Пять часов вечера. До Ха была немного занята, так как ее вызвал председатель Квон. Поднявшись на этаж, где располагался кабинет председателя, До Ха коротко кивнула знакомому лицу. У двери ожидал секретарь О Джин Су.

Прежде чем постучать, она сделала короткий вдох, предчувствуя надвигающуюся бурю. На стук изнутри раздался голос:

— Войдите.

Открыв дверь и войдя, она, как и ожидала, увидела О Джин Су, сидящего на диване в просторном кабинете. До Ха сначала встретилась взглядом с председателем Квоном, занимавшим место во главе стола, а затем сразу же поздоровалась с О Джин Су.

— Здравствуйте, директор.

— Адвокат Юн всегда так безупречно вежлива.

Проигнорировав О Джин Су, который смотрел на нее с каким-то поразительным любопытством, До Ха села напротив. Как только она села, председатель Квон протянул ей планшет с открытой статьей. Поскольку она уже была в курсе содержания, сюрпризом это не стало.

Подозрения в систематическом злоупотреблении властью со стороны компании «А Мульсан» в отношении субподрядчиков

Хотя название компании было скрыто за инициалом, любой мог догадаться, что речь идет о «Сеян Мульсан».

Беспредел О Джин Су с каждым днем становился все хуже. Он систематически издевался над субподрядчиками, предъявляя абсурдные требования. В итоге представитель одной из средних строительных компаний, не выдержав задержек по выплатам за строительство, пришел к нему с жалобами. О Джин Су обрушил на него шквал оскорблений, после чего представитель компании попытался напасть на О Джин Су.

В результате на О Джин Су не было ни царапины, а попытавшийся напасть представитель получил ответный удар в двойном размере, поплатившись за свой поступок.

Избиение со стороны О Джин Су, который годился ему в сыновья, и уведомление о бессрочном расторжении контракта с «Сеян Мульсан».

— Разве мы не договорились с представителем компании, что факты, изложенные в петиции, ни при каких обстоятельствах не попадут в прессу?

Однако представитель компании передал содержание петиции, которую «Сеян Мульсан» до этого момента игнорировала, прямо в СМИ. Это был последний отчаянный шаг представителя, чья компания оказалась на грани банкротства из-за невыплаченных «Сеян Мульсан» долгов.

— ...Все верно.

Председатель Квон отчитывал ее за то, что она не смогла предотвратить этот последний, отчаянный шаг.

— Тогда что это? — ледяным тоном спросил председатель Квон, указывая на статью. До Ха лишь опустила глаза в знак извинения и признания своей вины.

— Я разочарован вашей работой.

— Прошу прощения, мне нет оправданий.

— Эй, ну что вы, председатель Квон. Зачем вы так ругаете адвоката Юн.

О Джин Су, до этого лишь слушавший, вмешался, пытаясь успокоить разгневанного председателя.

— Я же говорил, что от одной этой статейки имидж компании не пострадает, к тому же ее быстро удалили.

Она шла сюда, готовая к суровому выговору, но реакция О Джин Су оказалась мягче, чем ожидалось. Казалось, он даже был в хорошем настроении. И это почему-то совершенно не радовало.

— Проблему с задолженностью по зарплате мы решили урегулировать до того, как поднимется еще больший шум, и выплатить все в разумных пределах. Если начнутся проверки из ведомств — это сплошная головная боль. А о том, что он меня ударил, нигде не упоминается, так что все нормально. Так что хватит цепляться к адвокату Юн.

— Приношу свои извинения, директор. Вы проявили такое снисхождение, а я не смогла должным образом выполнить свою работу. Но я очень рада, что проблема с задолженностью решена.

До Ха слегка улыбнулась. Улыбнулась, вкладывая в это смысл: «Твое решение — поистине проявление невероятного великодушия». В ответ уголки губ О Джин Су дрогнули, он попытался сохранить лицо.

— Кхм, ну... Хоть все еще и не решено до конца, но скоро так и будет. Как владелец, я должен входить в положение компаний, которые на меня работают.

За то, что его просто схватили за грудки, «Сеян Мульсан» согласилась выплатить задержанные деньги по цене значительно ниже рыночной, так что для них это точно не было убыточной сделкой. Тем не менее, О Джин Су был занят тем, что раздувался от гордости, словно проявил невероятную щедрость.

Как бы то ни было, если на этом упреки в ее адрес закончатся, для нее это было только к лучшему. С кислой улыбкой на губах До Ха еще раз посмотрела на О Джин Су.

Неужели в «Сеян» собираются и дальше покрывать эту головную боль, не приносящую никакой пользы управлению компанией? Ходят слухи, что он только и делает, что плодит долговые поручительства. Впрочем, независимо от ситуации, О Джин Су выглядел совершенно безмятежным.

У него просто ветер в голове, или есть какая-то надежная опора?

Заметив, что атмосфера заметно разрядилась, До Ха посмотрела на реакцию председателя Квона. Председатель лишь молча пил чай, слушая хвастовство О Джин Су.

— Вы же знаете, председатель Квон. Стоит нам только получить контракт на проект по благоустройству города, который продвигает депутат Пак, как к нам выстроится очередь из компаний, умоляющих дать им хоть какую-то работу. Зачем злиться по пустякам.

— Директор, по этому контракту еще не было проведено должной проверки...

— Знаю, знаю. Я к слову пришлось.

О Джин Су перебил председателя Квона. В глазах председателя мелькнула редкая усталость. Пока До Ха размышляла над этой странной переменой, О Джин Су принялся язвительно высказываться в адрес издания, опубликовавшего статью.

— К тому же, это издание и так нас недолюбливает. Зато статьи, превозносящие «Тэён Гонсоль», они строчат десятками в день. Игры с прессой, и все в таком духе.

От внезапного упоминания «Тэён Гонсоль» у нее сдавило под ложечкой, словно там образовался ком.

— Этот Мун Тэ Ик... У него еще с давних пор был жуткий комплекс неполноценности по отношению ко мне.

Уж кому-кому, а не О Джин Су, подстрекавшему директора «Тэён Гонсоль» к незаконным действиям, говорить такое. Ей следовало бы просто поддакнуть, но разум, словно только этого и ждал, попытался вызвать в памяти образ человека, о котором она пыталась забыть.

— В общем, я к тому, что сегодня зашел просто поздороваться, так что расслабьтесь, адвокат Юн.

Она уж было подумала, что этот собачий бред наконец-то закончился, но О Джин Су пристально посмотрел ей в глаза. Словно у него была совершенно иная цель.

— Вы заняты? Может, поужинаем вместе?

— Я еще не закончила работу, прошу прощения.

— Председатель Квон, ну что это такое? Нужно же угостить едой своего человека, который так хорошо потрудился.

До Ха тоже посмотрела на председателя Квона.

«Делай, что должна». Выражение его лица ничуть не изменилось с того момента, как он произнес эти слова.

В этот момент раздался стук, и дверь кабинета открылась.

— Директор.

Вошел секретарь О Джин Су и сообщил, что звонит важный человек.

— Депутат Пак Чон Хун на линии.

— Да?

Лицо О Джин Су просияло, и он вскочил с дивана.

— Ах, тут внезапно возникло дело, мне нужно идти.

Она не знала, кто это такой, чтобы ради одного звонка О Джин Су так быстро менял планы, но для До Ха это было только к лучшему. Она тоже встала.

— Как-нибудь выпьем, адвокат Юн. Если снова откажетесь, я правда обижусь.

— До свидания, директор.

Когда О Джин Су вышел, в пустом кабинете председателя воцарилась тишина.

— В этом деле есть моя оплошность. Прошу прощения.

— Действительно ли это соглашение было лучшим выходом?

До Ха подняла глаза и посмотрела на председателя Квона. Это был взгляд, полный не упрека, а подозрения.

— Не знаю, как долго вы еще собираетесь за это цепляться.

— ...О чем вы.

— О вашей жалкой жалости.

— ......

— Кажется, вы приложили немало усилий, чтобы они получили хотя бы задолженность по строительству. Раскрытие петиции тоже была вашей идеей?

До Ха вежливо сложила руки перед собой. Чтобы не выдать своего волнения от этого проницательного замечания.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, председатель.

В ответ на этот наглый ответ председатель Квон нахмурился.

— Этот представитель компании посвятил строительной отрасли более тридцати лет. Он пользуется большим уважением не только в «Сеян Мульсан», но и среди других компаний. Если мы ввяжемся с ним в судебную тяжбу из-за долгов, это так или иначе просочится в прессу, и тогда замять это дело так тихо уже не получится...

До Ха остановилась на полуслове и намеренно сделала вид, что у нее болит голова от этих проблем.

— По моим данным, представитель компании планировал устроить митинг. Даже если митинг незаконный и проводится без разрешения, правоохранительные органы все равно приедут.

— Поэтому вы его шантажировали? Сказали взять деньги за мировое соглашение по факту нападения вместо митинга и убираться?

— Да.

Выплата задолженности не входила в ее юрисдикцию. Ей велели лишь замять факт нападения на О Джин Су, и она просто приняла решение, выгодное для нее. Разве это не лучше, чем если бы рабочие вообще не получили денег из-за затянувшихся протестов? До Ха подсказала представителю верный способ сократить это время, а выбор оставался за ним.

— По крайней мере, это было сделано не из жалости.

До Ха не стала отвечать на этот вопрос. Потому что она и сама не знала ответа.

Посчитав, что ситуация более-менее урегулирована, До Ха коротко поклонилась и уже собиралась уходить.

— Сон Джун...

Голос председателя Квона остановил До Ха.

До Ха медленно обернулась. В отличие от того, каким он был мгновение назад, председатель смотрел на нее с лицом, полным глубокой тревоги.

— Я подумал, может, он вам что-нибудь говорил.

Вспомнив события прошлой ночи, пронесшиеся словно ураган, До Ха выдавила из себя легкую улыбку.

— Прокурор Квон? Вы же знаете, что мы не в ладах.

Председатель Квон снял очки и потер переносицу. Лицо отца, переживающего за своего сына, казалось ей немного непривычным.

— Этот паршивец вдруг заявил, что не будет жениться.

— ......

— Ума не приложу, о чем он думает...

То, что он сообщил об этом даже председателю Квону, означало, что Сон Джун действительно принял решение.

Квон Сон Джун, что же ты...

Неужели он действительно не собирается жениться?

— Я слишком долго вас задержал. Идите, работайте.

— Да, председатель.

Выйдя из кабинета и зайдя в лифт, До Ха коротко выдохнула. Как и ожидалось, прошлой ночью она не сомкнула глаз. Из-за того, что на людях она старалась улыбаться еще больше, чтобы не выдать своего эмоционального смятения, усталость, навалившаяся на нее, была в несколько раз тяжелее обычного.

Когда она достала телефон, переведенный в беззвучный режим, выражение лица, которое она так тщательно скрывала, в одно мгновение рухнуло.

[Мун Тэ Ик] 5 пропущенных вызовов.

[Квон Сон Джун] 2 пропущенных вызова.

Оба мужчины, словно сговорившись, игнорировали ее волю. До Ха машинально потерла щеку тыльной стороной ладони. Казалось, закипающий жар тела Тэ Ика и его свирепая аура, которые она почувствовала в тот момент, когда он допытывался о ее отношениях с Сон Джуном, намертво въелись в ее кожу.

Словно стряхивая это наваждение, До Ха оглянулась на свой сегодняшний, ничем не примечательный день.

Она разорвала отношения с Тэ Иком, поняла, насколько опасны чувства Сон Джуна, и Тэ Ик тоже узнал об этом. И несмотря на все это, она, как обычно, пришла на работу, общалась с людьми и была завалена делами.

Если я буду вот так гнаться за реальностью, разве все это не станет просто прошлым, которое останется позади?

Бесполезных надежд становилось все больше, а ответов по-прежнему не было.