Контент удален!

— Хватит уже плакать.

Тем летом, когда распустились красные розы, у До Ха появилась новая коллега.

— И хватит пить.

Отобрав тяжелый стакан, До Ха с жалостью посмотрела на устроившую сцену подругу и тяжело вздохнула.

В ответ та, роняя крупные слезы, демонстративно схватила новый стакан и до краев налила в него виски.

— Чего увязалась за мной и читаешь нотации? Если не собираешься со мной пить, просто иди мимо.

Мун Тэ Ын.

Одноклассница из старшей школы, однокурсница по юридической школе, а теперь и адвокат в той же юридической фирме.

И единственная младшая сестра ее парня.

— Ты эти бутылки не видишь? Мы с тобой за два часа их выпили.

Атмосфера в клубе, достигшая пика пятничной ночи, была на пределе. Столики на втором этаже, откуда открывался вид на яркую сцену, конечно, укрывали от чужих глаз, но этот клуб был явно не самым подходящим местом для того, чтобы глушить алкоголь и заливаться слезами.

Разве могла она бросить здесь Тэ Ын, которая притащилась именно сюда, чтобы в слезах осушать бокалы с виски?

— Мне еще мало, я буду пить еще. И почему я вообще не пьянею?

Нет, Тэ Ын. Ты уже пьяна.

Я ведь разбавляю твой алкоголь водой, а ты даже не замечаешь.

— Тогда делай что-то одно. Или пей, или плачь.

— У-у-у, бессердечный придурок. Плохой парень.

— Ха-а...

Опять началось.

Того бессердечного придурка, из-за которого плакала Тэ Ын, звали Чхве Вон. В памяти До Ха он остался парнем из их школы, который был для Тэ Ын кем-то вроде телохранителя — куда бы она ни пошла, он в какой-то момент неизменно возникал рядом.

Она еще в старшей школе заметила странную атмосферу между ними, но лишь недавно узнала, что этот огромный, немногословный Чхве Вон всё это время трепал Тэ Ын нервы.

— Если не собираешься со мной встречаться, зачем так горячо целовал? Если не собираешься жениться, зачем был так добр!

Тэ Ын рыдала в голос, выбалтывая даже те подробности, которые До Ха совершенно не хотела знать. Бум-бум — на фоне оглушительной клубной музыки ее горькие рыдания звучали еще более жалко.

Не в силах больше на это смотреть, До Ха вытащила салфетку и промокнула слезы Тэ Ын.

— Но зачем же реветь так, что аж нос покраснел?

— Да, я реву из-за мужика, потому что у меня совсем нет гордости.

Видеть Тэ Ын, плачущую от душевных ран, До Ха тоже было больно. Последние несколько дней она, казалось, даже уснуть не могла без алкоголя. До Ха всерьез беспокоилась, как бы та не слегла с болезнью.

Вз-з-з. До Ха как раз тайком подливала виски в стакан, уже наполовину заполненный водой, когда на столе завибрировал телефон. Это было сообщение от Тэ Ика, улетевшего в командировку на Чеджу.

[Ты закончила? Дома?]

Она на секунду вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Пальцы До Ха быстро заскользили по экрану.

[Да, уже собираюсь спать.]

Простите. Но я же не могу сказать, что я в клубе.

[Я так скучаю, что мне делать?]

Сердце, которое не брал даже алкоголь, приятно затрепетало. Нежность Тэ Ика, пронизывающая каждый ее день, стала источником сил, поддерживающим ее жизнь.

— Это оппа?

Вроде плачет, ничего вокруг не замечая, а такие вещи сечет моментально. Немного успокоившаяся Тэ Ын вытерла покрасневший нос и с подозрением посмотрела на нее. Увидев расплывающуюся по лицу До Ха улыбку, она подперла подбородок рукой и спросила:

— Вы теперь живете вместе, и тебе так-а-ак хорошо?

С тех пор как она вернулась из Америки, До Ха начинала и заканчивала свой день с Тэ Иком. Слово «сожительство», конечно, немного давило, но она приняла это решение, потому что тоже хотела проводить с ним как можно больше времени. Ей было даже неловко вспоминать о своих прежних сомнениях, ведь она ни разу не пожалела о своем выборе.

— Словами «хорошо» всего не опишешь.

Услышав этот ответ без тени колебаний, Тэ Ын издала смешок.

— Смотри мне, храни секрет. Чхве Вон сейчас... с Тэ Иком.

Она не хотела, чтобы Тэ Ик узнал, в каком жалком состоянии она плачет из-за Чхве Вона.

До Ха тоже меньше всего на свете хотела, чтобы Тэ Ик узнал, что она в такое время в клубе, да еще и соврала ему.

— Тогда пообещай, что допьешь это, и мы пойдем.

Главным было не дать Тэ Ын напиться еще сильнее.

— Не хочу. Мы только начали, куда идти?

— Ну, тогда ничего не поделаешь.

— Вау, ну ты и подлая!

Как только До Ха сделала вид, что прямо сейчас позвонит Тэ Ику, Тэ Ын в панике попыталась выхватить у нее телефон. Но До Ха не собиралась так просто сдаваться. Откинувшись назад, она вытянула руку высоко вверх. Одно касание — и вызов Тэ Ику пойдет.

— ...А, поняла! Поняла я!

Только тогда, шмыгая носом, понуро согласилась Тэ Ын. Добившись от нее обещания, До Ха с куда более легким сердцем отправила Тэ Ику сообщение.

[Я тоже соскучилась.]

Не прошло и пары секунд, как пришел ответ.

[Приехать сейчас?]

Он шутит. Как может приехать человек, который сейчас на Чеджу.

[Потерпите только эту ночь. Завтра же приедете.]

[Мне так страшно, что я не могу спать один.]

[Вы наверняка устали, так что ложитесь отдыхать.]

[Моя жестокая любовь.]

До Ха, расплывшись в улыбке, рассмеялась вслух.

[Я люблю вас.]

Отправив последнее сообщение, она встретилась взглядом с Тэ Ын. Незаметно опустив уголки губ, До Ха со смущенным видом сделала глоток, а Тэ Ын крепко зажмурилась и потерла переносицу.

— Болезнь... Вы точно подхватили тяжелую болезнь.

— Что? Какую еще болезнь?

— Любовную заразу.

Ответив так, она снова шмыгнула носом, видимо, опять вспомнив о своем горе. Причитая, что умрет от мучений рядом с этой больной парочкой.

— Пойдем уже.

Допив за нее последний бокал, До Ха встала первой. При виде пустых бутылок, скопившихся на столе, у нее вырвался тяжелый вздох. И сколько же они выпили, не вставая с места?

Тэ Ын не могла так просто встать и мешкала. Дело было не в том, что она не хотела уходить — просто за несколько часов непрерывных рыданий она выбилась из сил и казалась совершенно истощенной. Понаблюдав за ней, До Ха сказала:

— Мун Тэ Ын. Хочешь, я побуду сегодня с тобой?

— Что?

Вместо ответа До Ха протянула ей руку.

Подняв на нее влажные глаза и посмотрев на протянутую руку, Тэ Ын надула губы.

— И чего ты такая добрая.

Хоть она так и сказала, но отказываться точно не собиралась. Схватившись за ее руку и поднявшись, Тэ Ын слегка покачнулась, но кое-как перебирая ногами, всё же вышла из кабинки.

Когда они спустились по лестнице на первый этаж, от пестроты вокруг чуть не закружилась голова. Красное освещение, оглушительная музыка, от которой вибрировало всё тело, и люди, танцующие в такт этой музыке. Во времена работы в HJ она пару раз бывала в таких местах, чтобы улаживать проблемы клиентов, затесавшихся в толпе, но к этому месту привыкнуть было решительно невозможно.

Вдобавок ко всему, присматривая за Тэ Ын, нервы До Ха были натянуты до предела. И всё из-за сальных, липких взглядов, прилипавших к ним со всех сторон.

— Пожалуйста, только не упади.

— Я из-за тебя уже протрезвела, так что всё в... Ох!

Тэ Ын, которая до этого вполне сносно шла, вдруг остановилась как вкопанная и обернулась. Что уж она там увидела, но с побелевшим лицом она принялась судорожно озираться по сторонам, словно ища, куда бы спрятаться.

— Ущипни меня за щеку.

— Что за бред, ты сейчас пья... Ах!

Тэ Ын, первой спрятавшись за огромной колонной, потянула До Ха за руку. Неожиданно оказавшись втянутой в это и присев на корточки рядом, До Ха с недоумением наблюдала за ее действиями.

Тэ Ын присела так низко, как только могла, прячась под столом, хозяева которого ненадолго отошли.

— Это что, новая пьяная выходка? Ты что вообще творишь?

— Ч-что оппа здесь делает?

Оппа? Не поняв с первого раза, о ком речь, До Ха вопросительно посмотрела на неё, и Тэ Ын, словно от разочарования ее непонятливостью, повысила голос.

— Оппа Тэ Ик. Твой парень!

— ...Что?

Растерявшись не меньше Тэ Ын, До Ха высунула голову из-за колонны и посмотрела туда, куда смотрела Тэ Ын. Ей хотелось верить, что это ошибка, но ее взгляд замер на одном конкретном человеке.

Эта угрожающая фигура обладала абсолютным присутствием даже в таком шумном и хаотичном месте. Мужчиной, который разговаривал с человеком, похожим на администратора клуба, был не кто иной, как Тэ Ик. А увидев стоявшего рядом с ним мужчину с татуировкой на шее, До Ха закрыла глаза, как бы признавая, что всё кончено.

[Приехать сейчас?]

Всплыло сообщение, которое Тэ Ик отправил ей совсем недавно.

Он не шутил...

— Эй, нас же так засекут! Пригнись!

— Чхве Вон тоже здесь.

— Что-о?!

Наверное, в этот момент Тэ Ын протрезвела окончательно.

— Какого черта люди, которые должны быть на Чеджу, делают здесь?

— Мун Тэ Ын, где твой телефон?

Эти двое не могли заявиться сюда без причины. На вопрос До Ха Тэ Ын порылась в сумке и достала телефон.

— Он выключен?

— ...Угу.

— С каких пор?

— Еще до того, как мы пришли сюда.

— А что ты делала перед тем, как его выключить?

— Отправила сообщение Чхве Вону. Написала, что пойду в клуб и подцеплю первого встречного мужика...

— Ха-а...

Примерно осознав масштаб катастрофы, До Ха провела рукой по лицу. Раз уж они всё равно попались, возможно, было бы лучше просто выйти к этим двоим на своих двоих. Но ее ноги словно приросли к полу.

— Ч-что нам делать? Они идут сюда!

А мне-то что делать!

— Может, сбежим, пока не поздно?

Загнанная в угол Тэ Ын стала действовать безрассудно. Поймав себя на мысли, что и сама не против, До Ха поняла, что тоже теряет рассудок. Тэ Ын как раз потянула ее за руку с предложением сваливать, когда...

Тук-тук...

От мерного стука по столу До Ха и Тэ Ын затаили дыхание. А следом раздался до боли знакомый низкий голос:

— Вы отлично постарались, барышни.

Обе вскочили одновременно. Тэ Ын, умудрившаяся при этом удариться головой о стол, стиснула зубы, терпя боль.

Даже в этом оглушительном шуме До Ха отчетливо услышала вздох мужчины. Она лишь подняла глаза, чтобы посмотреть на обладателя голоса, и нервно сплела пальцы.

— Вот же мелкие паршивки.

Тэ Ик, засунув руки в карманы брюк, переводил взгляд с До Ха на Тэ Ын и обратно. Когда он встретился глазами с До Ха, на его скулах на мгновение вздулись желваки. Он хотел было что-то сказать, но закрыл рот и, помня о посторонних взглядах, бросил:

— Обе, за мной.