Она не собиралась задавать этот вопрос, просто это было первое, что пришло в голову. В ответ Чед легонько постучал пальцем по темным очкам.
— Разве я не сказал, что это и есть моя слабость?
— Слабость?
Та самая слабость, о которой он говорил раньше? Очки? Глаза?
Оставив этот загадочный ответ висеть в воздухе, Чед медленно поднялся со стула. Разговор был окончен, и он явно собирался уходить.
— Подождите! — Джейн тоже вскочила с места. В отчаянии подбежав к нему, она вцепилась в его руку и требовательно спросила: — Вы хотите со мной переспать?
Прошлой ночью Чед выстанывал её имя. Может, та Джейн, которую он звал, была вовсе не она, а может — и она. Сперва Джейн решила, что ей просто послышалось. Но когда её имя сорвалось с его губ во второй, а затем и в третий раз, растерянность переросла в чистую панику.
Чед, еще недавно великодушно предлагавший спрашивать прямо, теперь лишь плотно сжал губы и молча смотрел на неё сверху вниз. Потеряв терпение, Джейн спросила в лоб:
— Вы же звали меня по имени.
— ...
— Та Джейн... Это ведь было моё имя, да?
Поскольку имя было самым заурядным, не хотелось делать поспешных выводов на одних лишь подозрениях.
В этот момент Чед поднял руку. Джейн вздрогнула, подавшись назад, но его широкая ладонь легла ей на макушку и мягко погладила по волосам. Сбитая с толку этим жестом, Джейн продолжала допытываться:
— Вы хотите переспать со мной? Поэтому сделали это специально, чтобы я слышала? Вчера ночью?
Джейн и сама не понимала, зачем несет эту чушь. Но чувствовала: если прямо сейчас не получит ответ на свой безумный вопрос, то просто свихнется от любопытства.
— Одной слабости вполне достаточно.
С едва заметной, совершенно неуместной полуулыбкой Чед взъерошил ей волосы. А затем, не выказав ни капли сожаления или тепла, развернулся и вышел из столовой, будто они были абсолютно чужими людьми.
* * *
Третья мировая перекроила карту планеты. Соединенные Штаты, с трудом удерживавшие статус мировой державы, тоже не избежали катастрофических разрушений. Одержав победу с тяжелейшим перевесом, они заплатили за неё собственной столицей — обращенный в руины Вашингтон навсегда исчез со страниц истории.
Когда встал вопрос о выборе новой столицы, рассматривалось множество вариантов. В итоге подавляющую поддержку граждан получила Филадельфия — исторически первая столица молодого государства. Вскоре после войны город вышел из состава штата Пенсильвания, получив статус независимого федерального округа. Именно здесь и возвели новый Капитолий.
На самом верхнем этаже Капитолия, прямо под его куполом, располагался Большой банкетный зал.
Прозрачный свод, выполненный по технологии структурного остекления, служил главным символом Капитолия. И именно здесь, под гигантским стеклянным потолком, куда был заказан путь любым посторонним, сегодня вечером проходил съезд Партии Защиты Государства.
— А я-то губу раскатала, когда услышала про купол с видом на небо... — Смочив губы безалкогольным коктейлем, Джейн запрокинула голову. — ...Но смотреть тут решительно не на что. Одно расстройство.
Будь сейчас день — полюбовались бы небом. А ночью в этом черном стекле отражается только сам банкетный зал, — с досадой подумала она.
Брэмер, презрительно покосившись на её раскованное поведение, саркастично поддакнул:
— И не говорите. Столько усилий, даже жениться пришлось, а полюбоваться не на что.
— Вот именно.
— Может, аннулируем брак прямо сейчас?
— Какое там. Куда ни пойду, все носятся со мной как с вашей драгоценной супругой. Где бы я еще получила такие привилегии?
— И то правда. Для той, кто ползал по вентиляционным шахтам и воровал чужую одежду... это небывалая роскошь.
Джейн, беспечно разглядывавшая потолок, резко перевела взгляд на Брэмера:
— О-откуда вы об этом знаете?
Впрочем, логично: Чед или Киллингс разболтали.
— А как я мог не знать? Вы, видимо, решили, раз мы женаты, то мы на равных. Забыли, кто я такой?
Проигнорировав шпильку Брэмера, решившего напомнить о своем высоком статусе, Джейн ткнула пальцем в плавающую в бокале вишенку и невозмутимо поинтересовалась:
— А это тоже едят?
В этот момент к шепчущимся молодоженам приблизилась троица респектабельных пожилых политиков.
— Сенатор Брэмер Барон.
— Слышали, что вы сегодня будете. Рады встрече.
— Сенатор Барон, моё почтение.
Пока Джейн безучастно разглядывала гостей, за её спиной материализовался помощник Брэмера. Склонившись к её уху, он тихо подсказал:
— Слева направо: сенатор Кэтрин Литтлфилд, конгрессмен Лео Харрис, конгрессмен Обан Гарсия.
Джейн едва заметно кивнула, принимая информацию, а Брэмер тем временем расплылся в дежурной улыбке и поочередно пожал вошедшим руки.
— Давно не виделись, уважаемые коллеги. Кажется, со времен слушаний по «Акту об усилении договора о взаимной обороне между США и государством Сисирио» мы не встречались.
— Несколько месяцев пронеслись как один миг. Время летит незаметно.
— Ох, и не говорите. Кстати, наслышана о вашей женитьбе. Это и есть ваша избранница?
Брэмер сдержанно поклонился. С присущим ему светским лоском и красноречием он официально представил супругу.
Джейн изобразила легкое смущение и нарочито поправила висящий на шее кулон со встроенной микрокамерой, незаметно развернув линзу прямо на собеседников.
— Рада знакомству. Меня зовут Джейн Барон.
Политики, засыпая новоиспеченную миссис Барон вежливыми вопросами, один за другим попадали в фокус — каждого Джейн удерживала в объективе ровно по три секунды.
Пока длился этот обмен любезностями, картинка с кулона Джейн и галстучной булавки Брэмера в прямом эфире уходила на внешние серверы.
Сигнал принимала аналитическая группа Макбрайда под командованием Киллингса. Развернув штаб на одном из нижних этажей Капитолия, техники фильтровали сырой видеопоток и гнали очищенные пакеты данных дальше.
Микровыражения лица, пульсация зрачков, скачки температуры тела, считываемые тепловизором — весь этот массив биометрии в реальном времени прогонялся через алгоритмы федералов.
Откланявшись троице, Брэмер и Джейн обернулись: прямо к ним шел сгорбленный седой джентльмен.
— Брэмер Барон.
Глубокий, исполненный достоинства голос сорвался с тонких, изрезанных морщинами губ. Брэмер мгновенно обернулся и просиял самой искренней, теплой улыбкой:
— Я как раз собирался подойти и засвидетельствовать вам своё почтение. Как ваше здоровье?
Помощник снова незаметно шепнул Джейн:
— Это Фишер Ром, председатель Партии Защиты Государства.
При слове «председатель» Джейн удивленно приподняла брови — и в ту же секунду Фишер Ром мазнул по ней тяжелым, цепким взглядом.
— Мог бы и предупредить заранее, — медленно, веско роняя слова, произнес Фишер.
Брэмер, без труда считав подтекст, гладко парировал:
— Каюсь, сэр. Но, как показывает опыт, стоит раструбить о планах заранее, как всё обязательно идет наперекосяк.
— И то верно. Над Баронами вечно висит какой-то злой рок, так что паранойя вам к лицу... — Голос Фишера утих. Поправив очки костяшкой пальца, он негромко закончил: — ...А раз уж вы теперь такие осторожные, передай Чеду: пусть почаще смотрит по сторонам.
Чед? Джейн невольно вздрогнула. Имя, которое меньше всего ожидаешь услышать на официальном приеме, всплыло абсолютно без повода.
— Милая, я же просил не налегать на спиртное на пустой желудок, — ласково пожурил её Брэмер, забирая бокал и незаметно подмигивая. Молниеносная реакция хищника, привыкшего жонглировать десятком масок.
— Ох... Что-то и правда повело, Брэмер. Наверное, бармен переборщил с джином.
Джейн торопливо натянула обратно маску наивной дурочки, подыгрывая мужу. Хотя замазать ту секундную вспышку узнавания, которую она только что выдала старику, было уже невозможно.
— Тогда прошу нас извинить на минуту.
Брэмер отвесил Фишеру легкий кивок, взял Джейн под руку и спешно увел её из банкетного зала.
Выцветшие, мутные глаза старика неотрывно буравили спины уходящей пары, пока те окончательно не растворились в толпе. Убедившись, что они скрылись, Фишер раздраженно сдвинул очки на кончик носа. Его тонкие губы едва заметно дрогнули в тихом старческом бормотании:
— Сняли?
Сквозь тихое шипение статического электричества в его микронаушнике прорезался низкий, ровный мужской голос:
[Отличная работа, сэр.]
✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению! ➡️ Fableweaver