Солнечный свет пробился сквозь сомкнутые веки, что случалось нечасто.

Видимо, этот проливной дождь закончился. То ли из-за того, что позапрошлой ночью она совсем не спала, то ли из-за секса, длившегося всю ночь, но До Ха уснула глубоким сном, ни разу не пошевелившись.

Мягкие и пушистые простыни приятно обволакивали все тело, а уютный солнечный свет и чистый воздух успокаивали уставшие душу и тело. Все было настолько комфортно, что она могла бы проспать еще несколько часов.

То, что ей стало немного некомфортно ниже колен, она почувствовала совсем скоро. Влажное, хриплое дыхание, поднимающееся от икр вверх.

— Ах...

Глаза До Ха резко распахнулись. Первым делом в поле ее зрения попал высокий потолок. Приподняв голову, она увидела между своих ног густые волосы и широкую спину мужчины.

— Я думал, умру от скуки.

— С-сейчас... ах, м-м!

До Ха не смогла закончить фразу и, крепко сжав простыню, замотала головой.

— Вставай, солнце уже высоко.

Вязкое дыхание коснулось ее киски, а затем он приоткрыл губы и проглотил ее пухлую плоть. Словно только этого и ждал, он схватил ее подскочившие ягодицы и глубоко зарылся лицом. Ощущение того, как твердый кончик языка ползает по всем изгибам ее лона, было слишком ярким.

С какого момента вообще.

Поскольку она еще не до конца проснулась, адекватно оценить ситуацию было непросто. Ситуация, в которой она отдала ему промежность и стонала, казалась сном.

— М-м...!

В тот момент, когда она осознала реальность, ее затуманенная голова наполнилась пошлым наслаждением. Язык, вторгшийся во влагалище, проникал все глубже, издавая непристойные хлюпающие звуки. Он целился точно в нужное место, терся и всасывал.

Одной рукой До Ха вцепилась в наволочку, а другой попыталась оттолкнуть голову Тэ Ика. Но чем больше она сопротивлялась, тем откровеннее он становился. Его руки, державшие ее за талию, скользнули вверх и крепко сжали грудь. Зажав соски между пальцами, он разминал всю грудь, а широко распластанным языком терзал каждый уголок ее киски.

Он то чмокал, словно целуя, то громко и жадно сосал, будто высасывая сок.

Ах, эти звуки.

Звуки, слишком...

— Ха-а...!

Кульминация наступила быстро. Дыхание сбилось, а гладкий низ живота судорожно сжался. Тэ Ик и после этого продолжал сосать насквозь мокрое место, пока не насытился, и только тогда поднял голову.

— Хорошо спала?

На нее, улыбаясь, смотрело лицо, слишком развратное для того, чтобы желать доброго утра. До Ха лишь растерянно моргала, пытаясь осознать свое положение.

Ее тело было сплошь покрыто красно-багровыми засосами, снизу текла смазка, а между ее широко раздвинутых ног находился Тэ Ик.

— Тебе так уютно у меня дома, что ты так крепко спишь?

Он был одет в удобную домашнюю одежду. Челка, падающая на лоб, была слегка влажной, словно он недавно принял душ. Видимо, вернулся после тренировки.

— Который... час?

— Ровно 12:20. Разве ты не голодна?

Она, конечно, чувствовала, что проспала глубоко, но чтобы настолько. То, что освещало их, было не утренним, а полуденным солнцем. Только тогда До Ха, захлестнутая чувством неловкости, провела обеими руками по лицу. Ей хотелось в первую очередь вымыть мокрую промежность, но Тэ Ик, похоже, совершенно не собирался отстраняться. До Ха натянула одеяло, прикрывая тело.

Усмехнувшись и повернувшись боком, он взял с прикроватного столика поднос и поставил его рядом.

— Сначала выпей это.

Тэ Ик протянул стеклянный стакан с соком. Как только она, следуя его указанию, смочила горло соком, перед ней оказался круассан.

— Попробуй.

Насыщенный запах сливочного масла пощекотал обоняние. Как только она откусила кусочек, ее глаза расширились. От мягкой и тягучей текстуры челюсти сами собой задвигались.

— Напротив фитнес-центра, куда я хожу, есть знаменитая пекарня, сегодня зашел туда в первый раз.

Странным взглядом наблюдая за тем, как ее маленький ротик усердно работает, Тэ Ик отправил в рот малину с тарелки.

До Ха, активно жующая и двигающая челюстями, сглотнула и радостно сверкнула глазами.

— Очень вкусно.

— Вижу, первый раз вижу, чтобы ты ела и пачкалась.

Он протянул руку и смахнул крошки с губ До Ха. Сжавшись, она отвернулась от его пристального взгляда и снова начала усердно жевать.

— И все равно, разве не предложишь попробовать тому, кто это купил?

Затем он наклонился и откусил огромный кусок от круассана в руках До Ха. Оставшаяся половина исчезла в одно мгновение.

— Так ешь, что аж самому захотелось.

Тэ Ик ухмыльнулся. То ли из-за опущенной челки он выглядел моложе обычного, но его улыбка была свежей, как у мальчишки.

Погодите... мальчишки?

Этот мужчина — мальчишка.

Тот самый мужчина, который еще пару минут назад зарывался лицом между ее ног. Она явно еще не проснулась.

— Ешь понемногу, я выведу тебя куда-нибудь и накормлю чем-нибудь повкуснее.

— ...Выведете?

До Ха, которая от смущения только и делала, что жевала хлеб, напрягла губы. Голос едва заметно дрогнул, но Тэ Ик, убирая поднос, похоже, этого не заметил.

— Надо же тебя нормально накормить.

— Мне... и так хорошо.

До Ха облизнула пересохшие губы. Мозг, внезапно вырванный в реальность, лихорадочно заработал.

Если она выйдет с Тэ Иком, их снова кто-то может сфотографировать. Даже если фотографий не будет, чужие глаза есть везде, нужно быть осторожной.

Она перебирала разные варианты того, откуда Сон Джун взял фотографию, которую ей показал, но наиболее вероятным казалось, что за ними следил репортер.

Лицо До Ха резко побледнело. То, что Тэ Ик не узнал о фотографии, было чистой случайностью со стороны Сон Джуна. И Тэ Ик не сможет оставаться в неведении вечно.

— А мне не хорошо.

Спросил Тэ Ик, спускаясь с кровати:

— Кофе?

До Ха схватила Тэ Ика за край одежды.

— Может, мы просто не пойдем никуда?

Сверлящий взгляд, который он тут же бросил на нее, давил, но сейчас было важнее настоять на своем, поэтому она посмотрела на него еще более отчаянно.

— Тебе нездоровится?

Снова присев на край кровати, Тэ Ик обеспокоенно спросил. Почувствовав на лбу его привычное тепло, До Ха испытала укол совести.

Какова бы ни была причина, она не могла отрицать тот факт, что обманывает его.

— Я же говорил, ты так промокла вчера, естественно...

— Нет, нет. Физически я... в порядке.

— Тогда почему?

Тот факт, что их глаза оказались примерно на одном уровне, каким-то странным образом успокаивал. Ах, причина... Причина.

Нужно было дать ответ, который раз и навсегда отбил бы у него желание выходить на улицу. Как ни странно, ответ нашелся быстро, но губы не хотели открываться. В конце концов, не выдержав напряжения, До Ха ответила:

— Потому что я хочу побыть только вдвоем.

Она думала, он сочтет это смешным, но, на удивление, Тэ Ик никак не отреагировал. До Ха сжала край одеяла. В отличие от прошлой ночи, дождевые тучи рассеялись, и ослепительное послеполуденное солнце ярко освещало комнату.

Она посмотрела в глаза Тэ Ику и повторила:

— Я хочу побыть только вдвоем с вами, Тэ Ик.

Совершенно не задумываясь о том, какие последствия вызовет этот ответ.

***

Понедельник, вечер, машина в пробке по пути домой с работы.

Лицо Тэ Ика было залито таким же смятением, как и багровеющий закат. Когда небо, выжженное докрасна солнечным светом, начало приобретать голубоватый оттенок, он заговорил:

— Юн Чжэ.

Менеджер Ли, которого давно не называли по имени, со скрипом повернулся на пассажирском сиденье.

— Да, исполнительный директор.

— Давай пересмотрим все ужины, назначенные до собрания акционеров.

В салоне повисла тишина. Менеджер Ли, глядя на лицо Тэ Ика, на котором не было и тени сомнения, все же переспросил с робкой надеждой:

— Вы имеете в виду... все?

— Все.

Завтра — регулярная встреча бизнес-кругов, на которой будут присутствовать премьер-министр и несколько его приближенных, а в среду и четверг — подряд пьянки с политиками, желающими заранее засвидетельствовать свое почтение ему, новому генеральному директору «Тэён Гонсоль». На выходных он должен был поехать к родителям, а на следующей неделе — вылет за границу, так что по сути это означало отменить вообще всё.

Но даже он не стал бы выкидывать такие фортели без причины. Менеджер Ли, на которого это свалилось как снег на голову, быстро сверился с расписанием и ответил:

— Понял, но почему вдруг...

Тэ Ик на мгновение замялся. Погладив подбородок, он взъерошил аккуратно уложенные волосы, затем все же опустил стекло, достал сигарету и закурил.

— Кто знает.

Видимо, не ожидая такого неопределенного ответа из его уст, менеджер Ли не скрыл удивления и осторожно начал:

— Случайно не...

— Случайно не что?

— Ничего.

Менеджер Ли громко откашлялся и сел прямо. Тэ Ик, смотревший в окно, повернул голову вперед. И встретился взглядом с глазами в зеркале заднего вида, которые то и дело поглядывали на него. Под этим острым, как лезвие, взглядом менеджер Ли на секунду замялся, а затем с тревогой спросил:

— Это из-за адвоката Юн До Ха?

— ......

— Просто вы, кажется, часто проводите с ней время дома.

Это было вполне резонное замечание, учитывая, что Юн До Ха была единственной женщиной, которую он до сих пор пускал в свое личное пространство. Поскольку Тэ Ик продолжал молчать, менеджер Ли, набравшись смелости задать этот вопрос, с неловким видом почесал затылок, мол, не может такого быть.

— А, нет, я сказал глупость. Забудьте.

— Верно.

— Да, конечно. Я так и думал, что вряд... да, что?

Судя по тому, как И Юн Чжэ вздрогнул всем телом, округлив глаза, эта ситуация явно была для Тэ Ика редкостью.

«Чем вы занимаетесь сегодня вечером?»

Перед его глазами мелькало лицо девушки, которая осторожно спросила его об этом рано утром в машине, когда он подвозил ее домой, а ее голос эхом отдавался в ушах. Он уловил все, до мельчайших деталей, даже то, как она, долго сомневаясь, вдруг задала этот вопрос и как неуверенно затих ее голос в конце.

И разве только это.

За прошедшие выходные странностей в поведении Юн До Ха было не счесть. Мало того, что она внезапно заявилась к нему домой и перевернула все вверх дном, так еще и ее выражение лица, тон, смех и секс — все было неуловимо другим.

Не было ничего, что не казалось бы странным.

И зачем она так плакала.

В тишине, словно они занимались сексом где-то в глубокой бездне, этот процесс прочно засел в его голове. Он не был идиотом, не умеющим отличить, плачет ли До Ха от удовольствия во время секса или нет. Обычно она капризничала и ныла при малейшей усталости, но в тот день она плакала без звука, принимая его снова и снова, не так ли.

Каким же щемящим было зрелище, когда она, покрытая холодным потом, принимала его своим маленьким телом. А если добавить к этому то, что девчонка, которая каждое утро только и делала, что сверкала пятками, вдруг заявляет, что хочет побыть с ним вдвоем...

Тут уж как ни старайся, притвориться, что ничего не заметил, не получится.

Хаа.

Тэ Ик тяжело вздохнул и потер переносицу. Из-за запутанных мыслей между бровями залегла глубокая морщина. До этого лишь жевавший фильтр, он наконец прикурил сигарету. Сделав глубокую затяжку и выдохнув, он выпустил облако белого дыма, которое тут же рассеялось.

Чувства Юн До Ха к нему были явно непростыми.

Судя по всему...

Кажется, я ей нравлюсь.

Из-за этого закономерного вывода в его голове весь день стоял шум.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver