До Ха безучастно посмотрела на искаженное гневом лицо Ли Джу Ён. Женщина, давшая волю неконтролируемым эмоциям, увидев кровь на коже До Ха, задрожала, словно в припадке.

— П-простите. Что это я сейчас...

Ли Джу Ён попыталась встать, но рухнула на пол. Вздохнув, До Ха подошла и поддержала женщину, готовую вот-вот потерять сознание.

— Все в порядке, для начала успокойтесь.

Женщина не двигалась.

— Ли Джу Ён, вы в порядке?

— Но, адвокат Юн.

Она крепко вцепилась в руку До Ха. Почувствовав, как ледяной холод пробирается под кожу, До Ха увидела, что Ли Джу Ён снова подняла на нее глаза.

— Председатель Квон Чон Хан знает об отношениях вас двоих?

— ......

— Ваша родная мать тоже знает?

Лицо До Ха побледнело, словно из него разом выкачали всю кровь. В зрачках Ли Джу Ён отразилось ее собственное, растерянное лицо.

В этот момент в голове пронеслось слишком много воспоминаний.

Чо Ин Ён и председатель Квон, идущие бок о бок, держась за руки.

Умиротворяющее тепло, царившее в больничной палате.

Именно тогда холодный голос развеял все видения и внезапно ворвался в разговор:

— Ли Джу Ён, что ты творишь?

Сон Джун с ледяным выражением лица стоял в дверях. Неизвестно, как давно он вошел.

***

На 19-м и 21-м этажах главного офиса «Тэён Гонсоль» в Сочхо витало удушающее напряжение.

На этажах, где располагались юридический и бухгалтерский отделы, царило давление даже большее, чем в начале лета, когда прокуратура проводила расследование по делу о взятках подрядчикам.

В кабинете генерального директора руководитель юридического отдела и директор И Юн Чжэ стояли наготове с отчетами для Тэ Ика.

— Блядь, ебаный в рот.

Внезапно раздавшаяся в кабинете грязная ругань заставила всех присутствующих перевести взгляд на спину Тэ Ика, смотревшего в окно. Это была ругань, которую Тэ Ик, десять минут висевший на телефоне с главным прокурором Центральной окружной прокуратуры, не смог сдержать.

Видимо, главный прокурор, так и не разобравшийся в ситуации, окончательно вывел Тэ Ика из себя. На предплечьях Тэ Ика, с закатанными рукавами рубашки, вздулись вены.

— Наш старик работает просто на отъебись.

Его голос, цедящий каждое слово сквозь зубы, был настолько ядовитым, что казалось, он поглотит все пространство вокруг.

Инцидент начался три дня назад, когда служба безопасности обнаружила репортера, следившего за Тэ Иком. Репортер числился в юридическом отделе «Хэсон Ильбо» и систематически получал информацию от спецотдела Центральной окружной прокуратуры, публикуя статьи о крупных коррупционных скандалах в политических и деловых кругах Кореи.

Большинство экстренных новостей юридического отдела «Хэсон Ильбо» исходили от прокуратуры, и доля Второго спецотдела Центральной окружной прокуратуры была подавляющей. То ли из-за наличия надежного покровителя, но смелость репортера была столь же велика, как и его безрассудное стремление следить за генеральным директором Мун Тэ Иком посреди ночи.

Несмотря на всевозможные угрозы, репортер до последнего держал рот на замке. Даже зная, что за ним стоит прокурор спецотдела, им потребовалось два дня только на то, чтобы выяснить его точную цель. Использовав различные незаконные методы для извлечения записей телефонных разговоров, они обнаружили, что некий прокурор спецотдела встречался с высокопоставленным чиновником Службы финансового надзора (ФСС).

Второй специальный следственный отдел Центральной окружной прокуратуры, Квон Сон Джун.

Этот прокурор сформировал команду, о которой не знали ни главный прокурор, ни старший прокурор отдела, и проводил собственное расследование. Главным руководителем расследования был первый заместитель главного прокурора Центральной окружной прокуратуры, в чьем подчинении находился Второй спецотдел.

Столкнувшись с неожиданной засадой, они также уловили признаки готовящейся аудиторской проверки.

— Если не хотите позориться перед зелеными юнцами, работайте как следует, ясно?

Бам!

Тэ Ик, в одностороннем порядке оборвав звонок, швырнул папку на стол. Это был список членов спецгруппы, предоставленный ему несколько часов назад. Спецгруппа Второго спецотдела. Назвать их ничтожествами язык не поворачивался — состав высокопоставленных чиновников, приложивших руку к расследованию, было трудно игнорировать.

У Квон Сон Джуна была лишь одна цель:

Отследить источники и счета, по которым черная касса, созданная «Тэён Гонсоль», перетекала в политические и финансовые круги.

Когда Тэ Ик закончил разговор, к нему подошли руководитель юридического отдела и директор Ли. Поймав взгляд Тэ Ика, руководитель юридического отдела заговорил первым:

— Даже если они составили список строительных компаний, лоббировавших депутата Пак Чон Хуна, это уже слишком. Сливать журналистам информацию о расследовании только на основании нескольких встреч, без веских доказательств вашей причастности к проектам депутата Пака...

Тэ Ик, слушая руководителя юридического отдела, сел в кресло. Его глаза, не знавшие нормального сна уже несколько дней, налились кровью.

Центральной фигурой расследования черной кассы был не кто иной, как депутат Пак Чон Хун. Прокуратура в сговоре с ФСС ухватилась за связи между Тэ Иком и депутатом Пак Чон Хуном, которые начались с того самого благотворительного мероприятия, и раздула это дело.

— Похоже, расследование, нацеленное на вас, продолжается еще со времен дела о взятках. Судя по тому, что они провернули все за спиной главного прокурора и довели дело до жалобы в ФСС, готовились они к этому не один день.

То, как разворачивались события, было настолько нелепым, что голос руководителя юридического отдела звучал довольно резко.

— Прокуратура отлично все рассчитала. Очевидно, что после аудиторской проверки они планировали привлечь специального прокурора и нажать на расследование черной кассы.

— Каким образом они связались с ФСС? Говорите, заместителя главного прокурора не было на той встрече Квон Сон Джуна с чиновником?

Тэ Ик спросил, откуда обычный прокурор может быть знаком с высокопоставленным чиновником ФСС.

Руководитель юридического отдела протянул документы с именами нескольких человек и их краткими биографиями.

— Судя по нашему расследованию, это связи матери прокурора Квона. Она судья Высокого суда и окончила тот же юридический факультет, что и этот чиновник. Это личные связи прокурора Квона, так что главный прокурор, естественно, ничего об этом не знал.

— Бесполезный кусок дерьма.

Глава, который даже не знает, как работает его собственная организация. Тэ Ик, потирая уставшие глаза, достал сигарету. Открыв портсигар и зажав белую палочку между пальцами, он спросил руководителя юридического отдела:

— Каковы ваши прогнозы?

Чирк.

Взяв первую попавшуюся зажигалку со стола, он зажег пламя на кончике сигареты.

— Учитывая, что прокуратура намеренно слила информацию в прессу, формальной проверки ФСС нам, видимо, не избежать.

Объект аудиторской проверки.

«Тэён Гонсоль» обладала подавляющим объемом денежных резервов среди строительных корпораций страны. Их финансовое положение было настолько прочным, что они могли бы без проблем выдержать запрос ФСС на финансовые данные за несколько лет.

Однако внезапная, непредвиденная проверка окажет серьезное влияние на цены акций. К тому же, больше всего беспокоило то, насколько глубоко копнут аудиторы и как далеко зайдут последствия — это было непредсказуемо.

— С документами все в полном порядке, генеральный директор.

Несмотря на не самую оптимистичную ситуацию, руководитель юридического отдела выразил уверенность.

— Мы сделаем все возможное, чтобы не допустить таких ситуаций, как вызов на слушания комитета.

Тэ Ик тоже разделял эту уверенность.

«Тэён Гонсоль», в отличие от других строительных компаний, не создавала черную кассу с помощью дешевых фокусов вроде завышения стоимости строительства. Каким бы совместным проектом прокуратуры и ФСС это ни было, они не смогут так легко вычислить масштабы черной кассы и процесс ее формирования.

Поэтому нужно было все замять на начальном этапе, до того, как расследование копнет глубже.

— Для начала...

Когда сигарета догорела, Тэ Ик отдал окончательные распоряжения:

— Тщательно подготовьте официальное заявление для прессы на случай начала проверки. Наоборот, используйте эту возможность, чтобы подчеркнуть финансовую прозрачность компании.

— Да, генеральный директор.

— Директор Ли, в ближайшее время назначь встречи со стариками из совета директоров, чтобы они не паниковали. Скажи, что я лично встречусь с ними и все объясню.

— Да, генеральный директор.

— А что касается прокуратуры...

Дойдя до этого момента, Тэ Ик на мгновение сжал раскалывающуюся голову. Воспоминание о недавнем телефонном разговоре с главным прокурором Центральной окружной прокуратуры снова вызвало приступ неконтролируемого гнева.

— Как только вы отдадите приказ, мы готовы выпустить статьи — все меры уже приняты.

Услышав слова директора Ли, Тэ Ик кивнул и закрыл глаза.

Он больше не мог доверять некомпетентным людям со стороны, придется действовать самому.

— Идите, отдыхайте.

Он не спал несколько дней. Даже когда он просто сидел, ему казалось, что череп вот-вот расколется от боли.

После того как руководитель юридического отдела, поклонившись, вышел, в кабинете остались только Тэ Ик и директор Ли. В пространстве, где повисла тишина, раздался мрачный голос Тэ Ика:

— Знала ли она.

Единственный вопрос, который сводил его с ума.

Он был настолько поглощен этим вопросом, что отодвинул на задний план и аудит, и прокурорское расследование.

«Я хочу побыть только вдвоем с вами, Тэ Ик».

Перед его отъездом До Ха особенно не хотела никуда выходить. Она отказывалась даже от походов в ближайшие заведения и под милым предлогом «хочу побыть с тобой» старалась удержать его дома. Только сейчас он осознал, насколько неестественным было тогда поведение До Ха.

Если все поступки Юн До Ха, заставившие его поверить в ее чувства, были сделаны ради Квон Сон Джуна.

«Господин Мун Тэ Ик, наши отношения закончены».

И если причина, по которой она решила с ним порвать, тоже была только в Квон Сон Джуне.

Эти блядские умозаключения безостановочно грызли его нервы. Он бы и рад был отмахнуться от них, но...

«Потому что свадьбы не будет».

Тайминг был слишком идеальным.

Подозрениям не было конца.

— ...Блядь, так это я был новым «оппой».

В его тоне сквозила легкая усмешка, но любой бы расслышал в ней глубокую горечь.

— За последние три дня пути адвоката Юн и прокурора Квона ни разу не пересекались.

Директор Ли, до этого хранивший молчание, сообщил это, видимо, в качестве утешения.

— Генеральный директор, вам бы сейчас отдохнуть. Вы же даже нормально не ели.

Тэ Ик проигнорировал его слова и как раз собирался прикурить новую сигарету.

Директор Ли, взглянув на телефон, тут же посмотрел на Тэ Ика. Выпуская белый дым, Тэ Ик, почуяв недоброе, перевел взгляд на директора Ли.

— Прокурор Квон Сон Джун в данный момент находится вместе с адвокатом Юн До Ха.