Онлайн чтение книги Радость жизни Joy of Life
Глава 29. Ответный удар

Как и ожидалось, дом Баоюэ оказался совсем не прост. При одном взгляде на мастерски замаскированное устройство для подслушивания стало понятно, что хозяин борделя не только зарабатывает на плотских утехах, но и выведывает тщательно оберегаемые секреты столичных чиновников, которые те могут выболтать лишь в постели среди сладострастных вздохов. Только благодаря исключительной внимательности Фань Сяню удалось заметить, что подлокотник ночного горшка не совсем обычный.

Сан Вэнь странно посмотрела на него, а потом вдруг стиснула зубы и плюхнулась на колени.

Фань Сянь мягко улыбнулся и не стал ее удерживать: до этого он уже успел убедиться, что, пожалуй, их никто не сможет услышать. Конечно, он догадался, почему Сан Вэнь опустилась на колени, но не собирался сам говорить об этом. Сев на стул, он заодно накрыл тонким одеялом лежавшую на кушетке без сознания Яньэр и, чуть склонив голову, сказал:

— Я спрашиваю, ты отвечаешь.

Сан Вэнь поняла и с надеждой во взгляде поднялась на ноги, а потом осторожно встала перед Фань Сянем, заглядывая ему за спину. Фань Сянь покачал головой. Изначально он не собирался тратить время на объяснения, но, желая успокоить девушку, все же сказал:

— Она проснется через полтора часа, а сейчас точно ничего не сможет услышать, не волнуйся.

Сан Вэнь наконец кивнула.

Фань Сянь не стал задавать бесполезные вопросы вроде «что случилось с Тяньшанцзянь, где она раньше пела» и «как ее вынудили работать в доме Баоюэ», а сразу спросил по существу:

— У дома Баоюэ есть на тебя купчая?

Сан Вэнь обрадовалась, увидев, что господин Фань без ее просьб сам захотел помочь ей выбраться из трудного положения, и взволнованно сказала:

— Да, но они меня заставили…

Не дождавшись, пока она договорит, Фань Сянь продолжил задавать вопросы:

— Когда сегодня тебя прислали ко мне, какие были распоряжения?

Учитывая статус Сан Вэнь, ее никак не могли отправить к такой незначительной фигуре, как молодой господин Чэнь, за которого Фань Сянь себя выдавал.

Сан Вэнь теперь полностью ему доверяла, и ей казалось, что только прославившийся нынче на всю столицу тисы Контрольной палаты может помочь ей выбраться из этого заведения с очень непростыми покровителями и отомстить за разрушенный Тяньшанцзянь. Она без малейших колебаний ответила:

— Я подслушала, что они приняли вас за замаскированных мастеров из тринадцатого ямэна Министерства наказаний, пришедших расследовать недавнее убийство, поэтому и прислали очень популярную сейчас Яньэр.

Фань Сянь усмехнулся, подумав, что в доме Баоюэ сразу пронюхали, что они ряженые, только вот ошиблись с догадками, кто же они на самом деле. Глядя на его выражение лица, Сан Вэнь пояснила:

— От одного из пришедших с вами слишком сильно веет духом чиновника, причем очень жутким.

Конечно, она имела в виду Дэн Цзыюэ.

Фань Сянь помахал рукой и сменил тему:

— Лучше вот что скажи, как думаешь, кто настоящий хозяин дома Баоюэ?

Он спросил про ее предположения, потому как даже в Контрольной палате кто-то помогал скрывать личность владельца и, конечно, Сан Вэнь не могла обладать такой информацией. Но она долго пробыла здесь, и наверняка какие-то догадки у нее возникли.

Сан Вэнь не очень понимала, почему влиятельному господину тисы Контрольной палаты вдруг стало это интересно, но постаралась как следует припомнить все, что знала. Немного неуверенно она сказала:

— Должно быть, он как-то связан с переулком Шаншу. Каждый раз, когда хозяин Баоюэ приезжает, все проходит под покровом тайны, но карета всегда одна и та же. Хотя на ней нет эмблемы семьи, последние два месяца на крыше кареты можно заметить опавшие листья большой софоры. Эти деревья родом из Северной Ци и во всей столице растут только в переулке Шаншу, поэтому я смею предположить, что карета проезжала по нему.

Фань Сянь глянул на нее, и Сан Вэнь, сразу догадавшись, что он хотел спросить, объяснила:

— В детстве я много лет жила в переулке Шаншу, поэтому и знаю про деревья.

Фань Сянь продолжил спрашивать:

— Как фамилия главной управляющей дома Баоюэ?

— Должно быть, Юань.

Девушка отвечала торопливо, быстро и четко, Фань Сянь одобрительно посмотрел на нее и сказал:

— Ты очень наблюдательна, вполне годишься для работы на Палату.

В переулке Шаншу* жили вовсе не министры, а влиятельные господа, получившие титулы гогунов сразу после основания государства. Однако сейчас государь управлял страной очень строго, и гогуны по большей части не смели своевольничать.

При мысли о главной управляющей по фамилии Юань Фань Сянь горько усмехнулся, сразу вспомнив про барышню Юань Мэн подле Хунчэна.

Получив ценные сведения, Фань Сянь остался полностью доволен результатами, поэтому с интересом еще немного поболтал с Сан Вэнь, узнав из разговора, что за домом Баоюэ и в самом деле стоит кто-то невероятно влиятельный. Бордель открыли в начале лета, и за короткое время из столицы исчезли несколько заведений, посмевших конкурировать с ним. При этом использовались самые кровавые методы, иначе Сан Вэнь никогда бы не уступила принуждениям.

— Через пару дней я пришлю человека, чтобы он выкупил тебя.

Фань Сянь действовал вовсе не из жалости к прекрасной женщине, а считая, что сделка должна быть выгодной для обеих сторон. К тому же ему претило, что такая талантливая певица прозябает в борделе, да и Ваньэр она тоже нравилась. Через несколько дней он собирался отправить за ней сюда людей из Палаты со своей визитной карточкой. Не может быть, чтобы владелец Баоюэ отказался уважить Фань Сяня.

Сан Вэнь несказанно обрадовалась! Ведь в доме Баоюэ утром не знаешь, что будет вечером. К тому же на ее глазах похищенных из других домов девушек охрана забивала до смерти. Постоянно думая, как сбежать, Сан Вэнь все же не догадалась обратиться за помощью к Фань Сяню, с которым судьба свела ее всего лишь на краткий миг, когда они обменялись несколькими фразами. К тому же их разделяла огромная пропасть в статусах. И вдруг благодаря необыкновенному совпадению сегодня ей посчастливилось снова встретить бога поэзии, более того, он пообещал ей помочь от имени тисы, а значит, это дело, можно сказать, решенное. В этот миг в водовороте душевных переживаний Сан Вэнь разрыдалась и искренне поклонилась.

Фань Сянь не хотел, чтобы она снова падала перед ним на колени, поэтому поддержал под руку и не дал ей опуститься на землю.

***

И тут со двора раздался яростный рев:

— Убью!

Под этот гневный мужской вопль дверь разлетелась вдребезги, по воздуху, словно громовой раскат, пронесся чей-то силуэт, и невероятной мощи удар ладони нацелился Фань Сяню в грудь!

— Нет!

Ясно разглядев нападавшего, Сан Вэнь в ужасе закрыла лицо руками, вскрикнула и осела на пол в крайнем потрясении и тревоге.

***

Ветер, поднятый подобной мечу ладонью, устремился ему в лицо. Фань Сянь стоял вполоборота, не поворачивая даже головы — он самым обычным образом высунул из рукава правую руку и небрежно вытянул ее.

Его движение казалось медленным, но обманывало восприятие своей невероятной силой и уверенностью. Он уже успел полностью выпрямить руку, когда нападающий только нанес свой внезапный громоподобный удар.

Изящная, но твердая рука успела первой и легонько хлопнула по крепкой, мозолистой ладони — просто хлопнула.

Но этот легкий шлепок произвел оглушительный грохот!

Нападающий атаковал стремительно, словно штормовой ветер, но понесся прочь еще быстрее: легчайший, казалось бы, толчок ладони Фань Сяня отправил его в полет, словно камень из катапульты.

В уже разбитую деревянную дверь пришелся еще один удар, но она не смогла погасить ту силу, что отбросила назад этого воина. Тот врезался в ворота двора, разнеся в щепки толстые доски, и с мощным всплеском рухнул в воду.

Фань Сянь неподвижно стоял в комнате, заложив руки за спину, до удивления спокойный, словно ничего сейчас не произошло.

Наблюдавшая все это Сан Вэнь снова пораженно вскрикнула в недоумении, потрясенно глядя на Фань Сяня. О Небеса! Откуда у такого ласкового и миролюбивого господина столь могучая и жесткая истинная ци?

Но ей некогда было размышлять о силе Фань Сяня: подобрав подол, она в слезах бросилась к Худому озеру, не представляя, жив ли человек, получивший его удар, или нет.

На руках Фань Сяня, сцепленных за спиной, остались грязь и солома. Поняв, что нападавший заранее спрятался в траве позади двора, Фань Сянь слегка нахмурился и сказал что-то странное:

— Достигшие подобных высот склонны вести себя крайне безрассудно.

Поскольку Сан Вэнь была довольно известна в Цзинду, естественно, у нее появились преданные поклонники, готовые прийти на помощь. И хотя дом Баоюэ этим вольным мастерам оказался не по плечу, они все же могли всеми силами беречь Сан Вэнь от осквернения. Этот воин, должно быть, долго стоял на страже за забором, но, когда песня закончилась, а он так и не увидел, что Сан Вэнь выходит из двора, встревожился. В окно ему видно было плохо, так что, когда Фань Сянь поддержал Сан Вэнь под руку, он принял это за фривольность и, не сдержавшись, бросился на помощь.

Фань Сянь понимал, что положение дел уже ни от кого не скрыть, и, усмехнувшись мысленно, сцепил руки за спиной и направился к выходу со двора. К этому времени Дэн Цзыюэ со зверским выражением лица уже охранял его, правда, Ши Чаньли, похоже, все еще пребывал в царстве пьяных грез. Фань Сянь покосился на второго командира отряда Ван Циняня, которого выбрал лично, и довольно кивнул.

Доволен он был не только скоростью реакции Дэн Цзыюэ, но и своим ударом ладонью.

Именно после этого удара он понял, что многие испытания и выпавшие ему на пути встречи, начиная с Даньчжоу и до Цзинду, упорные тренировки в горах Цаншань и посольство в Северную Ци стали уникальными подарками судьбы. Напряжение во время миссии, схватка с Сяо Энем, битва на утесе Яньшань у Шанцзина и на вид непринужденное, но оказавшееся очень полезным общение с Хайтан постепенно подружили его меридианы, столь отличающиеся от меридианов обычных людей, с той безымянной техникой, что он практиковал. Его боевые способности уже достигли поистине пугающей стабильности.

В прошлом этот удар ладонью раздробил бы правую руку противника, но не принес бы таких разрушительных последствий. Думая об этом, Фань Сянь невольно преисполнился благодарности покойному Сяо Эню, Хайтан, а в первую очередь, конечно, старому калеке за подаренную ему прекрасную возможность.

Дядю У Чжу можно не благодарить, он свой.

Вода в озере еще не успокоилась. Нападавший воин раскинулся на поверхности — то ли живой, то ли мертвый. В ночной темноте, несмотря на фонари, освещавшие берег озера, кровь в воде невозможно было разглядеть.

В доме Баоэю отреагировали на удивление быстро: звуки веселья снова понеслись из всех двориков, а того здоровяка из воды выловили сетью.

Охранники дома Баоюэ собрались на берегу озера, а миловидная женщина средних лет, чуть не роняя туфли, понеслась к Фань Сяню со страхом на лице, непрерывно извиняясь:

— Моя охрана не справилась, напугали вас, молодой господин Чэнь, нет мне прощения!

Паника на лице, мольба на словах — но глаза ее смотрели холодно и испытующе.

-------------

*Шаншу — дословно переводится как министр.