваться, отвести взгляд она не могла.

Не в силах даже моргнуть, Джейн завороженно пялилась на обнаженного мужчину у зеркала. Все мысли вышибло разом, оставив лишь одно звенящее осознание: он пугающе совершенен.

Хищный, выверенный силуэт от макушки до пят. Широчайший разворот плеч и литой костяк. Выразительный профиль. А ниже — мощный торс, переходящий в узкую талию и литые, подтянутые ягодицы. Влажная кожа на рельефных бедрах ловила тусклый свет, соблазнительно поблескивая в полумраке.

Джейн всё ещё лежала на полу, ошарашенно замерев, когда Чед вышел из ванной абсолютно голым. Оставив позади желтоватое свечение, он миновал гардеробную и неторопливо направился прямиком к кровати.

Джейн уткнулась пылающим лицом в сложенные кольцом руки. Медленно приближающиеся шаги стихли. Она осторожно приподняла голову. Ступни Чеда замерли в паре сантиметров от её носа.

Туго натянутая кожа вокруг выступающих косточек лодыжек. Капли воды, медленно скользящие вниз по жесткому изгибу стопы. Эти тяжелые, под стать его габаритам ступни почему-то не спешили отрываться от пола. Он что, просто сел на край? Что он делает?

Скрип... Скрип.

Матрас над её головой начал едва заметно, ритмично покачиваться.

Сперва Джейн решила, что Чед просто вытирает мокрые волосы полотенцем. Но, услышав этот спертый, тяжелый выдох и низкий, сорвавшийся с губ стон, она наконец осознала, чем именно он там занимается.

Вот же больной ублюдок!..

Джейн мысленно взвыла. Надо было просто вылезти, поздороваться и спокойно уйти к себе. Придумала бы что-нибудь — в конце концов, она за гантелями пришла! Какого черта она вообще полезла под кровать?! Запоздалое раскаяние накрыло её с головой.

Теперь в мозгу билась единственная мысль: только бы не заметил. Джейн крепко зажмурилась, заткнула уши пальцами и принялась изо всех сил блюсти неприкосновенность личной жизни Чеда Барона.

◀◀◀

Стоило Чеду войти в холл, как мисс Данбаррак поспешила ему навстречу. На её лице привычно сияла вежливая улыбка, но во взгляде читалась легкая растерянность.

— Джейн спит в спальне, — сообщила она.

Бровь Чеда поверх очков вопросительно поползла вверх. Не разжимая губ, он всем своим видом продемонстрировал полнейшее равнодушие: мол, и что с того?

— В вашей спальне.

— И почему не в своей?

— Видите ли...

Экономка ровным голосом изложила суть дела. Она пошла позвать девушку на поздний ужин, пока не закрыли кухню, но в тренажерном зале её не оказалось. В поисках гостьи мисс Данбаррак заглянула в хозяйские покои — и обнаружила Джейн безмятежно спящей посреди кровати Чеда.

Чед поднял руку, обрывая объяснения экономки. Оставив её позади, он вместе с Киллингсом поднялся по лестнице. Когда они свернули в коридор второго этажа, Киллингс негромко произнес:

— Возможно, она шпионит. Могла обыскивать комнату, босс, а когда её едва не застукали — просто притворилась спящей.

— Не исключено. Хоть она и твердит, что верит мне, вопросов у неё явно накопилось с избытком.

По пути к хозяйской спальне мужчины заглянули к Джейн. Пусто. Значит, она всё ещё там. Притворив дверь, Киллингс уточнил:

— Вытащить её оттуда?

— Если спит — разбуди и выведи.

— А если прячется?

Киллингс скептически цокнул языком, прикидывая, хватит ли у девчонки наглости на подобный трюк, и хмуро констатировал: если да, то это редкостная глупость.

— Оставь её в покое.

— Что?

— Если она хочет увидеть всё — я покажу ей всё.

Зашедший на разведку Киллингс поданным знаком подтвердил, что комната «чиста», и вернулся в коридор. Одними губами, без звука, он подсказал Чеду, где именно прячется гостья.

Разыграв перед открытой дверью дежурную сценку, Чед вошел внутрь и запер замок. Обычно он принимал душ вслепую, но в полной темноте девчонка бы ничего не увидела — поэтому он намеренно оставил гореть тусклый ночник. Ровно настолько, чтобы обозначить силуэт.

Чед прекрасно её видел. Как и предсказывал Киллингс, гостья спряталась настолько бездарно, что торчала как на ладони. Чувствуя на себе её ошарашенный, неотрывный взгляд, Чед едва сдерживал усмешку.

Киллингс предупреждал, что верить Джейн пока рано, но Чед думал иначе. Перед глазами намертво отпечатался образ той изломанной, истекающей кровью женщины, которая корчилась на полу от лихорадки и хрипло звала его по имени.

— Спаси меня, Чед.

Он ведь сам обхватил её палец на спусковом крючке и предложил: хочешь выжить — стреляй. Но она отбросила оружие.

— Я... я верю вам.

Воспоминание об этом окатило тело тугой, горячей волной. Опустившись на край матраса, Чед обхватил ладонью твердеющий член и принялся размеренно, с нажимом ласкать себя, медленно и неотвратимо доводя тело до пика.