Ривер медленно сокращала дистанцию с Алессандро. Она быстро окинула взглядом комнату в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать как оружие, но, к сожалению, в просторной спальне ничего подходящего не нашлось.

Противник же лишь расслабленно наблюдал за ней. Словно уже предвидел, за кем останется победа.

Как только Ривер оказалась на нужном расстоянии, она без колебаний выбросила кулак в лицо Алессандро.

Мужчине достаточно было слегка повернуть корпус, чтобы уйти с линии удара, но цель Ривер была в другом. Нанеся еще пару обманных ударов руками, она подъемом стопы меттила ему в пах. Достаточно одного точного попадания, и у меня появится шанс.

Заметив атаку снизу, мужчина отступил в самый последний момент. Нога, едва разминувшись с уязвимым местом, лишь ударила его по бедру.

Несмотря на то что удар был нанесен со всей силы, Алессандро, получивший удар по ноге, лишь слегка нахмурился. А улыбка на его губах стала еще шире, чем прежде.

Поняв, что атака провалилась, Ривер снова разорвала дистанцию. Подъем стопы пульсировал от боли, словно она пнула скалу.

— Что такое, больше не нападаешь?

— Заткнись.

Ей не хотелось этого признавать, но она была в отчаянии. Драться на равных с противником, обладающим такими чудовищными физическими данными, казалось невозможным. Разве последняя атака этого не доказала? В лобовом столкновении у нее нет шансов.

Между ними повисло острое напряжение. Ривер медленно, глубоко вздохнула. Она не хотела показывать, что загнана в угол.

Если бы только я могла завладеть тем револьвером на его поясе...

Пока она была всецело сосредоточена на кобуре, Алессандро сделал шаг вперед и произнес:

— Не будь такой скучной, Лили. Раз ты не идешь... может, подойти мне?

Он мгновенно, со взрывной скоростью, сократил расстояние. Подавленная его свирепым напором, она отступила, но мужчина тут же нагнал её. Замешкайся Ривер хоть на долю секунды, он бы тут же её схватил.

Хорошо еще, что спальня была просторной. Если бы, помимо кровати, здесь стояла и другая мебель, такие маневры с сокращением и разрывом дистанции были бы невозможны.

Теперь всё зависело от рефлексов. Она нацелилась Алессандро в челюсть. Если удар придется точно в цель, это может вызвать легкое сотрясение мозга. Пытаться нанести ему серьезные увечья было бы безрассудством; в нынешней ситуации лучшее, что она могла сделать — это вывести его из равновесия хотя бы на мгновение.

На этот раз получилось. Она почувствовала звонкий удар костяшками пальцев.

Но в то же мгновение ее пронзила боль, словно ей сломали ребра. Мужчина не стал уклоняться от атаки, а принял ее на себя, одновременно нанеся ответный удар кулаком.

— Ух!

Использовать кулаки или ноги дальше было бы чревато тяжелыми последствиями для них обоих. Ривер, рухнувшая на пол, с трудом, шатаясь, поднялась на ноги. Боль, сковавшая бок, всё еще была острой.

Конечно, противник тоже не остался невредимым. Алессандро тоже покачнулся, пытаясь удержать равновесие. Было видно, как он медленно покачал головой и потер ушибленное место. В уголке его губ даже показалась капля ярко-красной крови. Видимо, при ударе в нижнюю челюсть зубы прокусили ему губу.

Именно с этого момента мужчина, который с самого начала не переставал язвить, вдруг замолчал. Похоже, рана на лице его изрядно разозлила. Для человека, в совершенстве владеющего стрельбой на дальних дистанциях и рукопашным боем на ближних, получать удары по лицу и травмы было явно в новинку.

— Откуда у нашего многоуважаемого сотто-капо, ух... синяк на лице? Перед подчиненными, наверное, стыдно будет.

Хотя из-за боли в ребрах ей было трудно даже сделать глубокий вдох, Ривер намеренно язвительно насмехалась над ним. Раз уж его наглухо замороженное сердце ей недоступно, пусть хоть тело поболит. Она хотела вернуть ему хотя бы ту физическую боль, что получила сама.

Сразу после этих слов она стиснула зубы и оттолкнулась от пола. Тело пронзила жуткая боль. Но она заставила себя двигаться только ради того, чтобы завладеть револьвером, пока равновесие Алессандро не восстановилось окончательно.

Прямых столкновений она старалась избегать. Ведя позиционную борьбу, она тянулась к оружию при малейшей возможности. Но Алессандро уворачивался от всего по раздражающе идеальным траекториям. Даже когда у него был шанс, он не нападал первым.

До какой степени он собирается меня унижать? Бок невыносимо ныл при каждом движении, но ей хотелось плакать еще и от обиды. Алессандро. Чертов ублюдок. Ты меня...

— Не смей... недооценивать меня!

С боевым кличем Ривер нанесла удар кулаком в самый рискованный момент. Это был неожиданный успех. Момент для атаки был не самым удачным, но, видимо, именно это и застало его врасплох.

С глухим стуком противник отступил на несколько шагов. Тяжесть удара всё еще ощущалась на её кулаке. Алессандро, пошатнувшись и прикрыв лицо рукой, поднял голову. Из носа хлынула свежая кровь, стекая по подбородку.

Вытерев тыльной стороной ладони не останавливающуюся кровь, он удовлетворенно — или, скорее, в знак уважения — кивнул.

— А это забавно.

Мужчина широко улыбнулся своим наполовину залитым кровью лицом. А затем, не обращая внимания на кровь, которая продолжала течь даже после того, как он её вытер, он перешел в полномасштабное наступление.

Он бросился вперед одним прыжком, и прежде чем она успела увернуться, схватил её за волосы. Не успев оказать ни малейшего сопротивления, Ривер оказалась брошенной на кровать. Избитое тело ныло от боли.

Теперь я понимаю. Всё это время Алессандро просто поддавался мне. Он не сражался всерьез, а просто развлекался.

Алессандро тут же навалился на Ривер. Придавив её бедра своими коленями, он обеими руками сомкнулся на её тонкой шее. Ривер отчаянно зацарапала его крепкие руки.

— Кх-х, хр-р...!

Давление всего его веса было таким, что, казалось, вот-вот сломает ей бедра. В глазах начало стремительно темнеть. Я не могу... не могу вот так умереть.

Кончиками пальцев, которыми Ривер вслепую царапала всё подряд, она почувствовала какую-то влажную жидкость. Что это было, она уже не смогла разобрать. Просто... ...в какой-то момент густая тьма поглотила её сознание.

Очнулась она на кровати. Судя по всему, она всё еще находилась в спальне Алессандро. Вот только руки... нет, руки и ноги не двигались.

— М-м...

Пока она была без сознания, он связал её на совесть. Оба запястья были стянуты кожаным ремнем, а ноги привязаны к столбикам кровати галстуками.

А он стоял у кровати и смотрел на неё, пришпиленную, словно бабочка в коллекции. Взглядом, напоминающим вечные льды Северного моря.

— Очнулась?

Слова, произнесенные с ледяным лицом, звучали так же тепло, как те, что он говорил Лили каждое утро.

Насколько еще жестоким станет этот человек?

Алессандро помахал чем-то перед Ривер, которая молча сверлила его взглядом. Она заметила, что костяшки его правой руки перебинтованы — видимо, он поранился, пока она была без сознания.

В руке Алессандро был тот самый телефон, который ей выдали в штабе и который Паоло забрал у нее сразу по прибытии.

— Я тут подумал одолжить телефон, который был у тебя с самого начала. Мне стало любопытно, кто стоял за тобой.

Вскоре из трубки донесся знакомый голос.

— Ривер?

Трубку взял Нейт. Не подозревая о том, что произошло, он лишь в недоумении повторял ее имя.

— Ривер, что случилось? Где ты сейчас?

Поскольку отсюда звонили, но ничего не отвечали, он, видимо, только сейчас понял, что что-то не так.

Наконец-то стало ясно, что там еще не знают о ситуации. Ривер закричала так громко, как только могла своим охрипшим голосом:

— Нейт! Беги! Прямо сейчас!

Для Федерико и меня уже слишком поздно, но сейчас нужно спасти хотя бы людей в штабе. Очевидно растерянный голос Нейта мягко прервал Алессандро.

— Нейт, говоришь?

— ...Кто это.

Услышав внезапно вклинившийся голос молодого мужчины, Нейт, похоже, напрягся. Алессандро продолжил разговор, глядя прямо в глаза лежащей Ривер. Словно наслаждаясь ее отчаянным взглядом.

— Обижаешь. Неужели вы даже не помните, к кому подослали эту женщину?

На том конце провода воцарилось молчание. Наверное, от шока. Ривер, собрав последние силы, крикнула еще раз:

— Уходи, пока не поздно! Они напа... кх-х!

Большой и указательный пальцы умело сдавили только дыхательное горло. Когда она, не в силах сопротивляться, издала сдавленный хрип, из телефона раздался еще более отчаянный зов ее имени.

— Мы же разговариваем. Не нужно так шуметь.

В отличие от руки, безжалостно сжимающей горло, голос Алессандро, которым он отчитывал Ривер, звучал как обычно.

Ее сопротивляющиеся конечности постепенно обмякли. Видимо, решив, что если давить дальше, она задохнется насмерть, мужчина убрал руку с ее шеи. И лишь накрыл ее губы ладонью.

От перебинтованной руки пахло антисептиком и кровью.

Она и представить не могла, каким желанным окажется внезапный глоток воздуха на пороге обморока. Горькая усмешка смешалась с чувством собственного ничтожества. Неужели мое подсознание даже в таком состоянии цепляется за жизнь?

— Так, на чем мы остановились? Думаю, к этому моменту ты уже догадался, кто я... и я хотел бы выразить кое-какую благодарность.

Он явно наслаждался этим моментом, растоптав Ривер, а теперь и Нейта.

— Спасибо, что прислали мне Лили. Она пришлась мне по вкусу. Начиная от внешности и заканчивая интересами и поведением в постели — абсолютно всё.

— ...

— Она была идеальной Пандорой¹. За одним маленьким исключением — тем фактом, что она из полиции.

¹ В древнегреческой мифологии боги создали прекрасную и совершенную женщину Пандору и отправили ее на землю, чтобы принести беды человечеству.