Он всегда думал, что Юн Са Хи не из тех, кто ведет себя как дешевка, но всё равно приходил в ярость. Он слышал, что она жила вместе с Ча Ын До в его доме. Он верил, что она ни за что в жизни не раздвинет свои драгоценные ноги перед каким-то бандитским ублюдком, но пока он не мог её найти, она, оказывается, глотала сперму Ча Ын До. От этой мысли он был готов сойти с ума.

— Блять, старый пердун. Я знал, что он будет вставлять мне палки в колеса, но чтобы он задумал такое...

Сколько лет он прослужил председателю Наму, как верный пес? Сколько времени играл роль сторожевой собаки, охраняющей его племянницу? А стоило Са Хи исчезнуть, как председатель отстранил его и оттолкнул, словно вместе с ней исчезла и его ценность, а теперь, блять, что? Ча Ын До? При одной только мысли об этом у Чэ Ха кровь закипала в жилах.

Разве он сам не искал Са Хи? Председатель Нам так активно ставил ему подножки, что Ча Ын До, должно быть, тоже нашел её совсем недавно. Но всё это время председатель Нам не спускал глаз с Ын До. Чэ Ха узнал об этом лишь недавно. Он не обращал внимания на этого ублюдка с ножом, но теперь стало ясно: всё пришло в движение именно тогда, когда Са Хи переехала в дом Ын До. Когда до него дошла информация, что председатель Нам хочет перетянуть Ын До к себе, было уже слишком поздно.

План председателя Нама был прост. Выдать Са Хи замуж за Ын До, который ей нравится, и передать организацию племяннику-зятю. Са Хи, которая так бесилась и кричала, что ненавидит бандитов, в итоге стала встречаться с бандитским ублюдком, и председатель Нам, даже глазом не моргнув, собирался отдать Ын До то место, ради которого Чэ Ха столько лет рвал жилы.

— Хуй вам, блять.

Он сунул в рот сигарету, пытаясь унять готовое разорваться от ярости сердце, когда в комнату скользнула массивная тень. Это был Чон Мо, его правая рука. Бросив быстрый взгляд на женщину, которая даже не подумала прикрыться при виде незнакомца и невозмутимо лежала на кровати, Чон Мо направился прямиком к Чэ Ха.

— Исполнительный директор, связь с людьми председателя Хван Чхоль Ука полностью оборвалась.

— Ча Ын До, вот же сукин сын!

Чэ Ха выплюнул проклятие, полное ярости. Ын До, который навестил больную Са Хи и поговорил с председателем Намом с глазу на глаз, сразу же по возвращении в Муджин начал действовать. Мэр Муджина, воодушевленный так, словно стал апостолом правосудия, устроил истерику, обещая сровнять с землей 5-й район — рассадник всевозможных преступлений. СМИ, подхватив ритм, устроили настоящую пляску с саблями. Наркотики, ввезенные контрабандой, бесконечные списки двойной бухгалтерии, списки взяток, щедро розданных всем кому не лень — всё это каждый день выливалось в прессу, и нелегальные заведения 5-го района закрывались одно за другим. Все вокруг пиздели, что мэр Пак взялся за нож ради переизбрания в следующем году, но Чэ Ха видел всё насквозь. Мэра выставили как марионетку, а за ниточки дергал Ын До.

— Кажется, у них своих проблем по горло, так что дела, которые мы собирались с ними провернуть, тоже пошли прахом.

— Надо же было знать меру. Блять, и зачем они накопили столько дури?

— Это тоже выглядит подозрительно. По нынешним ценам копить столько — просто глупость. Они уже должны были сбыть как минимум половину.

— Хочешь сказать, что и это дело рук ублюдка Ын До?

На вопрос Чэ Ха Чон Мо промолчал, но всё и так было ясно. Это была еще одна свинья, которую Ча Ын До заботливо им подложил. Причем тратя на это собственные деньги.

— Этот сумасшедший ублюдок что, реально собирается зачистить всё там и перебраться сюда?

Иначе с чего бы ему так решительно рушить шаткий баланс, который они негласно поддерживали? Если только ему не плевать на то место.

— Как там зовут того ублюдка? Ли Джи Хёк? Ким Джи Хёк? Того друга Ын До.

— Исполнительный директор Кан Джи Хёк.

— Неважно, этот ублюдок. Свяжись с ним и скажи, что нет смысла больше ждать, пора разыграть партию. Если мы оставим всё как есть, Ча Ын До зачистит свой район, приедет сюда и первым делом перережет мне глотку.

— Да, исполнительный директор.

Когда Чон Мо вышел из комнаты, Чэ Ха затушил сигарету, которая всё это время тлела сама по себе, и прикурил новую.

— Ублюдок, он мне пиздец как не нравился с самого первого дня.

Чтобы совершить великое дело, он затаился и ждал своего часа. Но когда рядом с председателем Намом появился Ча Ын До, который, казалось, был рожден стать бандитом, мечты Чэ Ха начали рушиться. Как он, выжидающий лишь возможности для переворота, мог не заметить Ын До, который не сводил глаз с Са Хи? Поэтому, чтобы свалить начавшего набирать силу Ча Ын До, он заранее подослал к матери Са Хи наркомана. Он прекрасно знал, что на каникулах Са Хи приезжает к матери на несколько дней, что эта наркоманка, не способная быть нормальной матерью — её мать, и что Ча Ын До будет каждый день крутиться вокруг их дома. Но он не ожидал, что всё обернется так, и что погибнет отец Са Хи. Человеком, которого он хотел подставить и бросить под нож, был Ча Ын До. Но тот, кто должен был умереть, остался цел и невредим, а Юн Са Хи, которая должна была еще сильнее зависеть от Чэ Ха, сбежала из дома на долгие годы. В итоге всё пошло прахом из-за Ча Ын До.

— Верно, это закончится только тогда, когда один из нас сдохнет. Я убрал его с глаз долой, а он выжил и снова прилип как банный лист, значит, должен быть готов ко всему.

Выдохнув густой сигаретный дым, Чэ Ха со скрипом стиснул зубы. В любом случае, если он будет сидеть сложа руки, он труп в тот самый момент, когда Ын До станет мужем Са Хи. Потому что так же, как он знал об одержимости Ын До, этот ублюдок знал о его жажде заполучить Са Хи.

— Оппа, ты правда не идешь?

Томным голосом позвала женщина, широко раздвинув ноги, и Чэ Ха медленно подошел к кровати. Когда она просто лежала, сходства не было, но когда она улыбалась — он видел лицо Са Хи. Чэ Ха протянул руку и приподнял женщину за подбородок. Её соблазнительные глаза призывно сощурились.

— Назови меня «Чэ Ха оппа».

— Оппа, Чэ Ха оппа. Ты не представляешь, как я скучала. Я так много думала о тебе, оппа, а ты? Оппа, ты же так хорошо трахаешься. Чэ Ха оппа, вставь мне. Выеби свою Са Хи. М? Чэ Ха оппа.

Женщина, как заведенная, повторяла фразы, которые Чэ Ха заставлял её заучивать весь день. Выеби свою Са Хи — от этих слов его член прострелило возбуждением. Чэ Ха скинул ночной халат и шагнул к женщине. Когда губы, похожие на губы Са Хи, обхватили его хуй, Чэ Ха со стоном поклялся себе. Он обязательно убьет Ча Ын До и засунет свой член прямо в рот Юн Са Хи.

***

— ...Мэр Пак заявил, что из-за специфики Муджина вмешательство центрального правительства имеет свои ограничения, и предложил Голубому дому впервые в истории местного самоуправления создать независимый следственный орган...

В последнее время в Муджине было неспокойно. Са Хи, евшая дыню на десерт после ужина, перестала жевать, услышав четкий голос диктора в телевизоре. Примерно с того времени, как после похорон матери Са Хи окончательно встала на ноги, новости из Муджина не сходили с главных страниц.

— Более того, подозреваемый в организации этого убийства, господин Хван, оказался криминальным авторитетом Муджина, который использовал подставных лиц для участия в различных прибыльных проектах...

И в каждом таком выпуске новостей появлялись бандиты. Она начала смотреть новости, которыми раньше вообще не интересовалась, из страха, что однажды услышит имя «господин Ча». Хотя Ын До, который звонил ей по двенадцать раз на дню (если немного преувеличить), уверял, что это никак с ним не связано и ей не о чем беспокоиться.

— Завтра поедем со мной за город.

Са Хи тупо смотрела в телевизор, когда сидевший рядом дядя заговорил с ней. Она изогнула бровь и отложила вилку.

— Куда еще? Дядя, ты и правда постарел. Зачем ты постоянно таскаешь меня за собой?

— При чем тут возраст. Мы должны проверить имущество, которое записано на твое имя, и вместе осмотреть места, куда я вложил деньги. Чтобы потом вы с адвокатом Чаном могли спокойно всё уладить без лишних проблем.

— Я же говорила, что мне не нужны твои деньги. Зачем мне смотреть на твои инвестиции?

— Эй, паршивка, ты должна знать, где, что и в каком объеме находится.

— Да зачем мне это знать? Ты просто использовал мое имя, дядя Чхоль Су и адвокат Чан в курсе, зачем еще и мне туда лезть?

Как только Са Хи оправилась от простуды, дядя стал везде таскать её за собой. Он заставил её лично проверить не только банковские счета и вклады на её имя, но и акции, облигации и различные инвестиции. Недвижимость он показывал ей вживую: «Это здание твое, и та земля тоже твоя». Са Хи, которой было не по себе от того, что эти деньги заработаны не её трудом, да и не самым честным путем, пыталась отмахнуться от этого, но дядя буквально впихивал в нее информацию о своем состоянии.

[Можно я съезжу в Муджин ненадолго?]

Как только к ней вернулись силы, она соскучилась по Ын До и попросила дядю отпустить её, но получила отказ. Всё под тем же предлогом — нужно завершить процедуры по вступлению в наследство, которое даже не было нажито её матерью. Хотя адвокат Чан прекрасно со всем бы справился и без неё, дядя категорически запретил ей ехать в Муджин. И продолжал придумывать новые дела. Она и раньше знала, что дядя богат, но когда он решил показать ей всё свое состояние до последней копейки, Са Хи просто устала от этого.

[Даже если поедешь, тебе всё равно придется вернуться на сорок девятый день. Так что сиди здесь до тех пор. Тебе же потом всю жизнь с этим парнем жить, неужели не можешь потерпеть пару дней рядом с дядей?]

После таких слов Са Хи не смогла отказать и осталась. Но, глядя на новости, которые крутили изо дня в день, у неё закрадывалась мысль: а не держит ли дядя её здесь потому, что в Муджине сейчас слишком опасно?

— Ладно, завтра мы с тобой поедем на участок, где планируется строительство нового города...

— ...Между тем стало известно, что убитый господин Чо также был бывшим криминальным авторитетом, в связи с чем не исключается возможность подключения к расследованию отдела по борьбе с насильственными преступлениями Верховной прокуратуры. Погибший господин Чо был крупнейшим акционером элитного отеля «Гиперион» в Муджине...

Как только слова диктора достигли её ушей, Са Хи резко вскочила с места. Она не знала, кто такой этот господин Чо, но раз он был связан с отелем «Гиперион», то наверняка имел отношение к Ын До.

— Дядя, я пойду наверх.

Дядя, смотревший новости вместе с ней, взглянул на испуганное лицо Са Хи, тяжело вздохнул и кивнул. Са Хи пулей взлетела в свою комнату и набрала номер Ын До. Как всегда, не прошло и трех гудков, как он ответил.

— Алло...

— Кто такой господин Чо?

Са Хи выпалила вопрос от нетерпения, и Ын До на мгновение замолчал. Судя по тому, как шумный фон внезапно стих, он, видимо, перешел в тихое место, чтобы поговорить.

— Если ты переживаешь, что твой парень, находясь так далеко, будет тебе изменять, то единственная женщина, которую я знаю, кроме госпожи Чо — это Юн Са Хи...

— Я про крупнейшего акционера «Гипериона».

Было очевидно, что он всё понимает, но специально переводит тему, поэтому Са Хи снова перебила его. Ын До обреченно усмехнулся и ответил:

— Это председатель, на которого я работал.