Онлайн чтение книги В тень Into the shadow
1 - 29

После двух бокалов шампанского Мейбел внезапно стала разговорчивой. Карлайл, посмеиваясь про себя, вполуха поддакивал ее болтовне.

Судя по ее состоянию, она должна была отключиться в стельку пьяной еще до того, как они допьют бутылку.

— Вы тоже должны быть осторожны, барон. Я читала в брошюре, что, по данным полиции, на океанских лайнерах часто промышляют профессиональные картежники. На самом деле, мой дядя в мае прошлого года тоже проиграл кучу денег в карты на пароходе по пути в Лондон.

— Вот как.

— Да, тетя потом всю поездку пилила его за это.

— Какая жалость.

Карлайл снова наполнил ее бокал.

Мейбел с покрасневшими щеками застенчиво улыбнулась.

— Мелси, мусью.

Карлайл изо всех сил сдерживал рвущийся наружу смех. Честно говоря, ее произношение было максимально далеко от французского.

— Мерси.

Не выдержав, он поправил ее произношение.

Мейбел, с серьезным видом уставившись на его губы, повторила как попугай:

— Ме-эрси.

— Ме-р-си. (С грассирующим «р»).

— Ме-р-р-р-си.

Карлайл стиснул зубы и прикрыл рот кулаком. Отвернувшись, чтобы сдержать смех, он откашлялся, а она тем временем тихонько хлопнула в ладоши.

— Ах да. Чуть не забыла! Ни в коем случае не выставляйте обувь за дверь. Чистят ее, конечно, бесплатно, но если она пропадет, ответственности они не несут. Где это видано — такой безответственный сервис.

Подавляя подергивающиеся уголки губ, он ответил с предельно серьезным лицом:

— ...Я учту.

— А еще... Говорят, на корабле есть филиал универмага «Лувр». Кажется, там можно купить открытки и сувениры. Я хочу купить открытки и отправить их Арабелле, Луизе и домой, Дарлингтонам.

— Отличная мысль.

Воспользовавшись тем, что Мейбел глубоко задумалась, Карлайл вылил остатки шампанского в ее бокал.

Она открыла было рот, словно собираясь что-то сказать, но снова закрыла.

Похоже, чтение брошюры произвело на нее глубокое впечатление, и ему было любопытно, о чем еще она так долго мнется рассказать.

После долгих колебаний она, опустив глаза на край стола, спросила:

— ...Барон, вы знали, что на корабле есть кинотеатр?

— Правда? Не знал.

Карлайл без зазрения совести солгал. Пересекая Атлантику на этом судне по четыре-пять раз в год, он уже знал все его удобства и услуги наизусть.

— Так вот... Не составите ли вы мне компанию для п-просмотра...

Мейбел облизала пересохшие губы и робко посмотрела на него.

Карлайл с бесстрастным лицом откинулся на спинку стула.

— Если вы не слишком заняты... Но вы ведь будете заняты, верно?

Ее голос становился всё тише. Он отрезал:

— Буду занят.

И это не было ложью.

Хотя бутлегерство по-прежнему приносило ему самую большую прибыль, он постепенно увеличивал долю легальной торговли, которая только-только набирала обороты.

По прибытии в Париж ему предстояли переговоры с несколькими поставщиками об эксклюзивных правах на дистрибуцию, а в окрестностях Эперне (Épernay), в регионе Шампань, он планировал купить две винодельни, разрушенные во время войны.

Возможно, ему удастся отдохнуть пару дней, если он поедет на свою виллу на юге Франции, но он не был там с 1903 года, и в каком состоянии она находится после войны — было неизвестно. Если потребуется капитальный ремонт, ему снова придется погрузиться в работу.

У него не было времени на праздные развлечения с юной женой. И для нее же было лучше с самого начала научиться ничего от него не ждать.

Мейбел, покусывая губу, низко опустила голову. Ее плечи заметно поникли.

— А-а... Я так и думала. Тогда в кино я пойду с Иветт...

Глядя на ее унылый вид, он почувствовал себя так, словно пнул щенка, мокнущего под дождем.

— Постараюсь выкроить денек.

Мейбел удивленно вскинула голову, а затем, густо покраснев, закивала.

Сказав это, он тут же пожалел о своем импульсивном решении. Внезапно в горле пересохло, и он смочил его шампанским, к которому до этого почти не притрагивался.

Он и сам в какой-то мере осознавал, что относится к Мейбел с необычайной снисходительностью.

Всего на полтора года, но всё же она моя законная жена, и... я в долгу перед «Ирис».

Карлайл оправдывал себя этими сомнительными отговорками.

Мейбел, с решительным видом осушившая три бокала шампанского до дна, пошатнулась, как только они вышли из Гранд Дайнинг Салона.

— Осторожно. Вы в порядке?

Спросил Карлайл, крепко схватив ее за плечи.

Мейбел с трудом подняла голову и медленно моргнула. Расфокусированными фиалковыми глазами она уставилась на него, словно видела впервые.

— ...Что?

Переспросила она с запозданием.

— Я спросил, сможете ли вы идти.

— Д-да, да-а...

Карлайл усмехнулся.

— Отвечать вы горазды.

Но стоило ему убрать руки с ее плеч, как ноги Мейбел запнулись друг за друга. И она, рухнув прямо в его объятия, потеряла сознание.

План удался.

Взвалив Мейбел на руки, Карлайл вернулся в каюту и уложил ее на кровать. Повернувшись, чтобы уйти, он остановился, опустил голову и тяжело вздохнул.

Вернувшись к кровати, он снял с нее туфли. Подол юбки задрался выше колен, обнажив силуэт стройных ног и подвязки, державшие чулки.

Карлайл грубым движением одернул юбку до самых лодыжек. Затем, сев на край кровати, он обнял ее за плечи и слегка приподнял.

Ему нужно было снять с нее болеро, которое шло в комплекте с платьем. Обилие замысловатых украшений как спереди, так и сзади выглядело весьма неудобно.

— Хм-м... Мне страшно, барон...

Когда он стянул один рукав, Мейбел пробормотала это сквозь всхлипы.

Карлайл, всё еще наполовину обнимая ее, замер как вкопанный. Пару раз шмыгнув носом и горестно всхлипнув, она уронила голову ему на грудь.

Он почувствовал ее мерное, спокойное дыхание. Видимо, она говорила во сне.

Что я такого с ней делал в ее сне?

То ли ей было неудобно, то ли еще что, но Мейбел завозилась и уткнулась в него сильнее.

Темная, тесная каюта.

От ее мягкого, податливого тела исходил запах кожи, напоминающий пудру, и аромат свежесрезанных ландышей. Ее горячее тепло прильнуло к его груди.

От этого незнакомого ощущения волоски на его теле встали дыбом. Мерно бьющееся сердце пропустило удар и сбилось с ритма.

Сквозь стиснутые зубы он выдавил беззвучное ругательство.

Карлайл отстранил Мейбел от себя и стянул второй рукав. Уронив ее обратно на кровать, он резко вскочил.

Он шумно, коротко выдохнул, испытывая острое напряжение, какого не чувствовал даже под дулом пистолета. Нервным жестом он откинул волосы со лба. На лбу выступила легкая испарина.

Карлайл, не оглядываясь, пулей вылетел из каюты Мейбел и принялся мерить шагами гостиную.

— Проклятье.

Чувство, больше похожее на ощущение собственной греховности, чем на вину, сдавило ему горло.

Череда событий, пережитых им в процессе взросления, намертво сковала его желания и инстинкты, взяв их под абсолютный контроль. До сих пор множество женщин пытались его соблазнить, но ни одной это не удалось.

Он никогда не испытывал сексуального возбуждения или эрекции при виде обнаженного женского тела. Наоборот, он становился холодным как лед.

Это не значило, что у него вообще не было сексуального влечения. Просто эти грязные потребности он удовлетворял в одиночестве, и этого было достаточно.

От одной только мысли о том, чтобы спроецировать эту грязную похоть на кого-то другого, к горлу подступала тошнота.

Просто игнорируй это.

Карлайл сделал глубокий вдох, чтобы успокоить дыхание. Внезапно его взгляд упал на портсигар и зажигалку, лежавшие на консольном столике.

Он достал сигару из портсигара и вышел на террасу. Опустившись в плетеное кресло, он подставил лицо холодному ветру, остужая пылающее тело.

Зажав в зубах толстую сигару, он щелкнул «окопной зажигалкой». Зажигалка, сделанная из двух сцепленных гильз от винтовочных патронов, не гасла даже на ветру. Ее сделал и подарил ему Айзек, бывший его денщиком во время войны, в знак благодарности за спасенную жизнь.

Запах бензина и металла щекотнул ноздри и рассеялся над океаном. Шум турбин парохода заглушал рокот волн. Низко висящая луна отбрасывала тусклый молочно-белый свет на чернильно-черную воду, едва очерчивая горизонт.

Вместе с бледным дымом, растворяющимся в небе, сознание Карлайла блуждало над Атлантикой, возвращаясь на двадцать с лишним лет назад.

Казалось бы, за это время воспоминания должны были поблекнуть.

Но стоило ему подняться на борт парохода, курсирующего между Францией и Нью-Йорком, как он вспоминал мать, которая могла часами смотреть на океан глазами, полными волнения, как сами волны.

Глядя на море, она вдруг словно вспоминала, что рядом кто-то есть, и бросала на него косой взгляд. А потом неизменно тяжело вздыхала.

Ему было страшно, что океан в любой момент может проглотить его мать, утянув ее в бездонную пучину. И еще страшнее от того, что она, казалось, сама этого желала.

Карлайла преследовало удушающее чувство опасности, и он ни на шаг не отходил от нее.

✨P.S. Переходи на наш сайт! Больше глав уже готово к прочтению!  ➡️ Fableweaver