— Так или иначе, исполнительный директор Пэк, раз уж ты сам приехал, я еще раз подчеркну: уговор нужно соблюдать.

— Не беспокойтесь. Меня совершенно не интересует Муджин. Мне нужна только жизнь Ча Ын До.

Щенку дикой собаки, который крутится вокруг твоей миски, нужно с самого начала отрубить лапы, чтобы он даже не смел о ней мечтать. Он не мог просто сидеть и тупо смотреть, как Ча Ын До забирает его место. Разве не говорят, что лучшая защита — это нападение? К тому же недавно Чэ Ха узнал еще кое-что. Председатель Нам, таская Са Хи повсюду за собой, переписывал на нее значительную часть своего состояния. И речь шла не просто о деньгах на счетах. Это была информация о том, что у Са Хи находится запасной ключ от банковской ячейки, где хранятся детали создания теневых фондов на Ёыйдо, способных как возвысить, так и уничтожить организацию, списки взяток, а также документы на землю в районе застройки нового города, купленную на подставных лиц. В тот момент, когда Ча Ын До заполучит Са Хи, к нему перейдет всё — и организация, и деньги.

[Чэ Ха оппа, почему тебя так редко видно? Ты был так занят в последнее время?]

Ничего не подозревающая Юн Са Хи по-прежнему была с ним мила. Не зная ни о том, что её дядя сделал с ним, ни о том, чем занимается Ча Ын До. Она просто улыбалась ему, как знакомому оппе по соседству из своих воспоминаний. С таким лицом, на котором не было и тени подозрения, что он хочет отнять у неё самое дорогое. И это, блять, бесило его еще больше.

— Всё готово.

В этот момент в кабинет вошел один из его людей и почтительно доложил. Чэ Ха посмотрел на свои наручные часы. Наконец-то пришло время охоты.

— Исполнительный директор Пэк, ты должен будешь щедро отплатить мне за то, что я одолжил тебе своих ребят для этого дела.

Председатель Хван, улыбаясь с видом добряка, снова потянулся за сигаретой, и Чэ Ха поспешно встал.

— Вас устроит «Гиперион»? Если сегодня этот поножовщик исчезнет, я уже собрал команду, которая займется пустующим местом председателя Чо.

Это была ложь. Ни один из стариков, которых подсунул Кан Джи Хёк, не знал структуры долей председателя Чо в «Гиперионе». Только Ча Ын До был глубоко вовлечен во внутренние дела. Но как только сдохнет Ча Ын До, даже это место крупнейшего акционера отеля само собой распадется на куски. Пусть этот старый гопник подбирает объедки.

— Я не забуду твою искренность, исполнительный директор Пэк.

Попрощавшись с удовлетворенно улыбающимся председателем Хваном, Чэ Ха поспешил покинуть затхлый кабинет. Хван Чхоль Ук раздражал его так же сильно, как и запах табака, въевшийся в его дорогой костюм. Как только разберусь с Ча Ын До, мне больше никогда не придется видеть его рожу.

***

Воздух у подножия горы был явно холоднее, чем в центре города. Ын До задумчиво наблюдал, как белый пар, вырывающийся изо рта, растворяется в черном ночном небе. В отличие от искусственных огней роскошного 1-го района по ту сторону горы, здесь были только редкие, тускло светящие вдалеке фонари и россыпь звезд над головой.

— Я хотел показать это Са Хи.

Зиму в этом доме, зиму, когда я рядом, зиму, когда не холодно, даже если кончик носа покраснел от мороза.

— Чуть что — сразу мысли о Са Хи.

Ын До усмехнулся и потянулся за телефоном, но остановил руку. Время было позднее, Са Хи, скорее всего, уже спала, и будить её ради одного лишь «я скучаю» было бы свинством. Скоро мы увидимся, надо потерпеть еще немного, — решил про себя Ын До.

— Директор.

Услышав тихий голос, он обернулся и увидел Сон Чхоля, который подошел вместе с дрессировщиком и Ханом. Ын До опустился на одно колено, как это любила делать Са Хи, встретился взглядом с Ханом и погладил его по голове.

— Ты тоже соскучился?

Хан, не понимая, о чем речь, лишь радостно дышал, высунув язык. Ын До с улыбкой почесал его за ухом и спросил у дрессировщика:

— А остальные собаки?

— Да. Ожидают в вольерах. Как Вы и приказывали, их не кормили с обеда.

— Из-за какого-то мусора наши малыши зря мучаются.

Ын До поднялся и перевел взгляд на темнеющий за домом лес.

— Передай тому, кто следит за камерами: как только появится сигнал, пусть немедленно доложит.

— Да, уже передал.

После ответа Сон Чхоля на мгновение повисла тишина. В этом доме в горах всегда было так тихо. Как в те времена, когда Са Хи еще не было рядом.

— Сегодня как-то особенно холодно.

Ын До тихо пробормотал это себе под нос и усмехнулся, как вдруг Хан, тершийся о его ноги, резко замер и припал к земле. А затем, глядя в сторону горы за домом, начал глухо рычать. Взгляды всех присутствующих устремились туда, куда смотрел Хан.

— Работает лучше любой камеры видеонаблюдения.

Ын До погладил Хана по голове, хваля его, но его ледяной взгляд не отрывался от горы. Только тогда Сон Чхоль получил звонок о том, что замечено движение, и, выслушав доклад, Ын До напряженно вгляделся в темноту. Вскоре стало заметно масштабное движение. Словно огромная черная гора, отгоняя назойливых насекомых, затряслась из стороны в сторону. Затем через забор за домом начала переваливаться черная толпа. Ын До, засунув руки в карманы и по привычке склонив голову набок, спокойно наблюдал за этой картиной.

— Неужели ты вышел меня встречать?

Чэ Ха, который, спускаясь с горы, уже заметил стоящего Ын До, с усмешкой задал вопрос. Людей, которые, словно ширма, окружали его, на первый взгляд было человек тридцать-сорок.

— Я тебя не приглашал, но раз уж в мой дом пришел гость, я должен был выйти навстречу.

Услышав ответ Ын До, Чэ Ха окинул взглядом Сон Чхоля, дрессировщика и Хана, стоявших рядом с ним. Словно пытаясь понять, что тот задумал, учитывая, что для тех, кто ждал нападения, их было слишком мало.

— Я сам не раз втихаря вламывался к тем, кто меня бесил, чтобы прикончить их, но чтобы ублюдок, которому предстоит сдохнуть от моих рук, вышел меня встречать — такое со мной впервые, так что я немного растерян.

— Хорошо, что перед смертью ты успел испытать что-то новенькое.

После слов Ын До сотрудники, рассредоточенные по всему дому, выбежали в сад. Чэ Ха ухмыльнулся.

— Да, вот так-то лучше. А то я уж, блять, пересрал, думал, что за хуйню ты задумал.

— Зачем ты приперся в такую глушь из самого Сеула, да еще и без приглашения?

Чэ Ха, выйдя на шаг вперед из толпы, похожей на черную массу, вытащил из-за пазухи нож. Между стоящими друг напротив друга людьми повисло напряжение.

— Знаешь, я пошел шестерить на нашего председателя к отбитым наглухо ублюдкам, когда мне было четырнадцать. С тех пор у меня перед глазами была только одна цель. Но этот старик решил отдать её какому-то левому хую.

В темноте глаза язвительно ухмыляющегося Чэ Ха блеснули жутким светом.

— Как думаешь, пиздец меня это бесит или нет?

— Кажется, ты что-то путаешь. Председателя здесь нет, он в Сеуле, разве не так?

Увидев, что лицо Ын До не выражает ни малейшего напряжения, Чэ Ха стер улыбку.

— Ты мне, сука, с самого начала пиздец как не нравился. Выглядел как какой-то мутный, забитый уебан, который вечно себе на уме.

— И что с того?

— И вот этот уебан пытается забрать мое место? Что мне еще оставалось делать. Не сидеть же, как долбоеб, и ждать, пока мне подадут всё на блюдечке, надо самому забирать свое.

— Значит, ты проделал весь этот путь, чтобы перерезать мне глотку? — скучающим тоном спросил Ын До.

Ын До изначально не было никакого дела до места председателя Нама, но он не стал его поправлять. Хотя прекрасно знал, что Чэ Ха подозревал его в этом с тех самых пор, как Ын До побывал в доме председателя Нама под предлогом визита к больной Са Хи. В любом случае, рано или поздно им пришлось бы вот так столкнуться. Ведь жажда Пэк Чэ Ха заполучить Са Хи не исчезнет, если ему просто отрубить руки и ноги. Заставить его перед смертью отчаянно осознать, что он так никем и не был выбран — это было наказанием, которое Ын До приготовил для Пэк Чэ Ха из прошлого, шестилетней давности.

— И на что только этот ебаный ублюдок так надеется, что ведет себя так самоуверенно? Разве твои шестерки сейчас не мчатся в казино, и у тебя тут не осталось и половины людей?

Пока Чэ Ха направлялся к дому Ын До, Хван Чхоль Ук дал команду своим людям, заранее засевшим в казино «Гиперион», устроить там погром. Поскольку это происходило на территории Ын До, его люди, естественно, должны были помчаться туда, и даже на беглый взгляд сейчас здесь оставалось меньше двадцати человек. И тем не менее Ча Ын До был совершенно спокоен, словно знал о сегодняшнем внезапном нападении и подготовился к нему.

— Кто тебе сказал, что у меня и половины не осталось.

Вслед за ответом Ын До раздался громкий лай «гав-гав», и из-за угла выбежала толпа людей в черном, ведя впереди шестерых охотничьих собак. Чэ Ха, застигнутый врасплох этим неожиданным поворотом, напрягся, а стоявшие за ним бандиты попятились назад.

— Блять, что за хуйня. Собачьи дети привели собачьих детей?

Чэ Ха перехватил поудобнее нож и свирепо уставился на яростно лающих охотничьих собак. Ын До, даже не повернув головы, бросил через плечо:

— Разве ты не сказал ему, что у меня в доме есть охотничьи собаки, Кан Джи Хёк?

В ответ на слова Ын До из толпы людей в черном вынырнула длинная фигура. Чэ Ха на мгновение усмехнулся про себя. Еще недавно этот ублюдок орал, что сам прикончит Ча Ын До, а теперь, видимо, перекинул костяшки на счетах и переметнулся на ту сторону. Какой же он был идиот, раз поверил в ярость такого легковесного ублюдка и решил строить с ним планы.

— А, если подумать, не сказал. Забыл.

Кан Джи Хёк, заметив испепеляющий взгляд Чэ Ха, беззаботно улыбнулся и ответил. Чэ Ха не знал, что Ча Ын До ему пообещал, но раз уж всё обернулось так, он решил, что убьет и этого предателя заодно.

— Ча Ын До, ты, смотрю, успел собрать целую толпу ублюдков? Да у тебя тут дохуя народа, помимо тех, что погнали в казино.

— А, конечно, я отправил людей в казино. Невежественные ублюдки понимают только язык кулаков. Но, видимо, предвидя такое развитие событий, моя будущая родня оказала мне помощь, представляешь?

Услышав это невероятное заявление, Чэ Ха наконец внимательно присмотрелся к людям, стоявшим за спиной Ын До. Заметив среди тех, на кого он не обращал внимания, знакомые лица, Чэ Ха сам не свойственно прикусил губу. Ча Ын До с самого начала и до конца знал весь его план.