Его губы были такими же мягкими и теплыми, как вчера. Рю Ан медленно подняла руки и положила ему на плечи. Но отталкивать не стала. Лишь осторожно сжала его воротник. Её руки слегка дрожали.

Пэк Са Гём, закрыв глаза, неподвижно прижимался к её губам. Это было тихое, осторожное движение, словно сорвавшийся на ветру лист медленно опускался на землю.

И этот, казалось бы, незначительный жест медленно растопил Рю Ан. Все её ночные сомнения, вся её решимость, с которой она шла сюда, таяли, как снег под весенним солнцем.

Когда Рю Ан сжала его воротник, Пэк Са Гём медленно обхватил её за шею. Поцелуй постепенно углублялся. Не торопясь, он осторожно прижимался к губам Рю Ан и облизывал их.

Его губы казались еще мягче, чем вчера. Пэк Са Гём нежно прикусил нижнюю губу Рю Ан, слегка посасывая её, и, медленно проводя кончиком языка по губам, погладил её по щеке. Губы Рю Ан приоткрылись сами собой.

Его горячий язык скользнул ей в рот. В тот момент, когда их языки соприкоснулись, Рю Ан вздрогнула плечами. Ощущение было таким же, как вчера. Чувство, будто тело скручивается, а пальцы на ногах напрягаются. И в то же время казалось, что всё напряжение спадает и силы покидают её тело.

Рю Ан, дрожа от растерянности, приняла его язык. Чем влажнее сплетались их языки, тем более мокрые и непристойные звуки раздавались в тишине. Иногда по спине пробегал такой разряд, что Рю Ан вздрагивала и сжимала бедра. И тогда Пэк Са Гём, словно добиваясь именно такой реакции, несколько проходился языком по одному и тому же месту.

— Хн-н…

Рю Ан закрыла глаза и крепко вцепилась в его плечи. Сквозь белую рубашку кончики её пальцев чувствовали твердые мышцы. Сердце колотилось как сумасшедшее.

То, что происходило у нее во рту, было настолько ярким, что Рю Ан казалось, будто всё её тело пылает. Словно её окутал горячий туман.

Спустя некоторое время его губы медленно отстранились. Ресницы зажмурившейся Рю Ан задрожали, и она медленно открыла глаза.

— А сейчас на сколько секунд тянет?

Рю Ан ошарашенно смотрела на Пэк Са Гёма.

Его лицо, находившееся прямо перед ней, было спокойным, но в то же время отражало возбуждение. То, с каким серьезным видом он интересовался, как ей этот поцелуй, странным образом заставляло её сердце трепетать.

То, что Пэк Са Гём так отчаянно хочет ей понравиться и доставить удовольствие, казалось ей непривычным, но в то же время дарило странное, волнующее чувство.

Тяжело дыша, Рю Ан прикрыла рот тыльной стороной ладони. Возбуждение от поцелуя еще не прошло, и в голове всё было как в тумане.

— У меня голова кружится, я не могу нормально соображать…

Щеки Рю Ан горели. Глаза, как и вчера, были влажными. Медленно моргая с затуманенным взглядом, она подняла голову.

— Ну, может… одиннадцать секунд?

Не успели эти слова сорваться с её губ, как взгляд Пэк Са Гёма наполовину затуманился. Он рывком потянул Рю Ан за запястье и в одно мгновение усадил её к себе на колени.

— Ах…

Всё произошло так естественно, что она даже не успела сопротивляться. Как только Рю Ан в испуге попыталась обернуться, его рука обхватила её за талию. Его твердая грудь прижалась к её спине.

— Молодой господин?

Рю Ан в растерянности посмотрела на него. Тогда он, плотно прижавшись к ней сзади, обнял её и прошептал на ухо:

— Давай еще.

Его холодные, глубокие глаза были прикованы к губам Рю Ан. Одна его рука уже скользнула вверх, как змея, и поглаживала её щеку. Рю Ан неловко отвернулась.

— Подождите, я столько странной еды наелась… Мне вдруг стало немного стыдно…

— Плевать.

— Угх, но…!

Его губы снова впились в неё. Рю Ан, сидя на бедрах Пэк Са Гёма в его объятиях, повернула голову и приняла поцелуй.

В этот раз поцелуй был более нетерпеливым и грубым. Из-за неудобной позы, когда она сидела к нему спиной и лишь повернула голову, его язык проникал под другим углом, что делало ощущения еще более откровенными.

Обхватив её за плечо, он еще ниже склонил голову. Потирая большим пальцем тыльную сторону её ладони, он еще настойчивее сплетал их языки, и Рю Ан, не в силах сдержаться, сама того не ведая, закинула одну ногу назад, обхватив его голень. Безупречные брюки Пэк Са Гёма смялись под её черными туфлями.

Рю Ан тяжело дышала, принимая его язык. То, что такие действия — обниматься, глотать чужую слюну и сплетаться языками — могут приносить ей такое удовольствие, казалось удивительным.

Ощущение было таким, будто по всему телу пропускают электрический ток. Волосы вставали дыбом, а в ступнях чувствовалась тяжесть.

На мгновение в голове мелькнула мысль: «Разве так можно?», но как только он изменил угол наклона головы и проник языком еще глубже, ощущения захлестнули её, как волна, смывая всё на своем пути.

И правда, какие могут быть причины, чтобы этого не делать?

Если это так приятно…

Дрожа, Рю Ан глотала его слюну.

***

Комната для свиданий в Первой тюрьме. Холодное помещение с серыми цементными стенами, на потолке мигала люминесцентная лампа. Посреди комнаты стоял старый деревянный стол, а по обе стороны от него — два стула.

Рю До Гёль сидел на стуле в синей тюремной робе.

Следы побоев еще не зажили: под одним глазом виднелся синяк, на разбитой губе запеклась кровь, но взгляд оставался непреклонным.

Откинувшись на спинку стула, он с жестким лицом смотрел прямо перед собой. Тяжелая железная дверь открылась, и надзиратель с почтительным видом ввел женщину.

Раздался резкий стук каблуков.

Это была молодая женщина.

На вид ей было около двадцати пяти лет, и, несмотря на юный возраст, она держалась с изяществом. Её взгляд был соблазнительным и холодным. В дорогом шерстяном пальто и с аккуратно уложенными волосами она излучала достоинство дамы из высшего общества.

— Выйдите.

Она кивнула надзирателю и медленно опустилась на стул напротив Рю До Гёля. Положив на колени сумочку руками в кожаных перчатках цвета слоновой кости, женщина мягко улыбнулась Рю До Гёлю красными губами.

— Здравствуйте, господин Рю До Гёль.

Её голос был ласковым. Но за этой улыбкой скрывалось нечто холодное и острое. Рю До Гёль не пошевелился. Он лишь равнодушно смотрел на неё.

— Вы разочарованы, что это не ваша сестра?

Женщина улыбнулась, слегка склонив голову набок. Улыбка должна была казаться дружелюбной, но глаза совершенно не смеялись. С виду она вела себя мягко, но на самом деле прятала внутри острый клинок.

— Вы кто?

Впервые заговорил Рю До Гёль. Его голос был хриплым и низким.

— Я Хон Ён. Если скажу, что я мадам семьи Хва Ён, вам это о чем-то скажет?

Хон Ён сняла кожаные перчатки, убрала их в сумочку и ответила. На её белом пальце блеснуло кольцо с бриллиантом.

— Мачеха… Пэк Са Гёма?

— Да, именно так.

Скулы Рю До Гёля напряглись. При одном лишь упоминании имени Пэк Са Гёма мышцы на его лице каменели. Хон Ён не упустила эту реакцию и с интересом наблюдала за ним.

— Буду кратка. Я пришла сделать вам предложение.

Хон Ён достала из сумочки серебряный портсигар. Вытащив длинную тонкую сигарету, она взяла её в губы и прикурила от золотой зажигалки. Дым поднялся и рассеялся вокруг её лица.

— Я могу вытащить вас отсюда.

— …….

— Если захотите, хоть завтра.

Сквозь сигаретный дым взгляд Хон Ён холодно блеснул. Её мягкая улыбка оставалась неизменной, но скрытая за ней угрожающая аура сделала воздух в комнате для свиданий тяжелым.

Рю До Гёль усмехнулся.

— Вы предлагаете мне стать собакой семьи Хва Ён?

— Не собакой семьи Хва Ён, а моей собакой.

Хон Ён вынула сигарету изо рта и медленно выдохнула дым. Её улыбающееся лицо было холодным.

— Станьте моей собакой и убейте Пэк Са Гёма. А если убьете и председателя Пэка, я буду вам еще больше благодарна.

Брови Рю До Гёля слегка дрогнули. Он смотрел на женщину с окаменевшим лицом. Между ними повисла короткая пауза. Сигаретный дым медленно поднимался к лампе.

— А зачем это вам? Если бы вы просто сидели тихо, то могли бы наслаждаться властью всю оставшуюся жизнь.

— Мне до смерти надоела власть, которую приходится выпрашивать, заискивая перед мужчинами.

Хон Ён стряхнула пепел в пепельницу и мягко улыбнулась.

— Я так долго плясала под чужую дудку, что теперь мне захотелось взять власть в свои руки. Тогда, по крайней мере, моему ребенку не придется испытать то унижение, которое пережила я.

Лицо Хон Ён озарилось улыбкой, полной амбиций.

— Я хочу передать Хва Ён своему сыну. Вы мне поможете?

— …….

Рю До Гёль с бесстрастным лицом смотрел на Хон Ён.

Это была женщина, которая успела поваляться на самом дне. Это было видно по её глазам. Есть такое выражение лица, которое бывает только у тех, кто познал крайнюю степень отчаяния.

Но он лишь коротко усмехнулся.

Выйти из тюрьмы. Убить Пэк Са Гёма. И то, и другое было именно тем, чего он хотел, но ради этого снова становиться чьей-то собакой?

— Вынужден отказаться.

Равнодушно ответил Рю До Гёль.

— Не хочу таскать каштаны из огня для других.

— А я ведь хотела, чтобы и вам было хорошо.

Хон Ён, зажав сигарету между пальцами, слегка улыбнулась.

— У вашей сестры довольно глубокие отношения с Пэк Са Гёмом.

До этого момента взгляд Рю До Гёля оставался непоколебимым, но именно сейчас в нем мелькнула острая, холодная ярость. Заметив эту перемену, Хон Ён широко распахнула глаза.

— О боже, вы не знали? В этом особняке нет никого, кто бы не знал, что Пэк Са Гём каждую ночь спит с вашей сестрой.