Онлайн чтение книги В тень Into the shadow
1 - 27

Океанский лайнер «Париж» (SS Paris), пришвартованный у 57-го пирса Челси и направляющийся в Гавр, заслужил прозвище «Аристократ Атлантики».

Мейбел сидела на диване в гостиной «Гран Люкс Сьюта» — самого роскошного из всех номеров первого класса — и листала информационную брошюру для пассажиров.

Она слышала, что лайнеры «Френч Лайн» славятся своей роскошью, но это место было совершенно иного уровня по сравнению с пароходом до Лондона, на котором она плыла прошлой весной.

Как только они прошли регистрацию, Карлайл, сославшись на срочные дела перед отплытием, взял папку с документами и спустился в телеграфную рубку.

Неужели он так занят...

Ей было немного обидно, что в первый же день свадьбы муж оставил невесту одну и ушел работать, но Мейбел изо всех сил старалась найти ему оправдание.

Говорили, что торговая компания «Рошуре» импортирует европейские предметы роскоши и поставляет их в универмаги по всей Америке. Учитывая, что за последние несколько лет масштабы бизнеса резко выросли, а французские предметы роскоши они и вовсе почти монополизировали, неудивительно, что Карлайл был так занят.

Мейбел тяжело вздохнула.

Если так пойдет и дальше, то ее желание узнать мужа получше во время свадебного путешествия вряд ли осуществится.

Но раз уж она поклялась перед Богом провести с ним всю жизнь, пути назад не было.

Оставалось только стараться изо всех сил.

Преодолеть страх перед первой брачной ночью было первым испытанием. Однако советы Милдред и Луизы были настолько диаметрально противоположными, что она совершенно запуталась, чьему из них следовать.

Надо было расспросить Луизу поподробнее, что именно нужно делать «активно».

От одной только мысли о том, что ей придется лечь в одну постель с Карлайлом, сердце сжималось, а к горлу подкатывала тошнота.

Раздался громкий гудок, и корпус судна слегка завибрировал. Вздрогнув, Мейбел выглянула в окно.

— О-ля-ля! Мы отплываем?

Иветт с предвкушением на лице выглянула из каюты. Она как раз разбирала гардероб Мейбел.

Камердинер Карлайла, Айзек, который разбирал вещи в каюте напротив, тоже прервал работу, вышел и заглянул в гостиную.

В каждой каюте были небольшие иллюминаторы, но в гостиной имелись большое окно и маленькая терраса, откуда открывался панорамный вид.

— Я собираюсь выйти на террасу, хотите посмотреть со мной?

На предложение Мейбел Айзек, словно только этого и ждал, подошел и открыл дверь на террасу. Как только Мейбел вышла наружу, Иветт тут же принесла пальто из горностая и накинула ей на плечи.

В эту поездку с ними отправились трое слуг: Айзек, Иветт и Фергюс. Мейбел была рада, что даже если Карлайл оставит ее одну, ей не будет одиноко.

Опершись на перила, Мейбел смотрела, как «Париж» отходит от пирса.

Манхэттен с его лесом небоскребов выглядел еще прекраснее издали. Близился закат, и зажигающиеся в окнах зданий огни создавали фантастическое зрелище.

Внезапно она пожалела о том, что Карлайл пропускает этот великолепный вид.

Наверное, он задержится.

— Айзек, как думаете, когда вернется барон?

Спросила Мейбел, и Айзек ответил с легким замешательством:

— Эм... Я думаю, он вернется к ужину, мадам. Спуститься в телеграфную рубку и узнать?

Слуга, видя равнодушие хозяина, только что сыгравшего свадьбу, осторожно наблюдал за реакцией невесты.

Мейбел с горькой улыбкой покачала головой.

— Нет, всё в порядке. Когда закончите с вещами, идите отдохните. Если мне что-то понадобится, я позову.

Как только Мейбел дала разрешение, они быстро закончили распаковку и удалились в свои каюты во втором классе.

Оставшись одна, Мейбел села на диван и открыла брошюру. Немного поколебавшись, она осторожно сняла туфли, вытянула ноги на диване и откинулась на спинку.

— Ха-а...

Она пошевелила пальцами ног, которые весь день страдали в тесных туфлях.

Если бы Милдред увидела это, она бы пришла в ужас, но здесь не было никого, кто мог бы отчитать ее и приказать сидеть ровно. Да и впредь не будет.

Внезапно она почувствовала странное освобождение.

Может быть, брак — это не так уж и плохо.

Когда она расслабилась и напряжение ушло, она наконец почувствовала голод. В животе заурчало.

— Во сколько там начинается ужин...?

Осознав, что со вчерашнего вечера у нее маковой росинки во рту не было, Мейбел снова открыла брошюру. Там было написано, что ужин подают с 7 часов вечера.

Вино

Во время плавания вино к обеду и ужину подается бесплатно. Особые сорта шампанского, виски, аперитивы и прочее просим заказывать за столиком.

Мейбел была наслышана о репутации французских лайнеров «Френч Лайн».

Бесплатное вино на корабле, отплывающем из Америки, где действует Сухой закон.

Ее друзья, путешествовавшие в Европу на пароходах «Френч Лайн», в один голос твердили, что все шесть дней пути пассажиры были пьяны, и атмосфера напоминала непрекращающийся праздник.

— Может, мне тоже выпить бокальчик вина...

Пробормотала Мейбел.

Возможно, чтобы преодолеть страх перед первой брачной ночью, ей придется позаимствовать немного смелости у алкоголя. Справится ли она?

— Чтобы сделать что-то хорошо, нужно хоть что-то об этом знать.

Проворчала она с самоиронией. Ей казалось, что она борется с невидимой тенью. На душе снова стало неспокойно.

— Успокойся, Конелия Мейбел Дарлингтон.

И тут до нее дошло, что она больше не Дарлингтон, а Конелия Мейбел де Рошуре, и эта мысль снова повергла ее в шок.

Мейбел вдруг обессиленно откинулась назад, потеряв всякую осанку. Вытянув ноги и положив голову на подлокотник, она снова открыла брошюру, словно пытаясь отогнать лишние мысли.

Каждый день в 5 вечера в кинотеатре показывали фильмы, а после ужина, с 9 до 11 вечера, устраивали танцы.

Мейбел перевернулась на живот и в сердцах застучала ногами по дивану. Ей вспомнился Карлайл, танцующий вальс, тесно прижавшись к Лавинии.

Надув губы, она язвительно пробормотала:

— Выглядели такими влюбленными...

В этот момент дверь в номер распахнулась. Карлайл, войдя внутрь, замер, увидев ее лежащей на животе на диване.

Мейбел в ужасе вскочила и поспешно одернула задравшуюся до колен юбку. Ее лицо вспыхнуло.

Уже наполовину войдя в комнату, он запоздало постучал в открытую дверь.

— Прошу прощения.

Мейбел облизала пересохшие губы, обмахиваясь брошюрой, как веером.

— ...В-входите.

Дверь закрылась со щелчком. Мейбел вздрогнула.

Они впервые остались наедине со дня их помолвки. Просторная гостиная вдруг показалась ей крошечной.

— ...Вы закончили все дела?

— Срочные — да.

Карлайл снял федору и направился в свою каюту. В руке он держал толстую папку с документами.

— ...Слава богу.

Робко пробормотала Мейбел ему вслед.

Когда Карлайл был рядом, ей почему-то становилось трудно дышать. Наверное, лучше было бы спрятаться в своей безопасной каюте... то есть немного отдохнуть и выйти прямо перед ужином.

Но как только Мейбел поднялась с дивана, Карлайл вышел из своей каюты.

— Где ваш паспорт?

От неожиданного вопроса она суетливо огляделась по сторонам.

— М-мой паспорт? Он в сумочке...

Мейбел достала паспорт из сумочки, лежавшей на консольном столике. После Великой войны пограничный контроль в Европе ужесточился, поэтому паспорт был обязателен для въезда.

Она очень гордилась тем, что у нее есть собственный независимый паспорт на ее имя. Большинство женщин были вписаны в паспорта отцов или мужей.

Еще во время поездки в Лондон Мейбел была лишь строчкой «племянница Уолтера Дарлингтона» в паспорте Уолтера. И только перед свадебным путешествием ей сделали собственный паспорт.

Неужели теперь, когда я вышла замуж, мне снова придется стать лишь строчкой «жена Карлайла де Рошуре» в паспорте мужа?

Ей этого совсем не хотелось.

— А зачем вам вдруг понадобился мой паспорт...?

Мейбел замялась, а он широким шагом подошел к ней и протянул руку.

— Нужно кое-что проверить.

Вздрогнув, она тут же протянула ему паспорт.

Когда Карлайл подходил близко, его подавляющая аура заставляла ее колени подкашиваться. Хотя он двигался бесшумно, скрывая свое присутствие, она ощущала исходящее от него тяжелое давление.

Поэтому вместо того чтобы отказать, она изо всех сил подавляла желание куда-нибудь спрятаться.

Карлайл развернул аккуратно сложенный паспорт и, словно иммиграционный офицер, переводил взгляд с документа на нее.

Мейбел, не понимая, в чем дело, напряглась, как иммигрантка перед инспектором.

— С моим паспортом что-то не так...?

Он тихо усмехнулся.

— Значит, вам двадцать один.

— Да...?