Акт №8. Учёный империи.

Однажды богатый и влиятельный человек, мечтавший стать частью сената, устроил званый ужин и пригласил на него действующих сенаторов. И в разгар торжества обратился к Маркусу с вопросом: «Какими качествами нужно обладать, чтобы заниматься политикой?»

Маркус ответил: «В моём случае было достаточно лишь двух вещей – силы интеллекта и чувства равновесия. Если у вас есть эти качества, вы имеете право заниматься политикой.»

Люди восторженно захлопали в ладоши, хотя, по сути, это было просто хвастовством. В Арманской империи не было никого, кто мог бы сравниться с Маркусом, известным учёным, по уровню интеллекта. Его чувство равновесия также не имело себе равных. Утверждали, что он обладает лучшим чувством политического баланса, чем любой другой сенатор в истории.

Таким образом, его слова можно было интерпретировать так: «Лишь я имею право заниматься политикой.»

Независимо от того, смог ли догадаться об этом вопрошавший, он тоже принялся аплодировать и выражать своё восхищение Маркусом. Однако, чтобы убедиться, что понял ответ верно, он задал ещё один вопрос:

«Вы действительно выделили самые нужные качества! Я очень впечатлён! Тогда скажите, господин Маркус, кто по вашему мнению, соответствует этим критериям лучше всего? Разумеется, кроме вас и других сенаторов.»

Он полагал, что Маркус укажет на него. Поэтому с предвкушением и надеждой уставился на собеседника.

Однако Маркус удивил, назвав имя человека, которого даже не было среди гостей: «Вы хотите знать, кто, помимо сенаторов, наиболее предрасположен к политике? Насколько мне известно, сейчас в Армане есть только один такой талант. Это Сулла.»

Улыбка вопрошавшего слегка увяла. Однако опровергнуть собеседника он не мог. В конце концов, Сулла уже в юном возрасте стал командующим третьего Арманского корпуса – этот факт неоспорим.

Но последующие слова Маркуса потрясли всех: «Вот только Сулла, пожалуй, даже слишком талантлив. Обладай он лишь знаниями и чувством равновесия, он был бы идеален. Но в нём также присутствуют пылкий боевой дух и характер настоящего героя. И в этом заключается его проблема. Однажды эти переполняющие Суллу таланты могут его погубить.»

Маркус, словно сожалея, поцокал языком. Люди же были шокированы. Проблема не в отсутствии таланта, а в его избытке? Подобное изречение им пришлось слышать впервые.

Описываемая встреча состоялась четыре года назад, следовательно уже через полгода зловещее предсказание Маркуса сбылось.

Шесть месяцев спустя, словно подтверждая его изречение, Сулла оказался в ямах рабов. Неожиданное вторжение в Колом и сокрушительное поражение стали для него роковыми.

Несмотря на то, что для Суллы всё закончилось печально, этот инцидент ещё сильнее укрепил репутацию Маркуса.

Когда-то Маркус похвалил ещё совсем юного Суллу, сказав, что видит в нём потенциал великого полководца. Его предсказание сбылось, и тот стал командиром корпуса.

А затем он предсказал, что Суллу погубит его талант. И, словно по велению Небес, Сулла пал.

Люди восхищались проницательностью Маркуса, которая, как им казалось, превзошла все человеческие пределы. Теперь он стал настоящей иконой. Единственным политиком, которого почитали и уважали как в сенате, так и среди арманского народа. Человеком, способным одним движением языка управлять огромной империей.

Сегодня Маркус опять задержался в сенате допоздна. Как обычно, сразу после заседания он направился в сенатскую библиотеку, где и засиделся до ночи, погружённый в книги.

Маркус очень любил книги и ценил эту библиотеку. Одна мысль об огромном количестве собранных здесь томов заставляла его сердце биться чаще.

Их действительно было много. Как и ожидается от библиотеки сената, которым гордится империя, она, безусловно, была лучшей по размерам и сохранности книг. Здесь хранились не только произведения Арманской империи, но тексты из Ноаба, Луана и даже альянса Градун.

Маркус умел читать на языках многих стран мира. В последнее время его особенно увлекли книги королевства Тругель. Связано это было с тем, что после стремительного возвышения альянса Градун он предвидел возрождение культа Кроноса.

Маркус наткнулся на книги о Тругеле, когда стал изучать происхождение и доктрины культа Кроноса. Неожиданно для себя он нашёл учение культа довольно занятным и сложным. И, что удивительнее всего, весьма разумным.

Выяснилось, что в основе религии Кроноса лежал обычай, воспевавший плодородие и плодовитость. Хотя, конечно, это относилось скорее к давнему прошлому, чем к моменту падения культа.

Ещё одним поразительным открытием стало то, что у религии Кроноса обнаружились глубокие корни. Насколько знал Маркус, наиболее древние мировые религии зародились в культах Амека и Лу. Как ни прискорбно ему это было признавать, но пантеон Арманской империи возник много позже.

Ноабский бог Амек. Луанский бог Лу.

Истоки посвящённых этим двум божествам религий теряются в глубине веков. Трудно даже представить, как древние люди смогли создать столь грандиозные учения!

Сегодня его ждал новый шокирующий факт. История культа Кроноса, ныне печально известного как ложная и злая религия, оказалась столь же древней, как и два выше упомянутых учения!

Последователи культа Кроноса мелькали в исторических хрониках с таких времён, что трудно было даже сказать, когда именно это началось. Но они тоже безусловно намного опередили религию Армана. И это стало поистине невероятным открытием.

«Ох, уже полночь? Вот это я засиделся!»

Погрузившись в чтение, он забыл обо всём и не заметил, как наступила полночь. Большие песочные часы, стоящие у стола, свидетельствовали о потраченном времени.

Поскольку Маркус не был женат, то никто не мог осудить его за позднее возвращение. Тем не менее, чрезмерное увлечение книгами тоже может нанести вред здоровью.

Возможно, в молодые годы он считал иначе, но в нынешнем возрасте ему был необходим полноценный отдых. Поэтому вернуться к увлекательному чтению Маркус решил уже завтра.

Быстро собрав вещи, он оставил библиотеку. Дорога до его особняка у Семи холмов занимала около получаса. А если прогулочным шагом – то около сорока минут.

Маркус медленно шёл по ночной дороге, наслаждаясь прохладой ночного воздуха.

«Как всё-таки полезно чтение книг!» – размышлял он. – «Как же здорово провести целый день в прохладе библиотеки, а после, когда жара спала, возвращаться домой. Ночной ветерок бодрит, в небе сияют яркие звёзды… эх! Нынешней молодёжи не понять этого счастья!»

Он цокнул с лёгкой досадой языком, не одобряя того, что современные люди пренебрегают книгами.

Имелись и другие вещи, которые были Маркусу не по душе. Например, его хмурую мину регулярно вызывали сенаторы, взявшие моду разъезжать в роскошных паланкинах.

«Паланкины! Терпеть их не могу! И не только потому, что они пришли к нам из Ноабской империи. Они ведут к уничтожению наших собственных прекрасных обычаев!»

Маркус испытывал глубокое неприятие к паланкинам. Дело в том, что они – символ абсолютной власти. А идея абсолютной власти императора противоречила самому существованию арманского сената.

«Сенаторы не понимают этого и ездят на своих паланкинах, важничая и задирая носы!»

Внезапно Маркуса захлестнула злость, и он с силой пнул попавшийся на пути камешек. И, пока невольно следил за его полётом, внимание учёного привлекли две странные тени.

Стоило Маркусу их обнаружить, как тени быстро направились в его сторону. В их руках, как ему показалось, находились какие-то короткие орудия.

Этот респектабельный район соседствовал с Семью холмами, где располагались сенат и храмы, поэтому факелы здесь стояли часто. Их света было достаточно, чтобы хорошо обозревать окрестности, иначе он бы не заметил подозрительных личностей.

Абсурд! Что эти люди забыли у Семи холмов?!

Сердце Маркуса кольнуло недобрым предчувствием, а на спине выступил холодный пот.

«Кто такие?!» – рявкнул громкий голос, отозвавшийся лёгким звоном в ушах сенатора.

В следующее мгновение позади Маркуса образовались несколько воздушных потоков, стремительно ринувшихся вперёд. Это была его незримая охрана.

Шу-уу! Шу-у!

Четверо охранников, облачённые в чёрное, со скоростью ветра устремились к подозрительным людям.

Почти одновременно с этим по обеим сторонам от Маркуса и позади него стальной стеной выросли силуэты трёх крепких воинов. Они возникли внезапно, словно рыбы, выпрыгнувшие из воды, и тотчас образовали вокруг сенатора равносторонний треугольник.

Тем временем подозрительные фигуры повели себя ещё более подозрительно.

«Он не один!» – донёсся крик, свидетельствовавший о том, что злоумышленники не знали о сопровождении Маркуса. После чего они резко развернулись и бросились наутёк, причём, с весьма приличной скоростью.

«А ну стоять!» – четверо охранников ускорились, последовав за ними.

Возможно, было бы преувеличением сравнить случившееся с ударом молнии, однако произошло всё очень быстро. Моргнувшие глаза не успели открыться, как все исчезли: и злоумышленники, и их преследователи.

Остались только Маркус и три охранника, которых Меч божий Тевеус приставил к нему. Способности их были настолько велики, что обычно они оставались незаметны. Маркус даже не был уверен, что они вообще существуют, поскольку никогда не видел следов их присутствия.

Но стоило только приблизиться злоумышленникам, как они появились, точно по волшебству, и остались его сопровождать!

От этого на сердце у Маркуса стало легче. Он ощутил благодарность к Тевеусу.

«Похоже, он и впрямь обучал этих стражников лично! Как он и обещал, они действительно охраняли меня, словно призраки!»

Мысли Маркуса обратились к старому другу. Несмотря на разницу в возрасте, Маркус и Тевеус дружили давно. Один правил империей в здании сената, другой защищал её, командуя армией. Обоих поистине можно было назвать столпами Армана.

Тевеус заверял, что при подготовке охранников он во многом опирался на опыт Ноаба. Вероятно, подсмотрев у Горного старика Аль Джаиса его метод подготовки ассасинов.

Тевеус долгое время противостоял Горному старику, поэтому неудивительно, что он успел изучить ассасинов и выстроить собственную систему подготовки неуловимых, как тени, бойцов.

Ощутив любопытство, Маркус обратился к одному из сопровождающих: «Можно задать вопрос? Как вы узнали, что эти люди пришли за мной? Вы следили за мной всё это время?»

Боец по правую от него руку просто кивнул.

Глаза Маркуса расширились, и он переспросил: «Вы следите за мной всегда? Даже на территории сената? Даже когда я встречаюсь с другими людьми?»

Сопровождающий опять кивнул.

Маркус недоверчиво покачал головой. Сейчас всё казалось таким абсурдным! Ему даже в голову не приходило, что за ним постоянно наблюдают.

Допустим, что он их не замечал, потому что стражники всегда находились у него за спиной. Но как им удавалось укрываться от взоров тех бесчисленных людей, с которыми он вёл беседы?!

«Фью-ух, просто потрясающе! Звучит, как одна из историй архимага Немес! Настоящее волшебство!» – восхитился Маркус.

Несмотря на похвалу, лица сопровождающих оставались сосредоточенными, а всё их внимание было приковано к контролю за окружением.

Четверо охранников, погнавшихся за злоумышленниками, всё ещё не вернулись. Похоже, с поимкой нарушителей возникли трудности. Слишком хорошо бегают?

Выждав ещё и не найдя других признаков опасности, Маркус медленно двинулся дальше. Охрана по прежнему его сопровождала, сохраняя построение треугольником.

Пока охранники оставались невидимыми, Маркус не замечал их присутствия, но теперь, шагая в их окружении, чувствовал себя немного неуютно.

«Это не слишком приятное чувство. Как-то… угнетает что ли? К тому же, гулять по ночным улицам, предаваясь размышлениям – это одно из моих любимых занятий. А теперь этому создают помехи!»

Препятствовать размышлениям Маркуса – это серьёзный проступок. Ведь его мысли часто определяют ключевые решения, которые задают направление развития всей Арманской империи.

Поэтому один из сопровождающих с серьёзным лицом ответил: «Простите. Прошу, не обращайте на нас внимания, продолжайте размышлять!»

Однако его вежливость показалась Маркусу нелепой: «Не говори ерунды! Размышлениям невозможно предаться принудительно! Тем более, когда рядом идут невольные слушатели. Это как если сидишь на толчке, а рядом кто-нибудь…»

Тут лицо Маркуса перекосило. Внезапная мысль заставила его остановиться и закричать: «А ну отвечайте – вы же не следите за моими действиями даже там?! В-верно?..»

Стоило ему повысить голос, как трое его охранников застыли, словно каменные изваяния.

Лицо Маркуса пожелтело.

«П-проклятье! Они следят за мной даже в туалете!»

Накатило предчувствие огромных проблем. От былой благодарности к Тевеусу не осталось и следа. Совсем даже наоборот…