Огромные железные ворота медленно открылись, и на территорию Хваёнгака въехали роскошные автомобили. Охранники у ворот как один согнулись в 90-градусном поклоне и оставались в таком положении, пока не проехала последняя машина.

Черные седаны, соблюдая одинаковую дистанцию, двигались по извилистой асфальтированной дороге. Процессия напоминала черную змею. По обеим сторонам дороги раскинулся густой лес, и когда мимо проезжали машины, вспугнутые птицы взмывали в небо.

Пэк Са Гём ждал гостей перед особняком. Выражение его лица было расслабленным. В то время как у стоящего рядом Сим Хёка, хоть он и сохранял покерфейс, взгляд был жестким и напряженным.

В это же время. Рю Ан, стоя на коленях на полу в кабинете, по приказу переписывала книгу. В этой книге снова шла речь о каких-то странных внутренних органах, и от обилия иероглифов ругательства сами срывались с губ.

— …Мерзавец. Чтоб ты нос себе разбил.

Было обидно и горько. Когда она хвалила его за красоту, он радовался и улыбался, так почему вдруг взбесился и решил её наказать? Она сама виновата, что на мгновение забыла: он переменчивый и злой, как ядовитая змея.

Что? Я ему нравлюсь?

Да ни в жизнь. Он явно не отличает слова «нравиться» от «ненавидеть».

«Что? Думала, ты особенная, раз я без тебя не могу нормально спать и хожу как вареный?»

Просто смешно. И когда это он ходил как вареный? Этому человеку, прежде чем читать анатомию, нужно заново изучить толковый словарь.

Рю Ан крепко сжала шариковую ручку. Ей хотелось плакать. Она чувствовала себя дурой из-за того, что на несколько дней почувствовала к нему близость и расслабилась.

Возможно, он был прав: она на какое-то время попала в иллюзию, что стала для него кем-то особенным. Разве можно было не зазнаться, услышав, что благодаря ей у молодого господина семьи Хва Ён прошла бессонница?

Но это была её иллюзия, а не его. Иллюзия, что он может быть хорошим человеком. Иллюзия, что он, возможно, не такой уж страшный и высокомерный монстр.

— У-ух… Как только накоплю денег, свалю из этого дома.

Пыхтя от возмущения и продолжая строчить ручкой, Рю Ан покосилась на балкон. Снаружи доносились звуки подъезжающих одна за другой машин.

Неужели приехала семья Хва Ён? Рю Ан воровато огляделась, осторожно поднялась и на цыпочках подошла к французским окнам.

Приоткрыв дверь и выскользнув наружу, она оказалась на просторном балконе. По краям мраморных перил стояли большие кадки с цветами. Скорчившись за одним из горшков, Рю Ан выглянула сквозь перила вниз.

— Вон они.

Перед Пэк Са Гёмом вереницей остановились черные седаны. Он улыбался своим безупречным лицом, словно и не грубил ей совсем недавно.

В этот момент из первой машины первыми вышли телохранители. Одетые в строгие черные костюмы, они с солдатской выправкой заняли позиции и окинули взглядом территорию.

Как только телохранители расставились по местам, задняя дверь машины открылась. Оттуда, прихрамывая на одну ногу и опираясь на трость, медленно вышел молодой мужчина с недовольным выражением лица.

— Рад меня видеть? Брат соизволил приехать в такую даль, чтобы любезно поздравить тебя с днем рождения.

Первый молодой господин, Пэк Са Джун.

Он выглядел на несколько лет старше Пэк Са Гёма, у него было красивое лицо, но косой и циничный взгляд.

Глаза Рю Ан расширились. Она впервые об этом слышала. Но Пэк Са Гём встречал брата с невозмутимым лицом.

— Мог бы и не приезжать. Лучше бы прислал в подарок свою вторую ногу. И до моего дня рождения еще больше полумесяца.

— Брат должен поздравить первым. Мой трусливый братик, который не может спать, боясь, что ему приснится мама… Аж сердце кровью обливается при мысли о том, как сильно ты сейчас по ней скучаешь.

— Каким бы трусом я ни был, до тебя мне далеко. Куда мне до того, кто нанимает шпионов, потому что боится убить меня своими руками.

Пэк Са Гём мило улыбнулся. Лицо Пэк Са Джуна исказилось, и он злобно уставился на младшего брата. Между ними пробежала ледяная искра.

В этот момент открылась задняя дверь второй машины.

— Прекратите.

Показался председатель Пэк.

— Вы что, собираетесь грызться даже в моем присутствии?

На вид ему было чуть за семьдесят, его волосы были абсолютно седыми, но взгляд оставался острым и проницательным.

В плотно сжатых губах читался упрямый характер, а фигура, облаченная в осовремененный традиционный костюм, хоть и была невысокой, производила впечатление крепкой и внушительной.

Атмосфера мгновенно разрядилась. Пэк Са Джун с сожалением метнул на брата мрачный взгляд, а Пэк Са Гём с почтительным лицом поклонился отцу.

— Добро пожаловать.

Председатель Пэк, ничего не ответив, прошел мимо него.

Пэк Са Джун саркастично фыркнул и легонько постучал тростью по задней двери последней машины.

— Чего застыли. Дверь не откроете?

Как только прозвучал ледяной приказ, слуги бросились открывать дверь.

Из последней машины вышла молодая женщина с мальчиком лет четырех. По-видимому, мадам и третий молодой господин.

— Второй братик! Второй братик!

Мальчик в маленьком костюмчике, озираясь по сторонам, радостно засмеялся и побежал к Пэк Са Гёму. Но женщина тихонько удержала ребенка за руку.

— Стой спокойно, Сын У. Второй брат очень болен. Нельзя его трогать.

Её голос был мягким, но в то же время агрессивным.

Женщина в жемчужном ожерелье и элегантном западном костюме, на вид ей было около двадцати пяти, обладала соблазнительной внешностью, но выражение её лица было холодным и строгим.

«…Кажется, я её где-то видела».

Рю Ан склонила голову набок. Как только она об этом подумала, женщина подняла глаза и посмотрела на второй этаж.

Испуганная Рю Ан мгновенно спряталась за кашпо. Сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Неужели заметила? Но женщина быстро отвела взгляд.

— Давно не виделись, матушка.

Пэк Са Гём улыбнулся женщине.

— Спасибо, что так меня называешь.

Женщина фальшиво улыбнулась и вместе с сыном вернулась к председателю Пэку. От её спины, казалось, исходил ледяной холод.

Рю Ан, скрестив руки на груди, наблюдала за этой сценой. Где же я её видела? Вроде бы вот-вот вспомнит, но ничего на ум не приходило.

Нужно было срочно уходить. Если её поймают за подслушиванием, она буквально может лишиться головы.

Рю Ан быстро покинула балкон и, как ни в чем не бывало, плюхнулась на живот посреди кабинета, сжимая в руке ручку. Сердце бешено колотилось.

***

Столовая была обставлена с изысканной роскошью. Огромная хрустальная люстра сияла под потолком, а в центре величественно возвышался длинный стол из красного дерева.

Рассадка семьи заняла некоторое время. Председатель Пэк занял место во главе стола, мадам с ребенком сели по одну сторону, а Пэк Са Джун и Пэк Са Гём — напротив них. Слуги бесшумно закончили сервировку и разложили салфетки.

— Этот дом по-прежнему поражает своим убранством.

Сказал председатель Пэк, оглядывая дорогие картины на стенах.

— Я старался поддерживать его в таком виде, чтобы вам понравилось, отец.

Почтительно ответил Пэк Са Гём. Услышав эти слова, Сын У с горящими глазами замахал руками.

— Мне тоже нравится! Дом такой блестящий!

— Тебе нравится?

Пэк Са Гём мягко улыбнулся. Сын У радостно закивал.

— Угу! А мама говорила, что в доме у братика живут призраки. Но тут совсем не страшно! Всё блестит и красивое!

Атмосфера за столом мгновенно заледенела. Брови председателя Пэка поползли вверх, а принимавший еду Пэк Са Джун с интересом наблюдал за ситуацией, с трудом сдерживая смех. Женщина поспешно одернула ребенка.

— Сын У, когда это мама такое говорила.

Пэк Са Гём, глядя на мачеху, мило и безупречно улыбнулся.

— Оставьте его. Дети могут и такое сказать. Да он и не ошибся.

— …….

— Мне вот только интересно. Призрак — это вы обо мне? Или о моей покойной матери?

Сняв пиджак и повесив его на спинку стула, Пэк Са Гём выглядел безупречно. Рукава белой рубашки были закатаны до локтей, открывая предплечья в свете белых ламп, а рука, сжимающая бокал с водой, была длинной и красивой.

Он ласково улыбался, но его взгляд был ледяным. Женщина вместо ответа отвернулась и сделала глоток вина.

В гнетущей тишине слуги начали бесшумно подавать еду.

Первым блюдом стала закуска из свежих устриц с черной икрой. Изысканно украшенное блюдо на маленькой серебряной тарелочке выглядело как произведение искусства.

— Как идут дела в последнее время?

Председатель Пэк непринужденно сменил тему. Пэк Са Джун, ковыряясь вилкой в устрице, равнодушно, подперев подбородок рукой, ответил:

— Всё идет гладко. Расширение завода в районе Чхонним тоже идет по графику.

— А местные не бунтуют?

— Никак нет. Мы заткнули рты всем недовольным пачками купюр.

Пэк Са Джун ухмыльнулся. В его голосе не было ни капли серьезности, сплошная расхлябанность.

Казалось, этот ужин его совершенно не интересует. Даже когда подали основное блюдо, его взгляд блуждал по комнате. Как будто он что-то искал.

— В последнее время было много шума из-за проблем со сточными водами. Никакие организации не пытались придраться?

— Депутат Ким Ён Тхэ сдох, так что это немного доставило головной боли, но ничего страшного. Мадам Чху взяла всё в свои руки и усердно работает над этим.

Пэк Са Джун и на вопрос женщины ответил сухо, его острый взгляд скользил только по служанкам. Он внимательно провожал глазами каждое движение горничных, разносящих еду.

— А у тебя тут много красивых горничных.

Сказал Пэк Са Джун, отрезая кусок бараньей корейки с травами, и с сальной улыбкой повернулся к Пэк Са Гёму.