Спустя несколько дней, поздним вечером.

Как только До Ха вышла из душа в гостиную, зазвонил телефон. Рефлекторно испугавшись, не стоит ли кто-нибудь у нее под дверью, она посмотрела на экран — звонил руководитель команды Пак Ён Хо.

— Да, руководитель.

— Чем ты там занята, что только сейчас берешь трубку?

— А по какому делу вы...

Ха, неужели.

Тело среагировало быстрее мыслей. Скинув полотенце с головы, До Ха бросилась в комнату и первым делом достала одежду.

— Немедленно езжай по адресу, который я тебе скинул. Говорят, там просто кровавое месиво...

Ее предчувствие оправдалось. Проверив адрес, она поняла, что это закрытый частный бар. До Ха прикусила губу. Сколько времени прошло с прошлого инцидента, а он уже снова вляпался...

— В каком состоянии потерпевший? Раз заведение закрытое, слухи вряд ли просочатся наружу, так что для начала я встречусь с потерпевшим. Он в больнице?

— Ты о чем вообще?

— Он все еще на месте происшествия?

— Какую чушь ты несешь?

Каким бы срочным ни было дело, то, как Пак Ён Хо вдруг сорвался на крик, было странным. Пак Ён Хо, раздраженный тем, что она не понимает ситуации, громко рявкнул в трубку:

— Кровавое месиво — это директор О Джин Су!

— ...Что?

На мгновение в голове помутнело.

Если пострадавший — О Джин Су, то кто тогда нападавший?

— Адвокат Юн, какие у тебя отношения с генеральным директором «Тэён Гонсоль»? Что между вами?

От посыпавшихся следом вопросов До Ха застыла на месте.

— Говорят, генеральный директор Мун Тэ Ик избил директора О как собаку из-за тебя, адвокат Юн. Я вообще ничего не понимаю. Сначала дуй на место и доложи обстановку... Адвокат Юн, ты меня слушаешь? Адвокат Юн!

Шел седьмой день с тех пор, как она игнорировала звонки Тэ Ика.

***

Седан Тэ Ика остановился перед одним из зданий. Выйдя из машины, он посмотрел на фасад и спросил:

— Здесь?

— Да, генеральный директор. Все приготовления завершены.

— Оцепите здание.

По его приказу серую постройку, находившуюся в отдалении от оживленных улиц, окружили телохранители. Войдя внутрь, он прошел по длинному коридору до лифта. Звук шагов Тэ Ика гулко разносился по черному мрамору.

Как только он вышел из лифта, управляющий, словно дожидавшийся его, проводил Тэ Ика в подготовленную комнату.

— Когда придет гость в соседнюю комнату, проводите его сюда.

— Да, генеральный директор.

Сев на диван и вытянув ноги на стол, Тэ Ик устало откинул голову. Достав из внутреннего кармана пиджака пачку сигарет, он выбил одну, зажал губами и прикурил.

Целью его визита сюда была лишь одна женщина.

Неделя.

Прошла неделя с тех пор, как Юн До Ха начала его игнорировать. Сама бросалась на него без страха, а когда решила отдалиться, стала безжалостно холодной.

— Что за девчонка, вообще золотой середины нет...

Тихо пробормотал он, наливая себе выпить.

Его разум, который бросало то в жар, то в холод, превратился в сплошное месиво. Когда бутылка спиртного опустела наполовину, дверь открылась.

— Генеральный директор Мун Тэ Ик.

Появился первый гость — депутат Пак Чон Хун.

— Присаживайтесь, депутат.

Тэ Ик пренебрежительно указал подбородком на свободное место. От этого приказного тона Пак Чон Хун недовольно поморщился и окинул комнату широким взглядом.

— Вы пришли по верному адресу, так что садитесь уже. У меня горло болит.

Неторопливо наливая виски в хрустальный стакан, произнес он.

— Может, для начала объясните, к чему все это?

— Ну, скажем так, убить двух зайцев.

Тэ Ик смочил горло спиртным.

— Как продвигается проект по развитию...

Только тогда Пак Чон Хун с кислым лицом сел напротив Тэ Ика.

В этот момент вошел директор Ли и поставил на стол ноутбук. На экране транслировалось видео и звук из соседней комнаты, где находился О Джин Су. Не подозревая о том, что его изображение и голос в реальном времени транслируются с четырех камер, установленных в комнате, О Джин Су в самом разгаре болтал со своими дружками.

— Вы же сюда из-за этого ублюдка пришли, верно?

Увидев экран, Пак Чон Хун нахмурился.

— Генеральный директор Мун, что вы сейчас пытаетесь сделать?

— Не я с вами, а вы, депутат, должны кое-что сделать.

— Что именно...

— Исключите «Сеян Мульсан» из числа приоритетных кандидатов на переговоры по развитию города.

— Что?

Пак Чон Хун вскинул брови.

— А... Видимо, вам трудно это сделать, потому что вы уже взяли у них на лапу.

— Генеральный директор Мун Тэ Ик!

— Выплевывайте все обратно, а то подавитесь.

План Тэ Ика состоял в том, чтобы втоптать О Джин Су в грязь так, чтобы он уже никогда не смог оправиться.

Из-за серии шокирующих финансовых отчетов показатели строительного подразделения «Сеян Мульсан» и их финансовое положение были на дне. Чтобы скрыть это, О Джин Су, уповая лишь на контракт по развитию города, который он продвигал вместе с Пак Чон Хуном, безрассудно набирал долги, привлекая средства отовсюду.

— Если все договоренности, которые вы заключили с О Джин Су, растворятся в воздухе, все шишки полетят в вас, депутат.

Так что лучшего времени, чтобы столкнуть О Джин Су в пропасть, было не найти. Депутатам от этого округа нужно было просто лично выступить и заявить, что контракт с «Сеян Мульсан» аннулирован.

Если компания не сможет рефинансировать корпоративные облигации, срок погашения которых истекает, то, даже будучи членом семьи владельцев, О Джин Су вряд ли удержится на своем месте. Тэ Ик хотел именно этого — чтобы «Сеян» сама избавилась от О Джин Су.

— Вы должны лично сорвать сделку. Громко, на всю округу.

Поняв, что это означает необходимость договориться с другими депутатами, которые тоже брали взятки у О Джин Су, Пак Чон Хун побледнел. Не решаясь спросить, как много Тэ Ику известно, он лишь невнятно забормотал:

— Д-даже если все это правда, я не могу вот так лично выступать...

— Вам очень повезло, депутат.

— ......

— Несмотря на то, что вы связались с таким идиотом, у вас есть шанс спастись заранее.

— ......

— Так что воспользуйтесь этой возможностью и научитесь разбираться в людях.

Несмотря на то, что ему все разжевали, Пак Чон Хун всем своим видом показывал, что не может действовать в открытую.

— Генеральный директор Мун, вы делаете это из-за прав на застройку? Если это из-за того, что они собираются заключить контракт с «Сеян», а не с «Тэён»...

— Блядь... Депутат.

Тэ Ик потер лоб.

— Я же сказал, что не предлагаю вам ничего делать со мной.

— ......

— Меня не интересует этот проект, даже если вы мне его даром отдадите, так что не заставляйте меня повторять дважды...

Именно в этот момент.

Услышав голоса из динамиков ноутбука, Тэ Ик замолчал.

— Ай, блядь... Опять ломается.

— Кто?

— Мой личный адвокат.

— Та красотка?

— Сумасшедший ублюдок, сколько раз ты ее видел, чтобы красоткой называть.

— А что, она же известная. Тем, что в лицо улыбается, а потом все звонки игнорит. На нее в нашем клубе уже сколько раз спорили, но все только языком чесать горазды.

Рука Тэ Ика, наливавшего алкоголь, замерла.

— Как бишь ее? Юн...

— Нахрена тебе ее имя.

— Эй, что за реакция. Реально? Ты реально с ней переспал? Она же вообще неприступная.

— Она моя личная, блядь. Давно уже завалил.

О Джин Су хихикал и хвастался.

Лицо Тэ Ика стало абсолютно непроницаемым, словно с него стерли все эмоции. Он не слышал ни слова из того, что лопотал перед ним депутат Пак.

— Все бы ничего, но опыта маловато, деревянная. Бревно бревном.

Сказав это, О Джин Су, словно вспомнив о чем-то, спросил у дружков:

— У вас наркота есть?

— Ты ебнулся? Она же из HJ.

— Да она все равно и пикнуть не посмеет, по приказу председателя еще и хуй мне сосать будет.

— Пиздец завидую. Эй, давай делиться, а?

— Давай наркоту, если вставит нормально, я подумаю.

Дослушав до этого момента, Тэ Ик схватил бутылку и встал с места. Из всего, что стояло на столе, это была самая большая бутылка виски с толстым горлышком.

Пройдя в соседнюю комнату, он тихо открыл дверь и вошел. Дружки О Джин Су первыми узнали Тэ Ика и отвисли челюсти. О Джин Су же, пьяный в стельку, продолжал заплетающимся языком нести грязную чушь:

— У нее сиськи, блядь, даже в одежде того и гляди порвутся, а как разденешь, так вообще...

С глухим звуком «хрясь» толстая бутылка виски разлетелась вдребезги.

Острые осколки брызнули во все стороны, а О Джин Су с грохотом покатился по полу. Молниеносно нанеся удар, Тэ Ик подошел вплотную к рухнувшему на пол О Джин Су.

Только хрипя и захлебываясь, О Джин Су не мог вымолвить ни слова, схватившись за залитые кровью и алкоголем голову и лицо, корчась от боли.

— Эй, директор О.

С каждым шагом Тэ Ика осколки стекла с хрустом перемалывались под подошвами его туфель.

— Кх-х..., угх...

— И каково это — валяться на полу в баре.

Тэ Ик поднял ногу и с силой впечатал подошву, в которую впились осколки, прямо в лицо О Джин Су.

— У-у-уак!

— Блядь, если так посмотреть, твоя рожа выглядит еще омерзительнее.

Нахмурившись, Тэ Ик с остервенением растоптал спину извивающегося О Джин Су, пытавшегося хоть немного отползти. Перевернув распластанное тело ногой, Тэ Ик заставил его посмотреть на себя. Только тогда узнав Тэ Ика, О Джин Су забился в конвульсиях, его лицо исказилось от ужаса.

— Ах ты, ты, ублюдок, блядь...!

— Полежи-ка смирно.

Тэ Ик, неторопливо затягиваясь сигаретой, осматривал рожу О Джин Су со всех сторон, словно прикидывая смету. Сигаретный пепел падал прямо на одежду и лицо О Джин Су. Пытаясь увернуться, туша О Джин Су извивалась на полу, устраивая жалкое зрелище. Не обращая на это внимания, Тэ Ик переводил взгляд, детально разглядывая залитое кровью лицо О Джин Су.

Как мясник, оценивающий кусок мяса перед забоем скота. От этого жуткого, пробирающего до костей взгляда О Джин Су задрожал всем телом.

— Э-э-этот сумасшедший ублюдок, что ты сейчас делае...

— Наверное, хватит.

Тэ Ик небрежно надавил носком туфли на челюсть О Джин Су.

— Или сюда?

— Кх-хк...!

Раздвинув носком туфли верхнюю и нижнюю челюсти О Джин Су, Тэ Ик протолкнул обувь внутрь так, словно собирался вырвать ему кадык. Хотя он даже не прилагал особых усилий, О Джин Су забился, как насаженная на гарпун рыба, издавая хриплые, булькающие вопли.

Это было слишком шумно и раздражало. Взбешенный Тэ Ик пнул его ногой так, что туша отлетела в сторону и, встав на четвереньки, попыталась судорожно уползти. Тэ Ик медленно присел на корточки перед О Джин Су.

— Нужно размазать тебя как следует, чтобы она прибежала.

— Что за хуйню ты несешь, блядь! О-отпусти! Снаружи никого не... Кх-хаак!

Схватив О Джин Су за волосы, Тэ Ик безжалостно впечатал его лицом в пол. Бах, бах, бах. После серии ударов, видимо, сломав ему нос и зубы, О Джин Су выплюнул сгусток крови.

— Давай, продолжай пиздеть.

Глядя прямо в глаза, полные животного ужаса, Тэ Ик любезно объяснил:

— Слушай внимательно, у тебя есть 30 минут. Если пройдет больше времени, я начну ломать тебе суставы по одному.

  ✨P.S. Переходи на наш сайт! Вся история уже готова к прочтению!  ➡️ Fableweaver