Это была угроза: если Джейн не сделает выбор, пока он считает до трех, Киллингс застрелит Сару. Либо она сама стреляет в дверь и спасает медсестру, либо выдает свою настоящую личность — абсолютно абсурдная задачка, призванная проверить, сможет ли она выбить жизнь для этой женщины.

— Ах, х-х...

В панике Джейн крепко стиснула зубы. В мгновенно покрасневших глазах скопилась горячая влага.

— Один.

Загнанное в угол сознание отключилось, и наружу вырвалось подсознание. С того самого момента, как ладонь ощутила знакомую тяжесть рукояти, Джейн уже не контролировала себя. Моторная память, надежно запертая в мозжечке, проснулась и взяла управление телом.

Она отвела правую ногу назад, а левую выставила вперед. Вытянув худые руки прямо перед собой, она затаила дыхание. Когда стойка застыла, словно гранит, она напрягла запястья, поймала дверную ручку в прорезь целика ровно над мушкой и выровняла их на одной линии. Ее поза была столь же безупречной, как и у Киллингса.

— Два.

Она плавно потянула спусковой крючок. Указательный палец ощутил легкое сопротивление — около килограмма. Спуск подался на шесть миллиметров. Курок отошел назад, внутренний предохранитель отключился.

По всему телу разлилось до боли знакомое ощущение. Полностью отдавшись ему, подсознание Джейн дожало крючок до конца. Преодолев давление в 2,2 килограмма, взведенный курок сорвался. Боек ударил точно в центр капсюля на донце гильзы, воспламеняя порох.

Бах-!

Выстрел грянул еще до того, как Чед произнес «три». К счастью, голова Сары не разлетелась на куски.

Оглушительный грохот, едва не разорвавший барабанные перепонки, сотряс коридор. Пуля, вытолкнутая стремительно расширяющимися газами, пронеслась по короткому стволу и в мгновение ока достигла цели.

Всё произошло за долю секунды. Свинец пробил дверную ручку, в которую целилась Джейн, и исчез по ту сторону коридора.

В нос ударил резкий запах сгоревшего пороха. Ощущая остаточную отдачу в запястьях, локтях и плечах, Джейн, сама того не осознавая, выполнила следующую последовательность действий.

Она убрала указательный палец со спусковой скобы и извлекла магазин. Невероятно естественным движением проверила, пуст ли патронник, и опустила пистолет на уровень пояса. Отведя ствол в сторону, произвела контрольный спуск, чтобы окончательно убедиться, что патронов не осталось.

Всё это Джейн проделала бессознательно, двигаясь как робот, выполняющий заученную программу.

Трое мужчин, наблюдавших за ней, потеряли дар речи. Сара хранила молчание, но в глубине души она уже приготовилась к смерти; поэтому, когда пришло осознание, что она жива, мышцы рефлекторно расслабились, и она обмочилась. Горячая моча пропитала штаны и стекла на пол, образовав небольшую лужу.

Повисла леденящая кровь тишина.

Вскоре к Джейн вернулось сознание, и она широко распахнула глаза. Увидев, что дверная ручка, в которую она целилась, разворочена и смята, она не поверила своим глазам и прерывисто задышала пересохшим горлом:

— Ха-а, ха... А, а?

Напряжение спало, и Джейн, подогнув колени, рухнула на пол.

Чед, наблюдавший за этим, тоже был удивлен, хоть и не подал вида. Подойдя к Джейн, он наклонился и забрал пистолет из ее вспотевших рук. Вставил обратно сброшенный ею магазин и убрал оружие в кобуру.

— Говорят, они перерыли все местные и международные базы Бюро расследований, собрали информацию по всем сетям, но нет абсолютно ничего, что указывало бы на твое существование.

Чед снял наушники, которые неизвестно когда успел надеть, и вытащил беруши.

— Если даже ты сама себя не знаешь, и мир о тебе не знает...

— ...

— С чего же мне начать поиски твоей личности.

Он не повысил тон в конце фразы. Это не было вопросом.

В ушах Джейн всё еще стоял звон от оглушительного выстрела. Удаляющийся Чед бормотал что-то еще, глядя на нее, но звуки сливались в сплошной гул, и она больше ничего не разобрала.

Когда она очнулась в пустой палате, страха не было. Сара Стула заботилась о ней, затем пришел врач по фамилии Миллер, осмотрел ее и сказал, что тело в порядке. Из-за этого она наивно полагала, что память вот-вот вернется.

По легкому жесту Чеда свет в коридоре снова потускнел. Закончив свои дела, он сунул руку в задний карман облегающих кожаных брюк и зашагал прочь. Его длинные ноги надменно перекрещивались при ходьбе, и вскоре он скрылся за поворотом. Несмотря на свои габариты, этот подавляющий человек двигался абсолютно бесшумно.

Когда Чед исчез, плотность воздуха изменилась. Давление, сдавливающее грудь, и нехватка кислорода, вызывающая головокружение, внезапно пропали, и всё вернулось в норму.

Пока расфокусированный взгляд Джейн блуждал в пустоте, Киллингс, Мондейл и рыжая тоже ушли. В пропитанном порохом коридоре остались только Джейн и Сара.

* * *

Дни сменялись ночами. Наблюдать за игрой красок на небе было роскошью, недоступной для запертой в палате Джейн. Она засыпала и просыпалась бессчетное количество раз, ориентируясь лишь на включение и выключение потолочной лампы.

Сколько еще мне тут торчать.

Распорядок дня в унылой бетонной коробке оставался неизменным. Вскоре после того, как загорался свет, железная дверь открывалась, и появлялась Сара. С привычной мягкой улыбкой она измеряла и записывала показатели.

После ухода медсестры приносили еду. На завтрак — овсянка с фруктами, на обед — сэндвич с ветчиной или индейкой, на ужин — кусок мяса с овощами. Порции всегда были ровно такими, чтобы просто не умереть с голоду.

Доктор Миллер заходил раз в день, Сара — трижды. Дни тянулись безжалостно, один за другим, и жизнь казалась абсолютно монотонной.

Однако взгляд Джейн с каждым днем медленно менялся. Временами в ее глазах вспыхивал хищный блеск, словно у гончей собаки. Эти вспышки становились всё чаще, а длились всё дольше.

— О чем вы в последнее время так напряженно думаете?

Разумеется, Сара первой заметила перемену в ее настроении.

— Каков механизм потери памяти? — спросила Джейн.

— В основном это травмы головы — то есть физические повреждения мозга — либо психогенные факторы. Могут быть и другие причины, но это основные.

Доктор Миллер ясно сказал, что у нее нет ни кровоизлияния, ни перелома черепа.

— Сколько еще мне тут сидеть взаперти?

— Кто знает?

— А те ублюд... То есть те мужчины, которые приходили? Они один раз всё выпытали и на этом конец?

— Они очень занятые люди. Я и сама тогда видела их вживую в первый раз.

— Вы говорили, что находитесь здесь около десяти лет?

— Если точнее, десять лет и, дайте подумать... уже восемь месяцев.

— Вы тоже здесь в плену?

В ответ на серьезный вопрос Сара тихо рассмеялась и мягко покачала головой.

— Вовсе нет. Я нахожусь здесь потому, что сама этого хочу, потому что Макбрайд — моя семья.

При этих словах Джейн помрачнела и резко возразила:

— Какая же это семья? Вы ведь чуть не умерли.

— А? Чуть не умерла?

Сара недоуменно склонила голову набок.

— Я вас чуть не убила! И эту смертельно опасную ситуацию специально подстроил Че... Босс Макбрайда, которого вы называете своей семьей!

Глядя на Джейн, повысившую голос от разочарования, Сара на мгновение замолчала. Спустя некоторое время она снова заговорила:

— А ведь и правда, вы спасли мне жизнь... Ничего не знающая, потерявшая память Джейн Доу. Вам специально внушали, что я преступница, чтобы вы не мучились угрызениями совести, если случайно застрелите меня. Но вы не совершили ошибки и пощадили меня.

— Вы тоже член Макбрайда?

— ...О Боже, я ведь так и не выразила вам свою благодарность.

Сара, до этого смотревшая в пол, подняла глаза. Прямо посмотрев на Джейн, она растянула губы в непроницаемой улыбке.

— Плата за жизнь... Как мне вернуть вам долг?

Джейн вздрогнула и внимательно посмотрела на медсестру. Это было неожиданное предложение, и ей нужно было понять — шутка это или всерьез.

— Вы, кажется, совершенно мне не верите.

— ...

— Вы спасли мне жизнь, поэтому и я, ровно один раз...

— ...

— Рискуя собой, выполню всё, что вы пожелаете, Джейн. Так я верну свой долг, верно?

Закончив осмотр, Сара мягко улыбнулась и начала собирать инструменты.

— Пока мы находимся здесь вместе, если вам что-нибудь придет в голову, дайте знать, чем я могу помочь. Что бы это ни было, я обязательно всё выполню, даже если мне придется пожертвовать собой.