После их случайной встречи в универмаге Тэ Ын несколько раз пыталась связаться с ней, но До Ха, сославшись на занятость, отказывалась. Лицо Тэ Ын красноречиво выражало недовольство и обиду.
— Принцесса прибыла, освободите место.
Когда Тэ Ын появилась последней из всех, кто обещал прийти, сокурсник, с которым они вечно препирались, громко поприветствовал ее. Драгоценную младшую дочь конгломерата «Тэён» часто называли принцессой. Разумеется, самой Тэ Ын это прозвище ужасно не нравилось.
— Я же просила меня так не называть!
Сверкнув глазами на сокурсника, Тэ Ын плюхнулась на свободное место рядом с До Ха. Однако с ее приходом атмосфера в просторном зале неуловимо изменилась.
— Что такое, почему все замолчали, стоило мне прийти? Вы что, меня обсуждали?
Точнее говоря, обсуждали группу «Тэён». Те несколько сокурсников, которые еще минуту назад сплетничали о том, что «Тэён Гонсоль» тоже входит в число спонсоров бывшего главного прокурора Центральной окружной прокуратуры, тут же прикусили языки.
Тэ Ын, видимо догадавшись в чем дело, тут же потеряла к ним интерес и вдруг уставилась на До Ха.
— Что?
Хоть До Ха и знала причину, она сделала вид, что не понимает, и налила вина в пустой бокал Тэ Ын. Встретив этот невинный взгляд, кричащий «ничего не понимаю», Тэ Ын уже хотела вспылить, но вместо этого схватила бокал. Выпив вино залпом, она резко отвернулась. Похоже, она всерьез надулась.
До Ха беззвучно усмехнулась и мысленно вздохнула, когда у нее завибрировал телефон.
[Ты где?]
Это был Тэ Ик. Вздох стал еще тяжелее.
[Встречаюсь с друзьями.]
[Адрес.]
[Буду поздно.]
[Что-то ты в последнее время не задерживаешься на работе?]
И что, мне теперь прикажете сверхурочно работать? До Ха слегка нахмурилась и тут же кое-что поняла. Тэ Ик не знал о ее увольнении, хотя об этом знали даже ее однокурсники. Он действительно держал слово не делать того, что ей неприятно.
[Не знаю, когда вернусь.]
[Мне без разницы. Просто скажи адрес.]
Всё тот же неизменный ответ. Ему без разницы.
Если я вам даже не нравлюсь, с чего бы вам так беспокоиться о моих делах?
Сколько раз она теряла дар речи, когда он начинал разговор с этого нелепого предположения: «Раз уж я тебе не нравлюсь». Он вел себя так, словно откормить ее стало делом всей его жизни.
Каждое утро, ни свет ни заря, он появлялся у нее на пороге, чтобы всучить хоть какую-то еду — только так он был спокоен. Затем подвозил ее до работы, а днем звонил или писал, спрашивая, чего она хочет на ужин. Как по расписанию, приезжал за ней к концу рабочего дня, и вечером повторялось то же самое.
[Смотри только не напивайся допоздна.]
В дни, когда у нее были планы, он всегда умел тактично заставить ее почувствовать себя виноватой.
Было очевидно, что он вымотан из-за аудита, но когда они были вместе, он, казалось, намеренно не отвечал на рабочие звонки. Она думала, что его энтузиазм угаснет через пару дней, но Тэ Ик оказался удивительно настойчивым.
Если что и изменилось...
[Мне же нужно поправляться, так что буду есть много.]
То лишь то, что они оба стали вести себя чуть более по-детски. До Ха отправила сообщение, решив, что он и сам этого хочет.
[Но это же не я тебя кормлю.]
[Если собираешься много пить, пей со мной.]
Как она и ожидала, ответ оказался еще более ребяческим.
[Я куплю тебе кое-что повкуснее.]
[Алкаш.]
[Беру свои слова назад.]
Просто абсурд.
[У этого алкаша есть кому составить компанию. Так что не отвлекайтесь от дел.]
Сегодня на первом месте была Тэ Ын. До Ха проглотила слова о том, что ей нужно успокоить его сестру, которая всерьез на него обиделась — такое она написать не могла.
До Ха легонько похлопала Тэ Ын по плечу. Тэ Ын, которая безучастно пила вино, пока остальные с жаром обсуждали акции, посмотрела на нее.
— Чего?
В ответ на ее колючий взгляд До Ха молча кивнула в сторону выхода. И хотя она не произнесла ни слова, Тэ Ын тут же навострила уши.
— Ты здесь впервые?
— Вообще-то нет.
Сказав это, Тэ Ын незаметно оглядела внутреннее убранство палатки-почжанмачха, укрытой красным тентом. Глядя, как глаза Тэ Ын бегают по сторонам, До Ха открыла бутылку соджу.
— Правда? А я вот впервые.
Такие классические уличные палатки в наши дни встречались нечасто. До Ха тоже было любопытно.
— Юн До Ха, иногда ты бываешь такой невыносимой.
В глазах Тэ Ын промелькнуло смущение. Тем временем принесли закуски. Они сидели друг напротив друга, а на столе стояла бутылка соджу, две тарелки с горячим супом и сухие закуски.
Какое-то время они молча разливали друг другу спиртное и ели суп.
— Так зачем ты меня так отчаянно искала?
— Отчаянно? Я?
Тэ Ын вспылила.
До Ха скрестила руки на груди и склонила голову набок. Тэ Ын, наливая До Ха в рюмку, произнесла немного севшим голосом:
— В прошлый раз я наговорила лишнего... Зная твою ситуацию, я не имела права лезть в твою работу.
— Про то, что я гонюсь только за деньгами? Или что я торгую улыбками?
— ...И то, и другое.
Глядя в виноватые глаза Тэ Ын, которая при этом надула губы, До Ха рассмеялась.
— Ты же не сказала ничего такого, что было бы неправдой. Из-за этого ты всё это время так переживала?
— Прости.
— Просто угости меня.
До Ха налила соджу в рюмку Тэ Ын. Затем подняла свою рюмку. Тэ Ын в ответ тоже подняла свою, и они чокнулись.
— Как прокурор Квон Сон Джун, он в порядке?
Сон Джун был старшеклассником в той же школе, где училась Тэ Ын. В отличие от До Ха и ее однокурсников, он учился на другом факультете и сдал экзамен на адвоката, так что пересекались они только в школе. Но любой, кто имел хоть какое-то отношение к юриспруденции, не мог не знать председателя Квон Чон Хана и его сына.
Не ожидая, что Тэ Ын заговорит о Сон Джуне, До Ха вспомнила, что он недавно выписался из больницы, и ответила:
— Да.
— Услышав новости, я была в шоке.
Сон Джун расследовал дела «Тэён Гонсоль» и сейчас влиял на ход аудиторской проверки, так что До Ха не думала, что Тэ Ын испытывает к нему теплые чувства. До Ха, приглядевшись к Тэ Ын, подумала, что та, возможно, хочет узнать что-то еще, и как бы в шутку сказала:
— Я тоже.
Но Тэ Ын даже не улыбнулась.
— ...А ты как?
Рука До Ха, наливавшая соджу, замерла.
— А что со мной может быть не так?
— Тогда почему ты уходишь с такой хорошей работы?
Так вот что ей было интересно. До Ха без раздумий ответила Тэ Ын то, о чем не говорила остальным:
— Готовлюсь к LL.M.
— Что? Куда... Нет, уже? Почему?
Большинство крупных юрфирм оплачивают учебу за границей и даже выделяют деньги на жизнь, так что увольняться ради этого действительно казалось странным.
— Хочу отдохнуть.
Спокойно ответив, она пожала плечами.
— Ужас какой, для тебя учеба — это отдых?
Тэ Ын удивленно округлила глаза. Это выражение лица так кого-то напоминало, что До Ха на мгновение замерла, с интересом глядя на Тэ Ын. Тот человек, правда, никогда так не делал. Естественно всплывший в памяти образ мужчины заставил ее встряхнуть головой, чтобы отогнать мысли.
— Ты уже всё окончательно решила?
— ...Да.
До Ха медленно кивнула и выпила еще одну рюмку.
— ...Только вот планы всё время рушатся.
— Эй, полегче с алкоголем. Что рушится? Ты еще не выбрала университет?
До Ха назвала университет в Бостоне, куда она хотела бы поступить больше всего, и еще несколько запасных вариантов, и Тэ Ын кивнула, сказав, что это вполне ожидаемый список.
— И еще... — До Ха снова наполнила пустую рюмку, — я записалась на курсы английского.
— Звучишь так, будто с нетерпением этого ждешь.
Чок. Тэ Ын сама чокнулась со своей рюмкой и выпила до дна.
— До увольнения мне нужно отгулять все отпускные дни, так что у меня получился вынужденный отпуск.
— И ты записалась на курсы?
— ...А что мне еще делать?
Так, слово за слово, бутылка соджу быстро опустела. Тэ Ын заказала еще одну и сказала:
— В нашей работе разве возможен такой длинный отпуск? Пользуйся моментом, съезди куда-нибудь.
Путешествие...
Она никогда не строила таких планов, да и денег на это у нее не было.
— Документы нужно подать до декабря, так что мне срочно нужно сдавать экзамены.
— Ты прям всерьез взялась за это.
До Ха молча кивнула.
— А у тебя как дела?
— Как-как. Гоняют в хвост и в гриву.
— Принцессу «Тэён»?
— Эй.
Глядя на посерьезневшую Тэ Ын, До Ха рассмеялась, а затем, словно что-то вспомнив, спросила:
— ...Старший коллега Чхве До Ён сейчас ведь в налоговом отделе?
Команда налогового права юридической фирмы «Сын», где работала Тэ Ын, в настоящее время занималась аудиторской проверкой «Тэён Гонсоль».
Юридическая фирма «Сын», возможно, уступала по размерам другим гигантам, но ее состав был исключительным. В частности, там работала целая плеяда сильных адвокатов по налоговым делам, и одним из них был старший коллега До Ха и Тэ Ын — Чхве До Ён.
Ей вдруг вспомнилось, как прошлым летом они столкнулись перед офисом юрфирмы с Тэ Иком.
— А, ну да, из-за этого аудита...
Тэ Ын прервалась, огляделась по сторонам и продолжила чуть тише:
— Похоже, Служба финансового надзора запросила дополнительные документы. Они там каждый день до ночи сидят, пытаясь разобраться с этим, даже в выходные выходят.
— ...Каждый день?
До Ха вспомнила мужчину, который приезжал к ней каждый божий день. Он говорил, что это просто формальность и совсем не показывал, как занят, но, похоже, он снова солгал.
— Обычно он не такой, но иногда бывает просто невыносимым.
Даже без упоминания имени было ясно, о ком речь.
— Подожди, мне звонят.
Взглянув на телефон, Тэ Ын удивленно вскинула брови. И кто же это мог быть, чтобы у нее было такое лицо?
— Я вроде ничего не натворила.
Пробормотав это, Тэ Ын ответила на звонок.
— Где я? Встреча с однокурсниками.
— ......
Выражение лица До Ха стало напряженным от этого подозрительного разговора.
— Ты приедешь? Сюда?
Ха-а...
Даже не вслушиваясь, можно было догадаться, кто звонит Тэ Ын.
— Я не много выпила. Нет, оппа, тебе сейчас больше заняться нечем? Разве ты не занят?
Вот именно, в такое-то время.
Соглашаясь со словами Тэ Ын, До Ха залпом выпила рюмку. И принялась отщипывать по кусочку от сушеных закусок, стоявших перед ней.
— Что? Конечно, среди нас есть и парни. Чего это ты вдруг такие вопросы задаешь?
— ......
— Я уже ушла оттуда. Да они и сами справятся. Оппа, ты что, пил? Ты же не за рулем сейчас?
— ......
— Да почему ты вообще сюда рвешься?
— ...Ах!
Внезапно До Ха, жевавшая сушеный минтай, схватилась за правую скулу. Забыв о боли, от которой на глаза навернулись слезы, она поспешно закрыла рот рукой, но было уже слишком поздно. Ее вскрик был настолько громким, что на До Ха обернулись не только люди за соседними столиками, но и хозяйка, разносившая еду.
Тэ Ын, всё еще державшая телефон, естественно, тоже смотрела на нее.
— Юн До Ха, ты в порядке?
А, черт возьми.
