— М-м-м, м-м!
Язык, вторгшийся в рот задыхающейся Са Хи, метался там как сумасшедший.
Каждый раз, когда он с силой вбивал член в её горячее влагалище, он так же глубоко проталкивал язык ей в горло, и Са Хи отчаянно пыталась оттолкнуть его.
Неистовое желание безраздельно владеть всеми её отверстиями заполняло и её влагалище, и её рот.
Ему хотелось воткнуть его вот так и никогда не вытаскивать.
Но вскоре его пенис начал горячо раздуваться, и Ын До убрал язык, позволяя Са Хи вдохнуть.
Са Хи с жадным вздохом «Ха-а-ап» посмотрела на Ын До полными слез, укоряющими глазами, и в этот момент кончик его пениса взорвался.
— Х-х, ха-а...
От долгожданного семяизвержения сердце Ын До заколотилось как бешеное.
Сперма, щедро залившая Са Хи изнутри, с каждым движением бедер Ын До вспенивалась белой пеной и с хлюпаньем вытекала наружу.
Оргазм, простреливший до кончиков пальцев, заставил каждую клеточку его тела непрерывно содрогаться.
— Ха-а, ха-а, думала, умру... а-ах.
Са Хи уткнулась лицом в изгиб его шеи и тяжело, прерывисто дышала.
Видимо, тот последний толчок языком прямо в горло дался ей тяжело.
Он подумал, что больше не стоит так делать, но, вспомнив её полные экстаза глаза, закатившиеся в тот самый момент, не мог ничего обещать.
«Но на сегодня, пожалуй, хватит», — решил про себя Ын До.
— Давненько мы этого не делали, так хорошо, правда?
— Врете. Даже если бы мы делали это каждый день, Вы бы всё равно сказали, что сегодня лучше, потому что это Ваш день рождения.
В ответ на ворчливые слова Са Хи Ын До лишь согласно усмехнулся.
А затем стал молча наблюдать за тем, как липкая, скользкая сперма, стекающая к его низу живота, снова путается в лобковых волосах Са Хи.
Ему снова нестерпимо захотелось её. Не то чтобы он собирался заделать ей ребенка прямо перед поступлением, но...
— Может, и завтра прогуляешь академию?
Спросил он, снова медленно начиная двигать бедрами, и расслабленное тело Са Хи подпрыгнуло, словно её ударило током.
— Не... льзя. До Сунына остались считанные дни. М-м, я сегодня вообще впервые прогуляла занятия. Ха-а...
— Сможешь нормально учиться, если совсем не поспишь?
В ответ на вопрос Ын До Са Хи издала смешок, похожий на сдувающийся шарик.
— Сколько еще Вы собираетесь это делать?
— Раз уж до Сунына секса больше не будет, надо сегодня оторваться по полной.
— Нет, Ын До, не двигайтесь, потерпите всего десять дней, еще десять дней, и потом... а-ах.
Не обращая внимания на мольбы Са Хи, Ын До был слишком занят, вылизывая её мокрое от пота и слез лицо.
Каждый раз, когда она пыталась что-то сказать, его язык выписывал пируэты на её коже.
— Хорошо, Са Хи. Тогда еще ровно два раза. Только два раза, и я тебя отпущу. Я же хороший парень, который во всем поддерживает свою абитуриентку, так что дам тебе поспать.
— А-ах, ни стыда ни совести.
— Ага, я знаю.
Шлеп. Когда их тела снова с силой столкнулись, и смазка, смешанная со спермой, брызнула во все стороны, Са Хи издала болезненный стон.
Тогда Ын До закинул обе её руки себе на шею и, не вынимая члена, поднялся на ноги.
— У нас мало времени, так что, может, помоемся и заодно продолжим?
Невозмутимо произнес Ын До и, с пенисом, всё еще глубоко застрявшим во влагалище Са Хи, широким шагом направился к двери.
В такт его шагам его бедра поочередно подбрасывали её ягодицы, и член Ын До входил всё глубже и глубже, заставляя Са Хи кричать.
Казалось, он вот-вот проткнет её насквозь.
— Ах! Ын До! Слишком глубо... а-ух!
Под крики Са Хи, звучавшие для него как музыка, Ын До вошел в ванную и усадил её прямо на край раковины.
Поправив её так, чтобы ей было удобно сидеть, он, не дав ей опомниться, снова с силой вбил в неё свои бедра.
— А-а-ак!
— Тише, Са Хи. Твои стоны могут по вентиляции, ха-а, дойти до соседей.
— Э-это же абсурд, ах...
— Ха, Са Хи, мне так охуенно, что я сейчас с ума сойду.
Опершись одной рукой о зеркало за спиной Са Хи, Ын До без остановки двигал бедрами.
Хотя она и сказала, что это абсурд, видимо, испугавшись, что её стоны действительно разнесутся по всему дому, Са Хи изо всех сил стиснула зубы.
Глядя на неё, Ын До грубо рванул воротник своей школьной рубашки, на которой не было расстегнуто ни одной пуговицы.
Дзынь. Оторвавшаяся пуговица отлетела и ударилась о стену ванной, а Ын До притянул голову Са Хи и уткнул её в свою обнажившуюся грудь. В ответ Са Хи мстительно укусила его за грудь.
В тот же миг острая, пронзительная вспышка удовольствия прошила его от макушки до пят.
— Блять, мне охуенно нравится любая хуйня, я точно ебанутый. Х-х.
Глядя в зеркало на то, как он крепко сжимает растрепанные волосы Са Хи, еще сильнее прижимая её к своей груди, Ын До самоиронично пробормотал.
Са Хи, с обнаженной грудью и задранной юбкой, всё еще в школьной блузке, стонала, насаженная на член Ча Ын До.
Странное чувство неправильности происходящего дурманило рассудок.
Возможно, я с самого начала...
— Ха-а, ха-а.
Остановив бесконечный поток фантазий, Ын До прекратил двигаться и тяжело задышал.
Тогда Са Хи, которая, сама того не замечая, перешла от укусов к посасыванию его соска, подняла на него затуманенный взгляд.
Её покрасневшие, припухшие глаза были до того красивы, что Ын До не выдержал, высунул язык и слизал с них влагу.
М-м-м, — на усталый стон Са Хи Ын До ответил смешком.
— Я еще не кончил, так что второй раз еще не считается законченным.
Поскольку из-за неудобной позы член застрял глубоко внутри, Ын До медленно отвел бедра назад, чтобы вытащить его, и Са Хи вся содрогнулась.
Распаренная, раскрасневшаяся от возбуждения Са Хи была прекрасна с головы до ног. Но особенно...
— Нет.
Когда Ын До попытался опустить голову к её паху, Са Хи поспешно схватила его за волосы.
— Мы же еще не помылись. Мы весь день были на улице, и к тому же...
Сперма, которую Ын До влил в нее, всё еще медленно вытекала наружу, и она просто не могла позволить ему сделать это.
— Всё нормально. Мне плевать.
— А мне нет.
Са Хи еще крепче вцепилась в его волосы, не давая ему опустить голову, и замотала головой.
Тогда Ын До, словно сдавшись, снял с неё школьную блузку и сам разделся догола.
Затем он взял Са Хи на руки, занес в душевую кабину и включил теплую воду, направив душ на её тело.
Тонкие струйки теплой воды стекали по изящной шее Са Хи, струились по груди, падали с кончиков сосков и, найдя другой путь, спускались всё ниже и ниже.
Омыв гладкий живот, вода намочила лобковые волосы, слипшиеся от всевозможных выделений, и тогда Ын До поднес лейку прямо к её промежности.
А второй рукой раздвинул мокрые заросли и начал потирать набухающий в тепле клитор.
— А-ах!
Са Хи попыталась скрестить ноги, чтобы остановить руку Ын До, но у нее не хватило сил.
Сделав вид, что собирается её помыть, Ын До снова протолкнул свои толстые пальцы в её влагалище.
Сводящее с ума удовольствие снова начало туманить её разум.
— Держи.
Ын До вложил лейку душа в руку Са Хи, а сам опустился перед ней на колени.
Затем обеими руками раздвинул её половые губы, обнажая напряженный, набухший клитор, и, высунув язык, начал медленно слизывать с него влагу.
Ха-ах, стоны, которые она не успевала сдерживать, срывались с её губ, и Са Хи подняла лейку прямо над головой Ын До.
Мощные струи воды обрушились ему на лицо, но Ын До, казалось, даже не дышал, зарываясь лицом всё глубже ей между ног.
В конце концов, испугавшись за него, Са Хи, вся дрожа, отвела душ ему за плечо.
Язык, более горячий, чем вода, неистово хлестал её снизу.
Чвак, чвак... Услышав непристойные звуки высасывания смеси воды и телесных соков, Са Хи прикусила губу.
Прошлой ночью она допоздна готовила, а сегодня встала ни свет ни заря и весь день была на ногах, поэтому Са Хи была настолько измотана, что ей казалось, она вот-вот упадет.
— Ча Ын До, я устала.
В конце концов, не выдержав возбуждения, она пробормотала это, и Ын До, который до этого без остановки работал языком, поднял голову и посмотрел на неё.
Ча Ын До, слизывающий с губ её соки, был самым сексуальным мужчиной на свете, но если бы она простояла так еще хоть минуту, её дрожащие ноги точно бы подкосились.
— Да?
Ын До послушно поднялся на ноги, и она подумала, что они сейчас просто помоются и пойдут в постель.
Но Ын До обманул её ожидания: он развернул Са Хи, прижал её спиной к стене душевой кабины, тут же поднял одну её ногу и сказал:
— Раз ты устала, я постараюсь закончить побыстрее.
Вопреки его сладким словам, его огромный, угрожающе раздувшийся член снова разорвал её плоть и с силой вонзился внутрь. Руки Са Хи, не находя опоры, зашарили сзади и вцепились в ягодицы Ын До.
Каждый раз, когда тугие, напряженные мышцы толкали его бедра вперед, они становились твердыми как камень. Чувствуя это, Са Хи высунула задыхающийся язык и начала лизать и сосать руку Ын До, которой он опирался о стену.
Было хорошо, но она безумно устала.
Ей хотелось, чтобы он остановился, но в то же время ей хотелось дойти с ним до самого конца.
Осознавая, что эта амбивалентность пожирает остатки её сил, Са Хи снова изо всех сил сжала мышцы внизу.
Так второй раз, начавшийся в ванной комнате, завершился тем, что Ын До, поддерживая готовое рухнуть тело Са Хи, почти стоя довел дело до финала.
***
Третий раз был еще дольше и настойчивее, поэтому в конце концов Ын До заканчивал его один.
Са Хи, которая громко рыдала от накатывающих волн оргазма, содрогаясь всем телом, достигла пика, а затем просто отключилась прямо под ним.
Ын До, не переставая двигать бедрами, не отрывал взгляда от Са Хи, которая даже во сне хмурилась при каждом его толчке и издавала сонные стоны, запечатлевая каждую деталь в своей памяти.
Её раскрасневшееся лицо, выглядывающее из-под спутанных мокрых волос; белая грудь, сплошь покрытая красными следами от его поцелуев и укусов.
Плоский живот, к которому присохло всё, что только можно; черные лобковые волосы и самое прекрасное на свете отверстие, в которое всё еще входил и выходил его член.
Смотря сверху вниз на Са Хи, которая была насквозь пропитана им и принадлежала только ему, Ын До на мгновение остановился.
Раз уж он обещал, что это последний раз, уговаривая её потерпеть еще немного, то, пусть она и уснула, обещание нужно было сдержать.
Он не хотел заканчивать, но решил остановиться и просто...
Ын До наклонился и крепко обнял Са Хи. В его объятиях она по-прежнему казалась такой мягкой и хрупкой.
Очевидные вещи, о которых не думаешь, когда, как сумасшедший, вбиваешь в неё свой хер, всегда настигают позже в виде сожалений.
Ей ведь завтра опять весь день учиться.
— Я не уверена, что смогу стать хорошей матерью.
Когда это было? Кажется, когда их графики совпали и Са Хи в качестве исключения разрешила секс без презерватива, Ын До в шутку сказал, что было бы здорово, если бы она забеременела.
Тогда Са Хи с грустным лицом ответила именно так.
